руку в знак примирения и пробормотал что-то успокаивающее, когда Тейлор положил карабин на плечо.
– Значит, вы тоже его видели? – спросил он к огромному удивлению всех четверых.
Теперь он казался растерянным. Как может выглядеть молодой парень с фермы, который стал свидетелем того, что он не мог объяснить и о чем никому нельзя было рассказать, чтобы не сойти за сумасшедшего, и который наконец нашел благодарных слушателей! Гора упала с плеч, и его взгляд просветлел, наполняясь надеждой.
– Тебя оно тоже преследовало? – удивился Оуэн.
– Нет. Я к нему не подходил. Просто однажды ночью заметил, что на палке его нет. А в прошлый понедельник рано утром заметил, как оно возвращается через поле. Думал, что схожу с ума… Я собирался подойти снять на телефон, но потом почувствовал, не знаю почему, что лучше, чтобы он меня не видел. Оно выглядело…
– Недобрым, – закончил Оуэн.
Тейлор кивнул.
– Его же твой отец установил, да?
– Да.
– А твой старик не занимается случайно черной магией?
– Что? Нет, конечно! Что ты говоришь вообще!
– А как ты тогда объяснишь, что в пугало вселился злой дух?
– С чего вы взяли, что в него кто-то вселился? Просто… оно ожило.
– Ага, или в него забрался через задницу инопланетянин… – хмыкнул Кори.
Мой отец каждый год их ставит, но раньше ничего подобного не случалось, он установил всего три или четыре пугала на разных концах поля, и…
Тейлор не успел закончить фразу. Послышался металлический свист и глухой звук влажного удара.
Лезвия возникли из-за стены кукурузных листьев справа от Тейлора и рассекли его футболку на горизонтальные полосы, которые мгновенно пропитались темной влагой. Внутренности вывалились наружу, будто живот выблевывал все свое содержимое, – кишки, органы и потоки крови, которые упали на потресканную землю у его ног.
Никто не в силах был пошевелиться.
Пугало возникло перед Тейлором, рассекая воздух железными руками.
Нижняя челюсть юноши отвалилась, и язык вывалился, как гигантский слизняк, дергаясь в судорогах.
Подростков окутал запах гниющего мяса и кошачьей мочи, накрывая их тошнотворным покровом и не давая сдвинуться с места.
Зрачки Тейлора расширились от ужаса. Чад никогда раньше не видел таких глаз. Это был сигнал для него, инстинкт выживания. Главное, никогда не выглядеть как Тейлор. Никогда.
Он наставил арбалет на тыкву и нажал спусковой крючок. Щелкнула тетива, и стрела пробила голову пугала насквозь.
– БЕЕЕЖИИИМ! – завопил он.
Чад увидел, как из дыры в тыкве выползают желтые личинки и падают, извиваясь, к ногам монстра. Он не сомневался, что они бросятся к нему и прогрызут его одежду, кожу, сожрут его тело, проберутся как можно глубже, чтобы поселиться внутри и жрать его изнутри, и жирнеть все больше, больше… пока не лопнет то, что от его оболочки останется.
Дуэйн Тейлор издал низкий булькающий звук и рухнул на землю, отчего Чад резко очнулся. Пугало повернулось к нему. Мальчик чувствовал его дьявольскую ледяную ярость.
Из перекошенной глотки извергались полчища личинок.
На этот раз Чад нашел в себе силы и заработал ногами что было сил. Он мчал со всей скоростью, на какую был способен, и даже не заметив, что его друзья тоже бежали вовсю.
Кукурузные заросли били по щекам, мешали под ногами, но он даже не замечал этого, слышал только, как за его спиной стальные лезвия рассекают воздух. Чад, казалось, летел, и его ноги почти не касались земли. Он перепрыгнул в другую борозду, потом в следующую, надеясь, что направляется к лесу. Само по себе это не было такой уж хорошей идеей, но в панике Чад не был способен придумать ничего лучше и изо всех сил стремился просто вернуться домой, как бы далеко ни находился он от дома.
Вокруг шуршали листья, и на бегу он не понимал, шуршит ли они от его собственного бега, под ногами друзей или пугала, которое его преследовало. Он бежал сквозь кукурузные заросли со страхом и бешенством, так быстро, что не успевал поберечь руки от острых листьев. В этом водовороте теней и солнца, в потоках крови и пота он вдруг заметил, что на его плече все еще болтается арбалет. Он все равно не успевал его перезарядить. Да и зачем? Пугало получило целую очередь стрел, и ноль эффекта! Оуэн был прав: нужны были серебряные стрелы! Они пропали.
Чудовищный силуэт возник справа от него. В лучах вечернего солнца блеснули лезвия, который служили ему пальцами. Он бежал уже наравне с Чадом.
Жуткое лицо медленно повернулось к Чаду.
Их разделял всего один ряд кукурузы.
Два чёрных провала сверлили мальчика взглядом. Чад заметил, что в жутких глазах был едва виден чёрный свет. Это были две чёрных дыры. Какое-то древнее движение, неумолимое и злое. Это оно оживляло пугало. Какая-то первобытная сила.
Когда Чад понял, что замедлился, зачарованный этим дьявольским взглядом, было уже поздно.
Пугало нависло прямо над ним.
Странно, но его не так пугали металлические пальцы, которые легко могли перерезать ему горло, как черви, которых пугало изрыгало из кривой пасти. Мальчику было жутко от мысли, что они заберутся в его собственный нос и рот.
Солнце померкло.
Запах стал невыносимым, и Чада стошнило.
Струя огня рассекла воздух между мальчиком и пугалом, пламя охватило одну из рук монстра, и поле сотряслось от дикого вопля. Крик шёл из самого нутра твари. Чаду показалось, что он оглох навсегда.
Коннор перезарядил ружье и метнул новую струю огня.
Оуэн схватил двоюродного брата за воротник и потащил что было сил, так что тот чуть не упал. Чад пришёл в себя и снова побежал.
Он почти не успел понять, что произошло, а они уже снова бежали в высокой траве, все ускоряясь. Кори бежал впереди с камнями в руках и швырял их изо всех сил в пугало, которое снова приближалось со зловещей ухмылкой.
Обернувшись, Чад увидел, что Коннор бежит позади всех с красным лицом. Пугало рассекало кукурузные ряды чуть дальше. Оно не останавливалось.
Чад не был уверен, что сможет ещё долго выдерживать такую скорость. Особенно в лесу. Но было поздно менять маршрут, и он постарался насколько мог ровно дышать, пока они бежали вдоль крутого холма.
Овраг был их единственной надеждой вернуться домой. Они ни за что не смогли бы нестись с такой скоростью по Поясу с его подъемами и спусками. Кори прекрасно это понимал и вёл их к оврагу, изо всех сил работая локтями, с широко открытым ртом, стараясь глотать как можно больше воздуха на каждом вдохе.
Пугало больше не кричало, но
