пламени. В поднявшейся суматохе сыщике пробрались к причальной мачте, устранили пару часовых, запустили дирижабль и увели его в сторону открытого моря, путая следы. Настя встала за штурвал, Николай управлял двигателями. Скоро выяснилось, что культисты не держали баки корабля полными, и топлива никак не хватало на полёт до континента. Однако Анастасия проложила курс в зону, где береговая охрана вместе с «Сорок вторым» продолжала охоту на призрачных пиратов. Утром следующего дня дирижабль лёг в дрейф, а к обеду его заметила патрульная канонерка. Агенты привлекли её внимание сигнальной ракетой, гелиографом передали условный код. Сторожевик загарпунил их судёнышко крюком, какой обычно применялся для ловли контрабандистов и браконьеров, взял на буксир. Полдня спустя сыщики ступили на твёрдую землю. Время продолжало уходить, и прямо в комбинезоне, с вымазанным в подсохшей крови мешком, где хранилась голова рыболюда, Настя направилась в штаб флота. Дронова она с собой не взяла, и майор искренне жалел, что не стал свидетелем представления, которое девушка, должно быть, устроила перед высшими чинами. Несомненно, она выложилась на полную, так как штаб начал сбор ударной группы без промедлений, под ответственность командующего Атлантическим флотом. Тем не менее, это всё равно требовало времени, и выйти в море эскадра смогла лишь двое суток спустя. Николай чувствовал, как где-то щёлкают невидимые стрелки, отсчитывая последние часы. Они опаздывали…
- А вот и хозяева, - сказал вдруг командир «Ларедо», капитан Дрейвилл. В тот же миг по рубке разнёсся звон боевой тревоги. Николай невольно подался вперёд, Настя тоже выпрямилась. Из стены клубящейся мглы навстречу флотилии выходили корабли. Вёл их знакомый майору старый крейсер, за ним следовали три вооружённых парохода. Значит, в тайной бухте они видели не все морские силы культистов.
- Сигнальщик, - повысил голос адмирал Лейден. – Передавайте – первой группе миноносцев выдвинуться для торпедной атаки. «Амарилло» атаковать вражеский флагман. «Сан-Луису» и второй группе атаковать вспомогательные корабли. Воздушным силам отступить, беречься непогоды.
Сигнал тревоги оборвался. На крыльях мостика замигали сигнальные фонари. Орудия носовой башни с механическим гулом начали подниматься. Пол рубки легонько задрожал, когда пришли в движение казематные пушки внизу. А Николай схватился за голову. Его внезапно затошнило, затылок словно стиснуло железным обручем, в ушах застучала кровь. Будто резко поменялось давление.
- Что-то… тошно мне, - вслух признался он. Побледневшая Настя обвела взглядом моряков на мостике и кивнула:
- Мне тоже… как-то кюхельбекерно.
- Смотрите, там! – рулевой матрос снял ладонь со штурвала и указал куда-то вперёд и вверх. Запоздало спохватившись, добавил: - Сэр!
Чёрные ленты, вьющиеся за завесой туч и дождя, начали сплетаться в огромную фигуру, продолговатой теню возвышающуюся внутри границ бури. На фоне этой тени вражеские корабли казались игрушечными корабликами, сделанными ребятнёй из старых ботинок.
- Это оно, – шепнула Настя, подойдя к Николаю вплотную.
- Да уж похоже… - пробормотал Дронов, не в силах отвести взгляд.
В далёкой буре полыхнула беззвучная золотая вспышка. Луч золотого пламени, совсем не похожий на молнию, ударил сверху-вниз, пронзая исполинскую тень. Чёрный силуэт словно поблек и развеялся, сливаясь с окружающей грозовой мглой. Луч ударил второй раз. После третьего удара чёрные ленты оплели золотое копьё, стиснули – и оно треснуло, лопнуло, разлетелось тысячей золотых искр-осколков, которые за считанные мгновенья растворились во тьме. Вновь голову Николая пронзила боль, но теперь защемило и сердце. Схватившись за грудь, он сжал зубы, чтобы удержать рвущийся наружу стон. Зажмурившись, выдавил:
- Она… сдержала слово. Встала на пороге и не отступила.
Открыв глаза, посмотрел на Настю. Та лишь молча покачала головой. Дронов рассказал ей про встречу на ночном пляже, но ему показалось, что сыщица отнеслась к рассказанной истории скептически. Что ж, теперь это не имело значения.
- Мы остались одни, - всё ещё потирая грудь, Дронов выпрямил спину, глубоко вздохнул. – Между нами и… этим… больше никого нет. Мы… должны справиться сами.
Анастасия кивнула, повернулась к Лейдену:
- Адмирал, сэр. Нам нельзя дать связать себя боем. На острове что-то происходит. Что-то плохое. Мы должны быть там как можно скорее.
Командующей эскадрой посмотрел на неё, хмурясь, но всё же не стал возражать.
- Капитан, - обратился он к Дрейвиллу. – Полным ходом вперёд, в бой не ввязываться.
Три миноносца уже обогнали эскадру и прошли перед ней полукругом, выпустив в сторону противника веер торпед. Защитники острова заметили это и начали маневрировать, ломая строй, теряя скорость. Кажется, ни одна торпеда в них не попала, зато крейсера Конфедерации открыли частый огонь. У «Ларедо» и «Амарилло» изрядная часть пушек смотрела вперёд, так что обстрел вышел плотный, а подставившие борта, замедлившиеся вспомогательные крейсера стали удобными мишенями.
- Бум-м-м! – раскатисто громыхнула носовая башня «Ларедо», укутавшись белым паром. Секунды спустя посреди надстроек ближайшего парохода расцвёл алый бутон взрыва. Через десять минут боя два вспомогательных крейсера пылали, хотя и продолжали беспорядочно отстреливаться. Атакующая эскадра урона не понесла. Но корабли сближались, в дело шла артиллерия меньшего калибра, стрельба становилась чаще, и снаряды с обеих сторон ложились всё ближе к целям. А затем случилось то, к чему моряки Конфедерации готовы точно не были.
- Господь милосердный! – ахнул один из вахтенных офицеров, указывая на «Амарилло».
Из-под воды по сторонам от крейсера вынырнули… щупальца. Огромные, усеянные присосками, они взвились выше труб корабля. И опустились, кольцами охватывая стальной корпус.
- Что это за дьявольщина? – адмирал Лейден повернулся к Дронову.
- Мы такого не видели, - заверил его майор, не в силах отвести взгляд от происходящей катастрофы.
Щупальца мяли броневую сталь, ломали надстройки. Экипаж в панике разбегался по палубе, прятался в люки, лишь отдельные смельчаки стреляли по щупальцам из винтовок или рубили их пожарными топорами – без малейшего проку. «Амарилло» начал погружаться носом, задирая корму, когда на помощь ему пришёл один из миноносцев – Дронов сходу узнал силуэт «Сорок второго». Лёгкий кораблик промчался вдоль борта крейсера, носом рассекая щупальца, обдирая их с корпуса «старшего собрата». За его кормой вода взбурлила, и из волн показалась чёрная масса величиной с китовую спину. Зенитная башня на юте миноносца открыла стрельбу, всаживая в тушу пунктир трассеров. Дальнейшей схватки Дронов не видел – «Ларедо» вырвался вперёд, миновав оба корабля и чёрного монстра.
Шторм налетел на них, скрыв воем ветра канонаду. Дождь ударил по стёклам рубки, в
