кузнеца, только права распоряжаться в кузне не имеет, просто вложил деньги и должен был сидеть дома в ожидании дивидендов. Но видно, этому паршивцу захотелось порулить совместным предприятием, вот он и воспользовался болезнью Потапа Владимировича и под предлогом защиты своих денежных вложений устроил в мастерской бардак. Надсмотрщиками поставил двух своих людей, тупых, но исполнительных. Они, в свою очередь, мелкими придирками застопорили все дела, и трудяги, взбунтовавшись, отказались сегодня приступать к работе.
М-дя, как-то не очень хорошо я обошёлся с партнёром кузнеца, но видит бог, терпел до последнего и пытался объясниться мирно. Блин, а ведь этот хрен мог быть дворянином. Во проблем привалило бы! Кажется, опять забыл, в каком времени нахожусь. Хотя, возможно, и наоборот: наконец-то начал вписываться в местную действительность: всё-таки сейчас всех встречают по одёжке, а у крыса она явно не дворянская. По терминологии Софы он одет как преуспевающий приказчик. Выходит, подсознание верно рассудило: дворянин должен адекватно ответить на хамскую выходку низшего по статусу. Мог бы вообще замордовать наглеца, так нет, поговорил с ним нормально. Какой я деликатный, однако!
Приказал двум здоровым кузнецам выкинуть за ворота бывших надсмотрщиков, и они это тут же с удовольствием сделали. Подошёл к мордокрысу и, не обращая внимания на его испуганное шараханье, любезно помог подняться. Далее указал бедолаге на недостойное поведение неких грубых граждан в отношении представителя высшего сословия, да ещё исполняющего служебные обязанности по просьбе хозяина. Проникся. Даже лепетать что-то начал в своё оправдание. Не-е, мужик, ты не прав! Каторга по тебе плачет. И если с Потапом Владимировичем ты, скорее всего, договоришься полюбовно, то со мной – не знаю. Ох не знаю.
Короче, застращал я этого козла, на крысу похожего, до дрожи в коленках и отпустил с богом. Хотелось, конечно, стрясти с него денег за нападение, и думаю, смог бы, но решил не нарываться. Ну его на фиг! Скромнее надо быть. Такие люди побои зачастую сносят спокойно, но потеря капитала вызывает у них жуткие душевные муки, которые побуждают стучаться во все возможные инстанции в целях восстановления справедливости. А на кой чёрт мне нужны разборки с городской администрацией или с тем же дворянским собранием?
Повернувшись, узрел толпу наблюдающих за мной работников.
– И чего стоим? Кого ждём? Всё уже сделано?
О-о, сразу все засуетились и побежали в сарай. Лишь один пожилой мужик, до этого объяснявший мне положение дел в мастерской, подошёл и, кашлянув, завёл разговор:
– Не обессудь, барин, хотели узнать о здоровье Потапа Владимировича.
– На поправку идёт, скоро поднимется.
– Слава те хосподи! – Мужик истово перекрестился. – Благодарствуем, барин, за весть добрую. А… как нам ваше благородие звать-величать?
Да, Сашок, действительно, как? К этому вопросу ты явно не готов. После того, что здесь устроил, ограничиваться одним именем, наверно, будет неправильно. Эх-х, скромен я сегодня без меры!
– Можете просто Александром Владимировичем.
Мужик понимающе кивнул.
– По заказам, Александр Владимирович, повеления есть?
– Пока выполняйте последние распоряжения Потапа Владимировича, а далее посмотрим. Тебя как звать?
– Дак Велисеем кличут.
Во наградили родители имечком!
– А отца как звали?
– Чё ж звали? Жив отец-то, Аграпом яво зовут.
М-да, с отчеством ему тоже не повезло. Про фамилию и спрашивать боюсь. Интересно, это отец у него долгожитель или сам не так стар, как выглядит?
– Хорошо, Велисей Аграпов, давай-ка мы с тобой пройдёмся по мастерской, о текущих заказах поговорим.
«О делах наших скорбных покалякаем».
– Дак пожалте, барин, всё расскажем, покажем.
Прошлись, осмотрелись. Мне подробно объяснили, кто нынче чем занят. На мой взгляд, все при деле, отлынивающих от работы не наблюдается. Что мордокрысу не понравилось, не пойму. Велисей и сроки исполнения заказов знает, и о каждом работнике поведать готов. Нормальный мужик, ведёт себя достойно, без подобострастия. Можно сказать, готовый мастер цеха. Почему начальство не поставило его старшим? Берём на заметку, позже полюбопытствуем.
Мои «игрушки» сделаны, лежат в углу, ждут доводки. С ними ещё возиться и возиться. Во-первых, лопасти вентилятора и ветряка надо под определённым углом повернуть, и не прямые они должны быть, а слегка выгнутые. Затем шестерёнки придётся вытачивать с коэффициентом передачи этак один к трём-четырём, ветряк ведь медленно вращается, вентилятору быстрее крутиться нужно. В конце конструкцию собирать будем и притирать детали друг к другу, а если учесть, что ни подшипников сейчас хороших нет, ни смазки, то мороки предстоит много. Как говорил один понравившийся киношный персонаж: дел за гланды.
Вот сборкой и подгонкой всю следующую неделю мне и пришлось заниматься. Уж хозяин шарашки после болезни вышел, а я всё продолжал точить да шлифовать. Втянулся и даже удовольствие от процесса получать начал, но не только свои дела разгребал, на мою долю выпало и первый паровой котёл производства «Потап энд компани» до ума доводить. Ничего, справились. С помощью Софы мне и о котлах, и о паровой механике многое удалось вспомнить, да ещё у Потапа пара современных книжек о них имелась, так что хоть и не сразу, но разобрались мы со всеми проблемами.
Систему вентиляции устанавливал в несколько заходов. На крыше сильный ветрюган и холодина, пальцы уже минут через двадцать не гнутся, того и гляди сдует с крыши. Но всё когда-нибудь заканчивается. Вентиляция теперь весело стрекочет, а я могу и о других вещах подумать.
Четырнадцатого ноября праздничали заговенье на Филиппов пост. Сходили в гости к соседям, обожрались пельменей. Машка осчастливила народ детским песенным репертуаром, я тоже периодически подпевал, а песенку про жука аж всем обществом разучили и горланили потом раз пять подряд.
Встаньте, дети, встаньте в круг,Встаньте в круг, встаньте в круг!Жил на свете добрый жук,Старый добрый друг[79].
Весело погуляли, но я понял, что гитары мне определённо не хватает, и постарался поскорее исправить эту ошибку. Конечно, выбор в магазинах Красноярска сейчас небольшой, в основном продаётся ширпотреб, ну то есть дрова, но я всё-таки нашёл парочку приличных экземпляров. Жаль только, это были семиструнки, а я на них играл лишь в детстве в музыкальной школе, но ничего, за неделю освоился. Хм, забавно, а ведь в той жизни я впервые гитару в руки взял в Мишкином возрасте.
Машуля, прослушав несколько композиций в моём, пока ещё корявом, исполнении, загорелась желанием освоить инструмент. Вот не было у меня печали! Хотелось подругу семиструнную для полёта души использовать, а теперь придётся аккорды с ребёнком нудно разучивать. Впрочем, эта мелочь быстро учится. А-а, потерплю.
Двадцать третьего ноября уже к нам гости заходили: мой день варенья как-никак, да ещё и с именинами совпадающий. Мне уже семнадцать лет по документам Александра Патрушева и тринадцать в натуре. Смотрюсь, правда, на пятнадцать, не старше, ну да всё впереди. Опять начались песни-пляски, и под общий
