Один из телохранителей коротко что-то сказал другим и ткнул в сторону стола, за которым сидели могильщики. Истро тихо, очень тихо, выматерился.
Велион сглотнул слюну и начал разглядывать идущих к ним людей. Сразу видно - профессионалы, по крайней мере, вид устрашающий. Могильщик надеялся, что только вид. Здоровые, с угрюмыми минами, с устрашающим оружием... Только устрашающим. Велион усмехнулся про себя и развалился на стуле, скрестив руки на груди. У одного была дубина, усеянная шипами. Такой хорошо проламывать головы, ломать рёбра да делать что угодно. Только не фехтовать. Дубинами можно драться против безоружных людей, либо вооруженных вилами, такими же дубинами, но с мечом в достаточно умелой руке ей не сделать ничего. Бывают, конечно, самородки, способные и вилкой заколоть закованного в броню человека, но обладатель дубины на такого не походил. У второго был клевец или, по-северному, чекан - новомодная штучка, которой, говорят, удобно проламывать доспехи. Кости, наверняка, ломаются ещё лучше, но против меча вещь тоже довольно бесполезная. У третьего был меч, устрашающего вида бастард, но тяжеловатый, таким удобно драться в чистом поле, когда рядом нет столов, стульев, людей и прочей ерунды, встречающейся в трактирах. Да и потолок, пожалуй, низковат, будет цеплять четырёхфутовый клинок.
Телохранители подошли к столу могильщиков. Центральный, тот, что с бастардом, обшарил взглядом могильщиков. Его глаза остановились на бледных руках Велиона с неостриженными ногтями.
- Чем можем помочь? - нагло ухмыляясь, спросил Велион. - Может, чего-нибудь купить хотите? Есть прекрасные вещи с Эзмила, и... - он понизил голос, - я могу предложить вам великолепный артефакт - Сердце Озера...
- Мы хотим знать, как ваш друг получил эту рану, - медленно произнёс владелец бастарда.
- Напоролся на сук, - ляпнул Епсхо.
- Напоролся на сук? - переспросил, сощурившись, телохранитель. Двое других явно напряглись.
- Да, пьяный напоролся на сук, - испепеляя Епсхо взглядом, сказал Истро. - А что, какие-то проблемы?
- Напоролся нас сук, - повторил телохранитель. - А может, получил рану в драке?
- А что где-то была драка? - с интересом спросил Велион. - Убили вашего друга?
- Не твоё дело. Ребята, - бывший телохранитель кивнул на Епсхо, - размотать.
Двое его подручных шагнули к могильщику. Заметив краем глаза, как побледнел трактирщик (конечно, побледнел - шестеро вооружённых здоровяков, если начнётся драка, без убытков не обойтись, а два сжавшихся у входа вышибалы сделать ничего не смогут), Велион встал из-за стола и обнажил меч. Епсхо и Истро тоже вскочили.
- По какому праву? - рявкнул Истро. Его голос немного дрожал, но петуха могильщик не дал.
- Я клиента в обиду не дам, - рыкнул Велион, обнажая меч.
- Хер вам! Я только повязку сменил! - заорал Епсхо, хватаясь за голову.
Телохранители остановились, видимо не ожидая отпора. Главный тоже выхватил меч, но вперёд не лез.
- Без крови! - пискнул трактирщик откуда-то из-под прилавка.
- Крови не будет! - резко сказал Епсхо. - Вам надо снять повязку, чтобы убедиться, что я напоролся на сук?
- Да, - деревянным голосом ответил главарь телохранителей. Похоже, он трусил не меньше могильщиков.
- Хорошо, - коротко сказал Епсхо. И принялся разматывать повязку.
"Вот идиот, - простонал про себя Велион. - Что он делает? Когда телохранители увидят рану, они поймут, что он не напоролся на сук, и тогда... А у Епсхо заняты руки, мне надо будет перепрыгнуть стул, Истро придётся обороняться одному...".
Епсхо снял повязку. Велион и Истро напряглись, телохранители стиснули в руках оружие.
Вместо почти хирургического разреза, нанесённого легкой саблей, на левой щеке Епсхо была красная мешанина из ниток и неровно сшитых мяса и кожи.
Телохранители расслабились и опустили оружие.
- Извиняемся за беспокойство, - пытаясь сохранить лицо, сказал главарь и склонил голову. Потом он кивнул подручным, и они буквально испарились.
Велион тяжело бухнулся на стул. Истро сел медленнее, а Епсхо пытался замотать голову.
- А"глепсхонен, - медленно произнёс Истро, - ты, конечно, кретин безмозглый, но, чёрт возьми, сегодня ты был великолепен.
- Надо будет доплатить коновалу, - пробурчал Епсхо, продолжая заматывать лицо. - Хотя, хрен ему, у меня такой шрамина останется.
Велион рассмеялся и потянулся за водкой. Рука немного дрожала. От страха ли? Конечно - нет.
До Крено было четыре дня пути. Если считать от Ариланты - четырнадцать. Велион ушёл из Ариланты двадцать первого июля, а значит, с учётом дня на могильник, могильщик вернётся в столицу девятнадцатого августа, если, конечно, всё пойдёт нормально. Встреча, которую он назначил одному человеку, состоится двадцатого, ровно через тридцать дней после первой встречи. Значит, он успевает? Конечно, успевает. С другой стороны, его могут и подождать, так что ничего страшного. К тому же, опоздать мог не он один.
Могильщики тронулись в путь четвёртого августа. Шестого свернули с главного тракта в сторону дельты реки Крейны, вытекающей из Лельского озера. До самой дельты, где Крейна распадалась на несколько тихих, но широких потоков, идти не нужно было - Крено был в двух днях пути. Дельта Крейны слыла дурным местом, хотя когда-то здесь был благодатный край - множество заселённых, судя по тому, что на карте там обозначалось не меньше десятка могильников, островов, но Ядовитое море сделало своё: его приливы выгнали оттуда даже беглых каторжников. Эти каторжники рассказывали жуткие истории о полуразумных полулюдях, пьющих воду из Крейны, но многие им не верили. Велион, повидавший в могильниках столько того, во что обычные люди не верят, к этим историям прислушивался.
Приливы с Ядовитого моря до Крено не доходили. Но люди там всё равно не жили.
Первые следы запустения появились как раз шестого числа. Могильщики через пару часов после полудня миновали крупную деревню, собираясь заночевать в другой, расположенной, если судить по карте, раздобытой где-то Истро, в трёх часах пути от этой. Но вместо деревни они увидели лишь кучку обуглившихся печей. Деревня эта сгорела давно, минимум - зимой, это можно было определись по растительности, буйно разросшейся на пепелище, но Велиону удалось раскопать несколько обгоревших костей. На черепе, принадлежащем ребёнку, хорошо были заметны следы звериных зубов.
- Волки, - сухо констатировал Велион, показывая череп братьям. - Или, вернее, бродячие собаки.
Епсхо ощутимо побледнел.
- В двух днях пути? - пробормотал он, озираясь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
