— Сейчас немножко полежим и дальше пойдём… — глаза сами закрылись и мы обе провалились в сон.
Когда я проснулась, солнце уже клонилось к закату. Его лучи, попадая на водяную изморось водопада, преломлялись всеми цветами радуги. Красиво!
— Груня! Вставай! Скоро стемнеет, нам нужно успеть добраться до деревни!
Девушка только глухо простонала в ответ. Я коснулась её руки, а потом положила ладонь на лоб. Какой горячий! Да у неё жар! Видимо прогулка по холодным пещерам и купание в ледяной воде не прошли для неё даром.
— Груня, милая, нужно встать!
Кое-как сумела её поднять и, обхватив за талию, повела вниз. Девушку мотало из стороны в сторону, она держалась на одном лишь упрямстве. Вскоре мы вышли на протоптанную между камней тропу, идти стало немного легче, правда уже через несколько шагов Груня, теряя сознание, повалилась на землю, чуть не утащив меня за собой. Едва успела её придержать, чтобы она не сильно ударилась головой.
— Груня, Груня, что же мне с тобой делать?!
Тащить я её не смогу, да и нельзя мне в моём-то положении. Кричать, звать на помощь, развести костёр? Я боялась привлечь к себе внимание разбойников — после того, что мы узнали, нас точно ищут. А огниво… я так и не разобралась, как оно работает.
Оставалось одно — спрятать девушку в ближайших кустах и идти за помощью. Я уже присматривалась к увивавшему склон дикому винограду, когда со стороны деревни послышался цокот копыт. Заходящие лучи солнца ярко вспыхнули на позолоченных пуговицах капральского мундира.
— Рэд… Капрал Рэд! — я залезла на ближайший валун и замахала руками.
Меня заметили. Лошади остановились, загарцевали на месте и понеслись вперёд. Я спустилась с камня, села на землю, положив голову Груни к себе на колени, тихонько приговаривая:
— Вот и всё, скоро будем дома… ты только держись…
Дальше было всё словно во сне. Рэд подхватил меня, сажая на своего коня, придерживая, чтобы я не свалилась. Груню посадил к себе кто-то из солдат.
Капрал пытался задавать мне вопросы, но я так громко кричала, пытаясь обратить на себя внимание, что кажется, сорвала голос. Наконец сообразив в чём дело, он сунул мне в руки фляжку, несколько глотков травяного отвара привели меня в чувства.
— Разбойники! Они там, в горах! Тюрский лазутчик! Там пещера, покажу! — я сбивчиво пыталась объяснить, что с нами приключилось.
Через несколько минут к нам присоединился ещё один конный отряд, во главе которого я неожиданно узнала барона Сореля. Люди, что были с ним, мне не знакомы, да и мундиры на них немного отличались от обычных, солдатских.
Заметив меня рядом с капралом, Сорель тут же подскочил ближе, с тревогой заглядывая в лицо, ощупывая плечи, руки.
— Элена! Вы целы! Как вы нас напугали! Капрал Рэд! Благодарю за службу! — с этими словами Сорель легко, словно пушинку подхватил меня, пересаживая к себе на лошадь.
Я обернулась, на лице Антуана проступала неподдельная тревога и что-то ещё, хищное, от чего мороз пробирал по коже. Перевела взгляд на окруживших нас военных, снова на Сореля и у меня в голове кое-что сложилось. А он, оказывается, не так прост! Прикидывался перед всеми этаким простачком, а у самого вон какой гарнизон, не чета моему!
И я решилась, у Сореля за спиной сила, он защитит!
— Это Фабер! Это он нас похитил! Его нужно задержать!
— Тшшш, тихо, тихо, успокойся, — Антуан положил мою голову себе на плечо, погладив по волосам, — я всё знаю, Фабер под арестом, его банду скоро поймаем.
— Они в пещере! Я знаю дорогу! Там Тюрский лазутчик!
— Хорошо, хорошо! Только не волнуйся! Сейчас немного отдохнёшь, придёшь в себя и всё расскажешь, — Антуан сам не заметил, как перешёл на ты.
В крепость мы добрались, когда почти совсем стемнело. Антуан соскочил с коня, помогая мне спуститься в низ, Груню и вовсе нёс на руках один из солдат. На крыльцо высыпали все обитатели замка. Увидев нас, Луиза ахнула, а Эбби разревелась. Думаю, зрелище было ещё то: грязные, с синяками и ссадинами, волосы спутаны в колтуны, одежда порвана, Груня так и вовсе свою верхнюю юбку на верёвки пустила.
Антуан подхватил меня на руки и сам отнёс на хозяйский этаж, велев служанкам привести меня в порядок.
— Потом и поговорим! — пообещал он.
— Там Груня! Ей доктор нужен! Она мне жизнь спасла! — успела крикнуть ему в спину. Он обернулся, кивнул и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.
— Леди Элена!
— Голубушка моя!
Луиза и Эбби принялись снимать с меня уцелевшие остатки одежды. Лина и Стася таскали вёдра с горячей водой, готовя для меня купальню.
— Там Груня! Ей совсем плохо! — попыталась я вырваться из их цепких рук.
— Мари уже готовит для неё свой фирменный отвар.
Меня подхватили под руки и буквально окунули в бочку с тёплой водой. Луиза занялась волосами, а Эбби намылив тряпочку, аккуратно промывала ссадины на лице и руках.
Когда я чистая и посвежевшая вернулась в спальню, на столике меня ждал поднос, на котором стояла пиала с куриным бульоном, кусок лепёшки и кружка с травяным отваром.
— Ты давно не ела, поэтому сразу много нельзя, — пояснила Эбби, смахивая с щеки набежавшую слезу.
Этот бульон показался мне таким чудесным, ничего вкуснее не ела! Я отрывала от лепёшки маленькие кусочки, тщательно их пережевывая, Эбби права, нельзя сразу сильно нагружать желудок.
Отвар горчил и был не слишком приятным на вкус, но Луиза велела выпить всё до капли.
— Снадобье Мари кого угодно на ноги поставит, пейте, леди Элена, пейте, — приговаривала экономка.
После отвара мне действительно стало намного лучше, голова прояснилась и я вспомнила слова Сореля. Что он там говорил про Фабера?
— Барон Сорель, он ещё в замке? Мне срочно нужно с ним поговорить!
Спорить со мной не стали, Луиза быстро подобрала мне бельё и платье, Эбби занялась волосами. Если не считать царапин и тёмных кругов под глазами, выглядела я вполне прилично.
— Господин Сорель ожидает вас в гостиной! — Луиза присела в реверансе.
Эбби, ожидаемо, пошла со мной, в любой ситуации она блюла этикет.
Антуан сидел у камина. На моей памяти огонь в нём развели впервые.
Обернувшись на наши шаги, барон встал, шагнув навстречу.
— Элена, вам нужно согреться! — он снова перешёл на Вы.
Я опустилась в кресло, глядя на пляшущие в камине язычки пламени.
— Антуан… вы сказали, что Фабер арестован. Как вы узнали?
— Это всё ваша компаньонка, — Сорель улыбнулся, блики огня искрами сверкнули в его глазах.
— Эбби?
— Да, это она поймала того, кто украл документы.
— Кто? — я обернулась к нянюшке, скромно устроившейся в уголке гостиной.
— Тамарис, — за неё ответил Сорель.
— Метресса?! Зачем?
— Всё оказалось до банального просто, Тамарис познакомилась с Фабером, когда он приезжал к вам, но не застал дома. Женщина тут же попыталась понравиться богатому одинокому мужчине, впрочем, она и ко мне клинья подбивала.
— Когда только успела! — вырвалось у меня.
Антуан лишь мягко улыбнулся и продолжил:
— Когда вы так неосторожно рассказали о найдённых вами документах и ваших исследованиях горных пород, Фабер насторожился. Ведь он давно искал ланзанитовые шахты, о них ему рассказал отец, а тому его отец, при жизни побывавший на одном из рудников. Запись об этом есть в его дневнике. Там он указывает некоторые ориентиры, которые навели Фаберов на мысль, что шахты находятся совсем не там, где все считают.
Антуан испытующе глянул в мою сторону, но я сделала вид, что ничего об этом не знаю. Жизнь в который раз научила меня не доверять никому.
— Фабер нанял нескольких старателей, которые принялись за раскопки. Они поселились в старой заброшенной деревне, предварительно устранив местного старосту. Это было несложно, хозяева долины давно уже не наведывались в эти края, подати деревня платила исправно, самозваный староста появлялся в замке один раз в год, так что никто ничего не заподозрил. К тому же я заметил, что ваш дворецкий немного подслеповат.
