этот исполин среди исполинов снял свой рогатый шлем, его умные зеленые глаза встретились с глазами Балора Келла, в которых бушевало ледяное пламя.
Братья молча двинулись навстречу друг другу. Слова были лишними. Потому что и они, и каждый из присутствовавших здесь воинов, и даже киборги Механикум – каждый отчетливо понял простую истину. Балор Келл и Солей Враск снова вместе. А значит – у чужих нет шансов.
Глава 6
Проблема двоевластия
Он сияет
Гончие идут
Солей Враск тяжело привалился к серой стене рухнувшей башни. Его тога была изорвана в клочья, доспех из алого превратился в грязно-зеленый. Керамит покрывали подпалины и микротрещины. Разбитый шлем лежал у ног примарха.
Он медленно моргнул и поднял взгляд к небу. «Прима Материя» и «Затмение Серендина» выскользнули из его расслабленных рук, с глухим грохотом свалившись в пыль.
Авл и Элифас синхронно дернулись в направлении отца, но тот едва заметно качнул головой. Он продолжал безвольно лежать на наклонной стене, глядя в безбрежную синеву, к которой со всех направлений тянулись черные жгуты смолистого дыма. Казалось, орудия Ордо Редуктор выжгли само пространство за пределами пятикилометрового круга с упавшим флагманом в центре.
– Это снова происходит, – прошептал Кельс. – Я смотрю на нашего отца и чувствую его боль. Она захлестывает, дробит сознание, калечит дух…
– Чтобы это понять, не нужно иметь титул Дитя Бездны, – слова Элифаса прозвучали громче, чем следовало. – Как долго это будет продолжаться? Что с ним? Что это за тайна, о которой он не говорит даже нам с тобой?
– Тише, брат, – Авл смотрел на Солея.
Бой закончился пять минут назад. Звезднорожденные истребили не меньше пяти тысяч псайкеров и несколько сотен ксеносов, включая их отвратительные орудия. Едва ли не половина ящеров числилась на счету Враска. Даже Балор подивился бы его холодной расчетливой ярости, если бы был здесь. Но повелитель Авангарда бился по другую сторону от «Гнева Нуаду».
За минувшие шесть часов два легиона при поддержке контингента Механикум превратили рухнувший корабль в неприступную крепость. Почти все бреши заблокировали бронелистами или заварили. Подходы, которые нельзя было прикрыть, заминировали, подготовив на подступах огневые мешки. Подрывники обрушили несколько зданий, чтобы усложнить продвижение противника через город.
Оперативный штаб организовали с северной стороны, в руинах, между ставкой Ордо Редуктор и палубой, где библиарий Авангарда Терры по имени Аудун собирал выживших своего легиона. Теперь палуба стала апотекарионом. Развернутые на ней орудия передислоцировали ближе к краю города для поддержки обороны Механикум.
Кроме этого района фундаментальные укрепления пришлось возводить с диаметрально противоположной стороны. В том месте корпус линкора едва не развалился пополам, оперативные группы Солярной Ауксилии до сих пор не могли справиться с пожарами внутри корабля. Залатать столь колоссальную пробоину было невозможно. Именно здесь половина Звезднорожденных сражалась последние два часа под командованием своего примарха. Вторая половина билась вместе с сынами Балора.
– Мы с тобой не знаем, потому что он сам не знает, – тихо заключил Кельс, внимательно посмотрев на брата. – Ты понимаешь, что это значит?
– Что все очень плохо! – Элифас ударил бронированным кулаком по обломку балюстрады и песчаник осыпался к его ногам желтоватым крошевом. – Возможно… это из-за его дара? – Мастер Первого Аркана взглянул на Библиария с надеждой. – Он вернул сегодня не меньше сотни воинов! И меня в их числе. Может…
– Может, – на удивление легко согласился Авл Кельс. – А может, нет.
– Как ты справляешься со своими эмоциями, брат? – Элифас едва не кричал. – Скажи!
– Никак! – прошипел в ответ Библиарий. Он внезапно шагнул к своему брату, ловко перехватил его в поясе и опрокинул на землю. Элифас, не ожидавший подобного, не успел среагировать.
Авл навис над Мастером Первого Аркана. Кончики их носов едва не соприкоснулись. Элифас попытал сбросить с себя другого космодесантника, но не преуспел.
– Думаешь, только тебе тяжело видеть нашего отца… таким? – Дитя Бездны говорил сквозь зубы, в его глазах плясало пурпурное пламя. – А теперь подумай вот о чем. Даже Алый Король не смог ему помочь.
Элифас перестал вырываться и умерил свой гнев. Он второй раз в жизни видел Авла таким. Библиарий поднялся и протянул ему руку. Мастер принял помощь.
– И все же как? – уже спокойнее спросил Мастер Первого Аркана. – Как тебе удается быть таким… спокойным?
– Я запретил себе думать об этом, – психическое пламя в глазах библиария улеглось. – Лишние мыли, они ни к чему. Они заставляют жалеть нашего отца. Но он – Солей Враск, Алхимик, Кристаллический лорд Мистилтейна, Покоритель Лутайры. Один из двадцати величайших героев галактики. Ты считаешь, он этого достоин, жалости?
– Ты прав, брат, – Элифас поджал губы и опустил глаза. – Прости мне мои эмоции.
– Нечего прощать, – Дитя Бездны коснулся плеча брата. – Просто цени каждый миг, пока находишься рядом с ним.
Когда Элифас снова посмотрел на Враска, примарх уже был собой. Его зеленые глаза лучились великой мудростью, на губах играла таинственная полуулыбка. Он сжимал в руках «Прима Материя» и «Затмение Середнида», готовый без промедления нести кару Императора бессчетным своим врагам.
– Вы закончили, сыновья мои? – Солей перевел взгляд с Элифаса на Авла. Но Мастеру Первого Аркана все равно казалось, что примарх продолжает смотреть на него. – Надеюсь, что да. Мы здесь еще не закончили.
Одновременно с его словами две «Гончие» Умбра Ира зашевелились по флангам от позиций легионеров. Стволы плазменных бластганов уткнулись в горизонт, турболазеры загудели, набирая заряд.
Это будет уже четвертый штурм. Все повторится снова. Богомашины испепелят артиллерию противника и большую часть арьергарда. Те, что прорвутся, попадут под шквальный огонь легионеров и Солярной Ауксилии, закрепившейся в городе у рваной раны в боку умирающего линкора. Враги будут гибнуть тысячами, и все равно некоторые воины Империума падут. Некоторых отец уже не сможет вернуть…
Балор Келл как-то пошутил, что будь у Враска более многочисленный легион, он со своим
