веры в коммунизм и его предтечу социализм. Мы же помним, что «красная» идеология плотно легла на религиозное русское общество. Вчерашние крестьяне, став рабочими, колхозниками, инженерами или учеными, верили в коммунизм и научно-технический прогресс так же неистово, как их предки – в православного Бога.
Для верующего человека невозможно смириться с царством дьявола. Если коммунизм это рай, то капитализм – это ад.
Смысл и идея «красного» миропорядка в том, что он должен стать глобальным. Либо победа коммунизма нужна на всей планете, либо ничего не получится. «Красный» миропорядок должен держать обывателя и правящие элиты в вечном напряжении. «И вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди», – патриотично пел молодой Кобзон.
Мирное сосуществование с капитализмом означало, что «красный» миропорядок ничем не лучше миропорядка капиталистов. Он просто другой.
В этот момент правящие элиты сломались окончательно. Партия стала терять влияние и превращаться в парадно-паркетное приложение к номенклатуре. После того как началось мирное сосуществование, «красный» миропорядок утратил свою сверхцель.
Над коммунизмом начали насмехаться. Если в 1960-х это могли себе позволить диссиденты, то в 1980-х глумиться над гражданской верой начали даже в «Огоньке».
С начала 1960-х партия стала ослаблять диктатуру. Аппаратные элиты медленно, но верно перехватывали управление. Как вы помните, в основании «красного» миропорядка лежала интересная схема, когда партия управляет развитием, а функционирование обеспечивает аппарат.
Как мы видим, партийная вертикаль в идеальной схеме не должна давать расслабиться аппаратным правящим элитам. Неугомонные партийцы должны вечно донимать аппаратчиков своими идеями, требовать досрочного выполнения пятилетних планов и устраивать директорам предприятий разбор полетов с трудовым коллективом по партийной линии. Районные секретари партии принуждали директоров предприятий и профоргов собирать коллективы на демонстрации. И ведь собирали же! Система действительно работала, и партии действительно удавалось управлять развитием.
Спросите у людей постарше: «У кого было больше власти в советское время – у главы обкома партии или у главы областного исполнительного комитета?» Действительно, реальной власти у главы партии было больше, чем у тех, кого мы ныне называем губернаторами. Представьте себе сегодня, что секретарь партии «Единая Россия» в вашей области командует губернатором.
Однако как только были подорваны основы гражданской веры в коммунизм, аппаратные элиты почувствовали слабину партии. Классический марксизм назвал бы эти процессы образованием буржуазии внутри советской номенклатуры. Для нас же важно то, что сами правящие элиты отказались от своей гражданской веры.
Естественно, это начало приводить к симуляции. На самом деле «красный» миропорядок в СССР умер в начале 1980-х – дальше была только симуляция социализма. Династия «красных» императоров деградировала так же, как и предыдущие династии.
К 1980 году наследники победителей германской и японской армий уже не могли победить в Афганистане горные банды басмачей. Речь идет не только о военной победе – терпел поражение сам «красный» миропорядок.
«Красная» империя разрушалась так же быстро, как и собиралась. Как только из Конституции была убрана строка о руководящей роли партии, Советский Союз было уже не спасти. После утраты власти партии аппаратные элиты получили монополию.
Иерархия партийно-политической и административно-хозяйственной власти в СССР
Поэтому следующим шагом стало сплочение бывших партийных и аппаратных элит вокруг идеи приватизации. Вторым необратимым шагом на пути к краху «красного» миропорядка было введение частной собственности и приватизация государственных предприятий.
После того как «красную» империю лишили двух ее базисов – партии и государственной монополии в экономике, – СССР было уже не спасти. «Красный» миропорядок рухнул, доказав, что мирное сосуществование двух систем невозможно.
Глава незаконченная. Миропорядок 21-го века
Особенность постсоветского миропорядка в Российской Федерации и в других осколках исторической России в том, что после ликвидации системы партийной диктатуры среди правящих элит исчезла структурированная группа, занимающаяся развитием. Нынешняя правящая элита не может создать план пятилетнего развития, потому что уже не может управлять предприятиями, холдингами и ценами на внутреннем рынке – теперь это частные экономические агенты и директивам они не подчиняются. И это происходит не потому, что нет управленцев. Просто современная РФ консервировала постсоветский миропорядок, когда сохранение управляемости было главным условием сохранения страны. Однако сегодня история ставит перед правящими элитами качественно другие вызовы – фактически Россия находится в состоянии мировой войны, которая протекает в гибридных формах. Неизбежность противостояния США заложена в самой политэкономической модели России и не зависит от плохих отношений с Обамой или хороших отношений с Трампом. Этот конфликт неизбежен, и правящим элитам России придется принимать вызовы. Этим вызовам и неизбежности политэкономического конфликта посвящена первая книга «Два капитала. Как экономика втягивает Россию в войну».
Внешняя политика диктует правящим элитам России вызовы, на которые они добровольно никогда не решились бы. Первой проверкой реакции правящих элит РФ была война 08.08.08 на Кавказе, развязанная Саакашвили. Реакция была молниеносной, после чего стало понятно, что военная провокация не является реальной угрозой. Остается загадкой, почему в 2008-м не дошли до Тбилиси и не повесили Саакашвили за военные преступления? Наказание Саакашвили было бы хорошим примером для нынешних правителей в Киеве.
Так в 2008 году новейшая русская история открыла эпоху гибридных войн. Согласитесь, странный был конфликт с Грузией – вроде официально войну не объявляли, а в реальности отбросили армию за Гори. Россия признала Южную Осетию и Абхазию де-юре, хотя де-факто признавала всегда. Войны как бы не было, но она была, поэтому ее назвали «принуждением к миру». Грузия развалилась официально, но в Тбилиси этот факт не признают и считают, что Россия оккупировала Южную Осетию и Абхазию. При этом в Москве не спешат включать эти осколочные республики в состав РФ, хотя прецедент Крыма открывает широкие возможности для присоединения новых республик.
Именно такие двойственные решения – Крым интегрируем, а Южную Осетию и Абхазию нет – демонстрируют, что никто не управляет развитием. Правящие элиты России реагируют на внешние обстоятельства, а не навязывают свою повестку дня.
Так, Крым был возвращен в состав РФ в результате кризиса власти на Украине. В момент, когда президента Януковича уже не было, а президента Порошенко еще не было, провели референдум и молниеносно приняли в состав два новых субъекта – Крым и Севастополь.
Будь на Украине хоть какой-то легитимный президент, повторить «крымскую весну» было бы невозможно. В случае с Крымом немаловажным фактором является географическое положение. Крым – это фактически остров с военно-морской и воздушно-космической базами.
Но каждое расширение империи требует от правящих элит занять активную позицию. Присоединили Крым – остальная Украина превратилась в тотальную проблему. Решили помогать республикам Донбасса – украинская проблема только усилилась.
Гибридный формат войн пришел в Россию из Южной Америки, Африки и с Балкан. Просто наши правящие элиты относились к происходящему в той же Югославии как к телевизионной картинке и отмахивались:
