— Она не была для меня просто големом, — произнес Тристан сухо. — Ты просто не знаешь всей правды. А теперь, наверное, слишком поздно что-то менять. А я, — он зарычал, вдруг опустив голову, но почти сразу вскинул ее и Бэгли удивленно встретил злой темный взгляд друга, — а я был дураком. Я ведь поверил ей…
«Что он несет?» — подумал про себя Арман и внезапно понял, что скорее всего, Клэр рассказала Тристану всю правду о себе. И, судя по реакции Де Вирра, он поверил голему. Или захотел поверить.
— Так кто ее убил? — голос Триса проскрежетал.
Арман вздохнул. Но Марго ему не было жаль. Подлость простить нельзя. А убийство тем более. Девушка наивно полагала, что просто избавилась от големе, бесчувственной игрушки. Но что, если бы она знала, что Клэр — живая. Остановило бы ее это?
Он подумал и понял, что нет. Просто Марго не стала бы действовать настолько открыто, как сегодня. И еще раз убедился, что не такую бы супругу желал другу. И уж точно не хотел бы видеть эту леди во главе королевства, разделившую трон с Де Вирром.
— Марго, — выдохнул он решительно, заметив, как мгновенно изменился в лице Трис.
Эмоции, отразившиеся на лице Де Вирра были такими яркими и так быстро сменяли одна другую, что Арман невольно приподнял брови, отмечая, как недоверие, было проступившее в глазах Де Вирра, вдруг сменилось яростью, злостью и гневом.
— Что? — прохрипел он.
— Я видел это лично, — подтвердил Бэгли. — И это была она. Твоя невеста.
Еще несколько секунд Де Вирр стоял, молча глядя на Армана, а затем круто развернувшись, четким и быстрым шагом направился к двери.
— Трис, нет! — попытался остановить его друг.
— Не пытайся меня остановить, — бросил ему молодой мужчина. — Пожалеешь!
Ответом была хлопнувшая дверь. И снова зазвеневшие в рамах стекла.
Арман выскочил следом за магом и остался на месте, глядя вослед уходившему другу. Понимал, что надо хотя бы попытаться не дать Де Вирру совершить ошибку и, в то же время, понимал, что тот имеет право на месть. И он надеялся, что Марго отделается легким испугом. Ведь Трис не был убийцей. И женщин он никогда не бил.
Хотя, сегодня, даже сам Арман не пожалел бы для Марго хорошей порки.
Тристан и сам не понимал, что с ним происходит. Но в душе поселился гнев и ярость такой силы, что он просто не мог их контролировать. Не мог и не желал.
Клэр больше нет. Теперь понятно, почему Дрейг так волновался. Вероятнее всего, дракон и сам не понимал, что с ним происходит и что является причиной этого беспокойства. Иначе он бы передал хозяину тревогу и объяснил бы все, как есть. Но нет.
Удивляло и то, что его дракон чувствовал Клэр. Возможно, каким-то непостижимым образом, они оказались связаны с ней через его, Де Вирра, магию. Впрочем, сейчас это было последним, о чем хотел бы думать Трис.
Направляясь через коридор, он хотел только одного. Найти Марго и убить.
Знал, что не сделает этого. Не сможет. Но его душа и сердце требовали мести. А еще он хотел найти обломки той, которую полюбил. Найти и оплакать.
— Милорд! Этот полет был просто удивительным. Вы…
Он услышал обрывки фразы краем уха. И даже не повернулся, чтобы взглянуть на говорившего. Просто продолжил идти вперед, отмечая, что адепты постепенно наполняют здание. И он тек между ними, словно корабль по волнам ненависти, выискивая ту, которая уничтожила его Клэр.
Его поздравляли, пытались коснуться и с удивлением отходили в сторону, едва завидев мрачное выражение лица мага.
— Де Вирр? Что с вами?
Кажется, это ректор. Слова Бэгли каким-то удивительным образом воздействовали на Триса. Он остановился и посмотрел на директора Академии, пытаясь увидеть его. И понимая, что не видит. Злость пеленой застила глаза.
— Вы в порядке, Тристан? — взволнованно поинтересовался ректор.
— Да, сэр! — нашел в себе силы ответить Де Вирр, удивляясь тому, как спокойно говорит. И вдруг в напряженной тишине, возникшей внезапно в холле, куда спустился маг, прозвенел голос Марго, еще не подозревавшей о том, что ей грозит.
— Тристан! Вот ты где. А я все искала тебя, хотела поговорить и объяснить одну неприятную ситуацию, — услышал он.
Боги! И почему он раньше не замечал, насколько противно звучит ее голос?
Брошенный на лицо Марго взгляд подсказал ему, что девушка уже все поняла. Видит, что он знает правду. Стоило бы отдать должное ее выдержке — на лице бывшей невесты не дрогнул ни один мускул. Только глаза… Глаза стали чуть больше, и он прочитал в них затаенный страх.
Но вокруг было слишком много народа. Она понимала это, как знала и то, что он не тронет женщину. Не посмеет. Но как же чертовски чесались руки в первый раз в жизни ударить ту, которая слабее. Но которая нашла в себе силы убить его Клэр.
— Маргарет, — он подошел прямо к ней, оставив между ними ничтожное расстояние в один короткий шаг.
Девушка сглотнула и подняла глаза, по-прежнему не избегая его взгляда, открытая и ждущая того, что последует.
— Не знаю, что сказал тебе Арман, но это была случайность, — проговорила она спокойны тоном.
Адепты, заинтересованные происходящим, перестали галдеть и внезапно сгрудились вокруг пары благородных магов.
Тристану было плевать, как он выглядит со стороны. Да, он понимал, что ни один будущий король не имеет права терять себя в глазах верноподданных, но гнев и боль утраты были сильнее разума. Прежде Де Вирр сам бы никогда не подумал бы, что ему будет так больно терять кого-то.
Марго, вдохновленная его мрачным молчанием, продолжила:
— Да, она упала и разбилась. Возможно, я виновата в этом в какой-то степени. Отчасти, — девушка было улыбнулась, но встретив взгляд Де Вирра, улыбка ее увяла, как цветок. — Я возмещу тебе убытки. Всего-то делов. Купим две, — она хмыкнула, — нет, три любых голема, какие только захочешь. Я умею признавать свои ошибки и, если была неосторожна, то готова все исправить.
— Это уже не исправить, — проговорил он голосом, от которого могли бы замерзнуть стекла.
— Тристан? — окликнул мага ректор Бэгли, но Де Вирр его не услышал. Или сделал вид, что не слышит. Наклонившись еще ближе к застывшей девушке, он произнес прямо ей в ухо, но так, чтобы услышала только она одна.
— Тебе никогда не видеть трон, пока я жив, Марго. Ни тебе, ни твоему роду. Уж я позабочусь об этом, когда взойду на престол. И, пока учишься здесь, ходи осторожно рядом с балконами. А еще лучше, избегай их, потому что не ты одна можешь быть такой неловкой.
Сказав это, он распрямился, чувствуя, что желал бы сбросить тварь с самой высокой из башен академии. И зная, что не сделает этого.
Клэр не вернуть. Ее осколки все, что осталось от живой, прекрасной девушки, которую он полюбил всем сердцем. Его Клэр. Кажется, часть души оставила его вместе с ее смертью. Как же Тристану хотелось взвыть, подобно дикому зверю. Упасть на колени, сгрести осколки и прижать их к груди. И выть. Выть не переставая, пока боль, выворачивающая наизнанку, не оставит его. Не ослабеет.
Вместо этого мужчина отшатнулся от бывшей невесты, словно от прокаженной. Марго больше не существовала для него. И Тристан знал, что исполнит свое обещание, когда станет королем.
Если станет.
— Да что здесь происходит? — ректор протиснулся вперед. Потянулся было к Де Вирру, но тот шагнул вперед, мимо расступившихся адептов, и вышел из здания.
Он и сам не знал, куда несут его ноги. Шел, не ведая пути, пока не остановился перед загоном, где отдыхал его дракон.
Несколько минут, долгих и унылых, мужчина просто смотрел на высокие двери, не понимая, что с ним творится. Боль была слишком сильна. А он не пытался подавить ее и как-то побороть, выпустив наружу.
В какой-то миг услышал громкий удары крыльев и невольно отошел назад, запрокинув голову к небу. Успел увидеть, как Черногрив, тяжело поднимаясь вверх, устало взбивает крыльями воздух. На его спине сидел Де Уинн. Тристан узнал соперника по цвету волос. Но сейчас ему было плевать на все. И тем более, на Сибера.
