встречах – на большинстве из них – присутствую я, так как спонсоры хотят как можно больше знать о деятельности Олдрича. Но сейчас, видимо, львиную долю моей работы взял на себя Джордж.
Я тянусь вперед, пытаясь расслышать, что говорит репортерам Мэрилин О’Лири. «С Альфредом Мэннингом все в полном порядке, – утверждает она. У нее помада нелепого оранжевого оттенка. – Разумеется, следует помнить, что он переживает из-за сложившейся ситуации не только как президент, но и как частное лицо».
Потом – куда же без этого – журналистка напоминает зрителям: «Президент Мэннинг встревожен и из-за убийства Грега Страссера, мужа своей дочери». На экране появляется фото: мы с Грегом на Барбадосе. Я сползаю ниже на стуле и загораживаю волосами лицо.
– Что случилось? – На скамью напротив меня садится Уилла.
Я киваю на телеэкран.
– Ну, сама понимаешь. Я снова в новостях.
Уилла морщит нос.
– Сказали, что у отца изможденный вид, – говорит она. – Думаешь, нам стоит беспокоиться?
– Мэрилин утверждает, что он в порядке.
Уилла фыркает.
– Может, именно Мэрилин сама эти слухи и распускает. Да и вообще, не нравится мне эта Мэрилин. Подозреваю, что она метит на папино место.
Мне требуется какое-то время, чтобы усвоить услышанное и представить себе Мэрилин О’Лири, эту белобрысую и тощую, не первой молодости тетку, похожую на Келлиэнн Конуэй, на месте президента Олдрича. От этой мысли мне становится нехорошо. Лет десять тому назад Мэрилин пыталась охмурить моего отца, когда трагедия с мамой была еще совсем свежа. Она так на него и бросалась. Вела себя возмутительно. Помню, я была поражена, когда, получив отказ от отца, она почла за благо отступить. Эта женщина всегда напоминала мне терьера, учуявшего крысу и рвущегося за добычей, невзирая ни на какие препятствия.
Уилла, не скрывая отвращения, смотрит на заказанную мной картошку фри. Я уже жду лекции о полиненасыщенных жирах, но тут моя сестра вздыхает и, взяв кусочек с моей тарелки, отправляет его в рот.
– Спасибо, что согласилась потратить на меня свой обеденный перерыв.
– Не так уж я была занята, – бормочу я. – А что случилось?
Уилла не жуя заглатывает второй кусочек картофеля.
– Я подумала, тебе будет интересно узнать, что я выяснила у Райны Хэммонд.
Молча я смотрю на Уиллу. Мне трудно поверить, что она смогла прижать эту скользкую пробивную девчонку и вытянула из нее хоть какие-то ответы.
– Она что-то признала?
Уилла помешивает воду в стакане деревянной палочкой, громыхая льдом.
– Грег давал ей деньги. – Она смотрит на меня настороженно, может, ждет, что я устрою истерику. Но я лишь негромко ахаю. – Перевел на ее счет около пятнадцати тысяч через «Венмо».
– Пятнадцать тысяч… ты шутишь?! – выкрикиваю я. Несколько парней в баре оглядываются. Я пригибаюсь, голова идет кругом. Меня бросает в жар, в холод, начинает тошнить. – Ты уверена?
Уилла кивает.
– На сто процентов. В своем поселке Райна шантажировала мужчину – тоже врача. У них был секс, а потом она сказала, что несовершеннолетняя, и заставила его платить. Сдается мне, она пробовала проделать нечто подобное и с папой, хотя мне клялась, что ничего такого не было. Ну, а потом взялась за Грега. – Уилла хрустит ломтиком картошки. – Но он на это тоже не повелся.
– Нет? А почему тогда платил?
Уилла разглядывает ногти.
– Она утверждает, что он ее пожалел. Хотел помочь ей выйти на верный путь и прекратить истории с шантажом. Райна сказала, что мечтает учиться в Олдриче. Кстати, к отцу в секретарши она поступила, еще не будучи студенткой, так что, может, это и правда. Она устроилась на эту работу обманом, надеясь подобраться к нему поближе и попытаться выжать из него деньжат.
Я неотрывно гляжу на висящую передо мной пыльную лампу, подделку под Тиффани. Возможно ли, чтобы мой муж проникся таким сочувствием к девочке, с которой был едва знаком? Он не был таким уж чувствительным и прекраснодушным. Вероятно, на меня действует то, что я никак не могу избавиться от воспоминания о Лолите и этих тошнотворных письмах. Так или иначе, мне не верится, что рассказанная мне история – полная правда.
– Не верю, что Грег это сделал просто так, за красивые глаза, – заявляю я.
– Ага, я тоже сперва не поверила. – Уилла пожимает плечами. – Не обижайся. Но мне показалось, что она говорила искренне – а уж я повидала вралей и жуликов, можешь мне поверить. Она даже открыла мне доступ к своим банковским счетам – сейчас у девчонки всего двадцать долларов. Очевидно, она оплатила учебу буквально перед тем, как Грег погиб. Я, кстати, позвонила в бухгалтерию – последнего платежа от Райны нет во взломанной базе данных, потому что он пришелся именно на день, когда система полетела. И платила она наличными.
– Ты думаешь, Грег дал ей наличные или она сняла их со своего счета?
– Не знаю, да мне и не кажется, что это так уж важно. Но если она говорит правду – а я думаю, что так оно и есть, – если Грег помогал ей оплачивать колледж, тогда у Райны нет причины его убивать. Это объясняет и то, как она отчаянно горевала по поводу его смерти. Видела бы ты дыру, из которой приехала эта девочка… Мне, например, вполне понятно, что она на все пойдет, только бы туда не возвращаться. Олдрич для нее – билет в другую, лучшую жизнь. – Набив рот картошкой, Уилла бросает на меня виноватый взгляд. – А еще она косвенно подтвердила, что Сиенна в ночь убийства не появлялась в вашем доме.
Я чуть не падаю со стула.
– Серьезно?
– Девчонки подписаны друг на друга в «Найти друга». Это приложение, довольно популярное…
– Я о нем слышала, – перебиваю я. – На самом деле, я им и сама пользовалась, чтобы отслеживать девочек. Но в последнее время забросила это. У меня послушные дети…
Уилла барабанит пальцами по столу.
– По истории в приложении Райны видно, где была Сиенна всю ночь, – это небольшой участок вокруг кампуса, и не дальше. Правда, она предупредила меня, что уничтожит улику, если только я предам огласке то, что о ней узнала. Я блефовала, говорила, что Сиенне не требуется алиби, но Райна наверняка знает или догадывается, что Сиенна не настолько безгрешна. Девочка могла сболтнуть Райне, что она – автор писем Лолиты. Ну, а Райна мигом смекнула, что это неплохой козырь в рукаве.
– Черт, – шепчу я. Хотя, с другой стороны, хорошо иметь доказательство, что Сиенны и близко не было к месту убийства. Просто на тот случай, если копы все же докопаются, что
