к пустоте. Слишком многого ему хотелось, чтобы довериться себе.
— То, что ты слишком часто практикуешь, используешь потом не думая. Так ты вонзишь свой меч в противника, если будешь проворен, но не раньше, чем он воткнет свой в ребра тебе. В сущности, ты сам приглашаешь его, подставляешься под удар. Увидев врага, так мне открывшегося, вонзить в него меч я наверняка смогу, даже зная, что при этом он можетпроткнуть меня своим клинком.
— Ингтар, это только для равновесия. – Ранд покачался на ноге, и ему пришлось опустить вторую, чтобы не упасть. Он шумно вогнал клинок в ножны и подобрал серый плащ, который служил ему для маскировки. Обтрепанный снизу плащ, хоть и поеденный молью, но подбит был толстым слоем овчинной шерсти, а поднявшийся с запада ветер оказался холодным. – Когда же они вернутся?
Как бы в ответ на его пожелание, будто по сигналу, тихо, но настойчиво заговорил Уно:
— Проклятье! Всадники, милорд, и приближаются. Раздался стук ножен – солдаты", кто еще не вытащилмечи, обнажили оружие. Некоторые вскочили в седло, подняв пики к бою.
Напряжение спало, когда на поляне рысцой во главетройки разведчиков появился Хурин, и вновь возросло, едва он заговорил:
— Мы нашли след. Лорд Ингтар!
— Мы прошли по следу почти до Фалме, – сказал Мэт, спрыгнув с лошади. Румянец на бледных щеках казался насмешкой над здоровьем; кожа туго обтягивала череп. Шайнарцы собрались вокруг, возбужденные не меньше его. – Это только Фейн. но больше ему некуда идти. Кинжал должен быть с ним.
— А еще мы обнаружили Белоплащников, – спешившись, сказал Перрин. – Их не одна сотня.
— Белоплащники? – воскликнул Ингтар, нахмурившись. – Тут? Ну ладно, если они не станут мешать нам, мы не будем беспокоить их. Наверное, если Шончан будут заняты ими, то это поможет нам добраться до Рога. – Его взгляд упал на Верин, по– прежнему сидящую у костра. – Думаю. Айз Седай, вы сейчас скажете, что мне стоило прислушиваться к вашим словам. Этот человек и в самом деле шел в Фалме.
— Колесо плетет, как это угодно Колесу, – спокойно отозвалась Верин. – Раз рядом та'верен, то случившемуся суждено было случиться. Может статься, это Узору потребовались те дополнительные дни. Узор помещает все на точно отведенное место, а когда мы пытаемся изменить его, особенно если в дело замешан та верен, то плетение подправляет нас обратно в Узор. как нам то и суждено. – Наступило тревожное молчание, которого она будто и не замечала; она ленивыми движениями набросала палочкой какой-то рисунок. – Теперь же, наверное, как бы там ни было, нам лучше разработать план. Узор в конце концов доставил нас в Фалме. Рог Валир унесен в Фалме.
Ингтар присел на корточки перед костром напротивАйз Седай:
— Когда столько народу твердит одно и то же, то ясклонен верить этому, а местный люд говорит, что Шончан все равно, кто входит-выходит из Фалме. Я возьму Хурина и еще нескольких человек в город. Когда он приведет нас к Рогу по следу Фейна… ну. тогда и посмотрим.
Ногой Верин стерла нарисованное ею на земле колесо. Вместо него она начертила две короткие линии, соприкасающиеся с одного конца.
— Ингтар и Хурин. И Мэт, поскольку он способен почувствовать кинжал, если подойдет достаточно близко. Ты хочешь идти, Мэт, или как?
Мэта, казалось, раздирали противоречивые чувства, ноон порывисто кивнул:
— Я же должен, разве нет? Мне нужно найти тоткинжал.
Третий штрих, и получилась птичья лапка. Верин искоса глянула на Ранда.
— Я пойду, – сказал он. – За тем-то я и шел.
Странный огонек засверкал в глазах Айз Седай, блеск знания, от которого Ранду стало не по себе.
— Чтобы помочь Мэту найти кинжал, – резко сказал Ранд, – а Ингтару отыскать Рог.
И Фейна, прибавил он про себя. Мне нужно найти Фейна, если только уже не поздно. Верин черкнула четвертую линию, превратив след птичьей лапки в кривобокую звездочку.
— А кто еще? – тихо промолвила она. Прут застыл в воздухе наготове.
— Я, – сказал Перрин, на волосок опередив Лойала, вмешавшегося в разговор:
— Думаю, я тоже пойду.
И тут Уно и остальные шайнарцы заговорили наперебой, вызываясь идти в Фалме.
— Первым сказал Перрин, – промолвила Верин, словно это все решало. Она добавила пятую черту и обвела все пять линий кружком. У Ранда зашевелились волосы на затылке: это было то же самое колесо, что она стерла вначале. – Дальше поскачут пятеро.
— Я на самом деле хочу увидеть Фалме, – заявил Лойал. – Никогда не видел Аритский Океан. Кроме того, я могу нести ларец, если Рог по-прежнему в нем.
— Милорд, вам лучше бы взять меня, – сказал Уно. – Вам и Лорду Ранду понадобится еще один меч за спиной, если эти проклятые Шончан попытаются вас остановить.
Ропот солдат, разделявших его чувства, подтверждал их желание следовать за командиром.
— Не глупите, – отрубила Верин. Ее пронзительный взгляд заставил шайнарцев умолкнуть. – Всем идти нельзя. Как бы беспечны ни были Шончан к чужакам, вряд ли они не заметят двадцать солдат, а никем иным вы не выглядите, даже без доспехов. А один или двое еще – разница невелика. Пятерых хватит, чтобы, не привлекая внимания, проникнуть в город, и среди этих пятерых должны быть те три та'верен, которые есть среди нас. Нет, Лойал, ты тоже должен остаться. На Мысе Томан нет огир. Внимания ты привлечешь не меньше, чем все остальные, вместе взятые.
— А вы? – спросил Ранд. Верин покачала головой:
— Ты забываешь про дамани. – При этом слове губы Айз Седай скривились от отвращения. – Единственный способ, каким я могу вам помочь, – направлять Силу, а никакой помощи не будет, если тем самым я наведу на вас дамани. Даже если они не окажутся близко и не увидят, какая-нибудь может почувствовать направляющую женщину – или, раз речь об этом, мужчину, – если из предосторожности не ограничиться малыми количествамиСилы.
На Ранда она не глядела; ему же показалось, что онанарочно этого не делает, а Мэта и Перрина вдруг разом заинтересовали собственные сапоги.
— Мужчину, – фыркнул Ингтар. – Верин Седай, зачем придумывать лишние проблемы? У нас трудностей и без того предостаточно, без воображаемого мужчины, способного направлять! Но было бы неплохо, если б вы были с нами. Если вдруг вы будете нам…
— Нет, вы должны идти впятером, и только. – Ее ступня мазнула по начерченному на земле колесу, отчасти стерев его. Айз Седай пристально посмотрела на
