— Где моя алебарда? Драконид оглянулся:
— У Фионы. Когда ты упал, она ее подобрала и с тех пор не выпускает из рук.
— Я недавно слышал крокодила. Река должна быть рядом. Рагх кивнул:
— Приток реки. Мой нос приведет нас прямо к нему.
— Я не чувствую запаха воды.
— Не могу понять почему. — Рагх бросил короткий взгляд на чешую Дамона и кивнул на северо-восток.
Дамон долго купался в чистой воде. Он хотел не только отмыться от смрада подземелья, но и побыть в стороне от вопросительных взглядов спутников. Снимая изодранную одежду, Грозный Волк нашел на себе еще несколько чешуек — возле паха и под мышками. Всякий раз, обнаруживая новую костяную пластинку, он шепотом проклинал мглистого дракона и тот день, когда он впервые встретился с этим таинственным существом. Дамон с усмешкой отметил, что с тех пор, как он перестал быть Рыцарем Такхизис, одежда просто горит на нем. Он никак не мог отделаться от жуткого запаха, исходившего от его штанов и рубахи, а сменной одежды не было. Бывший рыцарь натянул смердящие обноски и пошел вверх по берегу.
Все тело его ныло, с каждым движением боль отзывалась пульсацией в висках. Это раздражало, тревожило и злило, подпитывая ненависть к мглистому дракону.
— Риг! — Фиона бросилась к Дамону, держа алебарду на плече и широко улыбаясь. — Мне приснился ужасный сон, Риг. Мне приснилось, что ты погиб в Шрентаке.
Она передала Грозному Волку оружие, обняла его и прижалась щекой к его груди. Бывший рыцарь поморщился — ему стало неловко.
За соламнийкой подошел Мэлдред. Он удивленно поднял густые брови и вопросительно прошептал:
— Риг?
Дамон не понял, почему он так поступил, — возможно, чтобы досадить людоеду, или потому, что часть безумия Фионы передалась ему во время нападения Воплощения Хаоса: он обнял девушку в ответ и поцеловал ее в лоб. Они держались за руки, пока Рагх не начал ходить вокруг них кругами. Только тогда Грозный Волк осторожно отпустил соламнийку.
— Это был кошмарный сон, — задыхаясь, повторила Фиона. — Я не хочу потерять тебя. Риг. Нам нельзя возвращаться в этот ужасный город.
— Мы не пойдем в Шрентак. Я обещаю. Мэлдред прокашлялся:
— Подумай о другом. Взгляни на себя, на свою чешую. Я знаю тайный путь в город, не из приятных, конечно, но у нас нет другого выхода. Нам нужно постараться убить черную, если ты хочешь излечиться от недута. Мглистый дракон…
— …готовится получить неприятный сюрприз, — закончил Дамон. — Теперь у тебя есть возможность доказать мне свою дружбу, доставив меня к нему.
«А у меня есть отличное оружие, — подумал он, укладывая алебарду на плечо. — Превосходное магическое оружие».
— Дамон, прислушайся к доводам разума, — настаивал Мэлдред. — Нам необходимо…
Дамон накинулся на людоеда, отбросив оружие в сторону и широко расставив пальцы. Его ногти впились в тело Мэлдреда, словно когти хищника. Не успел маг опомниться, как Грозный Волк ударил его локтем в грудь, вышибая дух, и тут же погрузил кулак в живот предателя, опрокидывая того на землю.
Он наносил удар за ударом, затем схватил поверженного людоеда за глотку. Мэлдред выпучил от ужаса глаза.
Сплюнув, бывший рыцарь прорычал:
— Ты сейчас же отведешь нас к мглистому! Прямо сейчас!
— Дамон, — прохрипел людоед. — Я должен думать о Блотене.
— Ты ни о чем не сможешь думать, людоед, если не поможешь сейчас! Потому что будешь мертв!
В глазах Грозного Волка маг прочитал приговор и понял, что тот выполнит свою угрозу, несмотря на их былую дружбу, несмотря на то, что он когда-то относился к Мэлдреду как к брату, несмотря на то, что силач не раз спасал ему жизнь.
— Ты не сможешь ничем помочь своей мерзкой засушливой родине, если твой труп сгниет в этом болоте.
Фиона подхватила оброненное Дамоном оружие и нетерпеливо подбежала к Мзлдреду, занося алебарду, словно дровосек — топор.
— Синекожий монстр, либо ты сделаешь то, что хочет Риг, либо я помогу ему убить тебя.
Мэддред лихорадочно переводил взгляд с Фионы на Дамона и наконец кивнул; на его лице застыла гримаса боли. Грозный Волк помог ему подняться, отобрал двуручный меч и передал клинок Рагху.
— Хватит того, что у тебя есть магия, — сказал он, — Так что обойдешься без оружия. Рагх, если увидишь, что он что-то бормочет или шевелит пальцами, не бойся и просто используй против людоеда его же собственный меч. — Дамон принял у Фионы алебарду. — Пойдемте. Мэлдред очень спешит отвести нас к мглистому.
Соламнийка с надеждой улыбнулась:
— Теперь тебя вылечат, Риг.
— Конечно, вылечат.
«Теперь у меня появилась уверенность, что мой ребенок будет в безопасности».
Грозный Волк взял ее за руку, едва Мэлдред двинулся вперед. Драконид пошел за ним следом, держась в шаге от людоеда, с мечом наперевес.
Так они шли до заката, практически молча. Только Фиона иногда обращалась к Дамону, все время называя его Ригом. «Безумие охватывает ее все сильнее», — думал Грозный Волк. Вечером путники остановились на берегу уютного ручья. Здесь, под угрожающим взглядом Рагха, Мэлдред снова попытался уговорить Дамона повернуть назад.
— Мглистый дракон очень силен, друг мой.
— Да, — согласился Дамон, наблюдая, как Фиона опустилась на колени возле ручья и плещет водой в лицо. — Как все драконы. И я — не твой друг.
— Я думаю, что он выполнил бы обещание вылечить тебя и…
— А я думаю, что все драконы двуличные. И еще — что мне с самого начала не стоило браться за его глупое поручение. Столько бесценного времени потрачено зря. Я должен был той же ночью напасть на него и заставить, чтобы он вылечил меня и оставил в покое Рики и ребенка.
— Дамон…
— Ты, людоед, сам должен найти способ убить Сабл. Однако менять одного владыку на другого — глупо и безрассудно. Конечно, мглистый остановит разрастание болота, но придумает чего-нибудь похуже.
— Находиться под властью дракона — всегда плохо, — вмешался в разговор Рагх. Мэлдред опустил голову:
— Дамон, мой народ в отчаянии. Я должен был рискнуть, чтобы спасти их, а теперь ты отнимаешь у меня последнюю надежду.
— Это очень плохо. — Грозный Волк взглянул на Фиону. Девушка держала в руках меч и что-то шептала ему. — Давным-давно, людоед, ты учил меня надеяться только на себя. Ты был очень хорошим наставником. — Он сделал паузу, оглядывая мага с ног до головы. — Я считал тебя другом. Очень глупо с моей стороны. — Бывший рыцарь с отвращением посмотрел на предателя. — Сколько осталось до логова, людоед?
— Не больше часа.
— Тогда пойдем. Я не хочу пробираться через болото в темноте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
