Он избил меня, изнасиловал при всех! Ты забыл, что я несколько месяцев провела в больнице в агонии и страхе? Сколько денег ты потратил на восстановление моего физического и морального состояния? — Дафна привстала, неотрывно смотря на отца. — А шрамы на моем теле от его проклятого ремня, ты забыл их?
Она вышла из-за стола и подошла к нему. Повернувшись спиной и не спеша приподняв пальцами шелковую ткань блузки, она оголила спину, покрытую некрасивыми, отталкивающими взгляд шрамами.
Астория закатила глаза.
«Ну да, давай, поной папочке, как тебе было больно и плохо. Ведь ты же одна такая, избитая мужчиной, бедняжка», — Астория плотно сжала губы, вспоминая о ректоре.
Она так никому и не сказала о случившемся.
Не смогла.
— И ты пустишь того, кто сотворил все это… в свой дом? — хрипло проговорила Дафна. Вот-вот, и она заплачет. — Мне больно, отец… больно… все еще…
Она упала перед ним на колени и тихо заплакала, бормоча под нос, какие ужасные вещи вытворял Драко в тот вечер.
Отец не мог больше игнорировать Дафну. Он быстро присел на колени и обнял ее, прижав ее голову к своей груди.
— Тише, прости меня… конечно, его не будет в этом доме, не будет, дорогая. — Он трепетно погладил ее по волосам, что-то шепча на ухо.
— Что?! Но как же, — начала Астория.
«Вот так просто? Поныть, поплакать, надавить на огромные суммы, потраченные на восстановление, и… все? Он готов перечеркнуть правило, строившееся годами?!» — Она нахмурилась, ощущая себя несправедливо и глупо.
— Помолчи! — рявкнул отец. — Мало того, что ты, нахалка такая, начала встречаться с этим чудовищем, так еще и смеешь спрашивать о его приглашении в наш дом!
Астория сильно сжала столовые приборы.
— Но правила…
— У каждого правила есть исключения, дочь, — вмешалась мать, посмотрев на нее с осуждением. — Ты и так принесла нам кучу проблем, будь добра, доедай и иди по своим делам. И будь благодарна, что вообще живешь с нами.
— Но, мама… — В горле встал ком от подобных слов.
— Прочь! — рыкнул отец, сильнее прижимая Дафну к себе.
Они опять приняли сторону Дафны, опять унизили, прогоняя из своего окружения.
Астория больно прикусила нижнюю губу.
«И так всю жизнь… Дафна хорошая, а я… кто я? Дочь, которая вечно создает проблемы, — подумала Астория, замечая, что Дафна несильно ухмылялась. — Еще и лыбится, дрянь».
Она кое-как натянула улыбку и демонстративно покинула столовую, не забыв кинуть злой взгляд на сестру. А что еще оставалось делать? Пытаться спорить с теми, кто околдован ложной святостью их старшей дочери — бред.
Идя в ванную комнату, она думала лишь о том, почему с детства родители любили Дафну больше. Только потому, что она родилась первой? Или же…
Нет. Тут дело было совсем в другом.
Астория отрицательно помотала головой, смотря на себя в зеркало.
— Мне тогда было всего пять лет, ну с кем не бывает… — пробубнила она, смывая утренний макияж.
Когда Астория была маленькой, она спалила родителей за совершением грязной сделки, в которой были замешаны огромные суммы денег и несколько убийств. По глупости и невинности она доверилась приближенному отца, который был тайным репортером из прессы. Она рассказала ему об услышанном, и семья стала жертвой крупного скандала, который чуть не погубил все, что так долго строили ее родители.
Она была маленькой, не понимала, кому можно было доверять, а кому нельзя. Ей было всего пять лет.
Разве после такого можно разлюбить или держать злость на своего ребенка? Ну да, скандал, да, рассказала тайну, но разве они не сами виноваты, что дали Астории увидеть сделку?
Это была оплошность матери и отца. Они не закрыли дверь. Как беспечно. И за эту ошибку поплатилась Астория, ни в чем не виноватая пятилетняя дочь — она лишилась всего: родителей, детства, друзей.
Она как сейчас помнила, как отец запер ее в комнате на неделю, а мать распустила слух, что Астория не была родной дочерью, мол, они ее удочерили.
Помнила… как в школе все шептались за спиной о ее неблагодарности и хреновом поступке, который чуть не погубил семью. И как бы она ни пыталась доказать, что являлась настоящей дочерью Лукреции, никто ей не верил.
С этим она жила, живет и будет жить. И пускай родители все же признали ее родной, но последствия, которые понесла их ложь, до сих пор настигали Асторию, заставляя раз за разом вспоминать ад, через который она прошла.
Несомненно, вся ситуация очень повлияла на нее, оставила глубокий шрам на сердце. И, в отличие от Дафны, Астории никто не оплачивал психолога, никто не пытался понять ее боль — она все пережила сама.
И за это она ненавидела ее… свою сестру.
— Со мной не бывает, Астория, — раздался голос человека, которого она никак не хотела сейчас видеть. — Какая же ты жалкая.
Дафна подошла ко второму зеркалу и начала смывать смазанную от слез тушь.
— Ты… — зло прошипела Астория, резко хватая сестру за запястье и вынуждая посмотреть в глаза.
— Руки убери, — холодно произнесла Дафна, вывернувшись из захвата. — Ты как была жалкой дурой, так ею и осталась.
Астория сжала губы, не отрывая взгляда от напыщенного лица сестры.
— И почему родители видят во мне сущее зло, когда у них под носом живет такая абьюзерша, — шикнула Астория, вновь разворачиваясь к зеркалу.
— Ха! Я абьюзерша? Да из-за тебя мне пришлось полжизни притворяться идеальной дочерью, чтобы выровнять имидж нашей семьи после твоего крысиного поступка!
— Мне было пять! — воскликнула Астория, несильно ударяя по раковине.
— Да хоть год. Нельзя так поступать со своими родными.
— Да что ты вообще знаешь о поступках, идеальная ты наша? — сорвалась на крик Астория, открыв кран с водой.
— Мне пришлось вести личную жизнь на публику, участвовать во всех благотворительных мероприятиях, посещать дурацкие больницы, слушать нудные лекции по охране окружающей среды, и это только верхушка айсберга. А что все это время делала ты? Шопилась, вела распутный образ жизни и перетрахалась с половиной города!
Дафна кинула на сестру взгляд, полный презрения.
— Да ты мне спасибо должна сказать за такую жизнь! — прокричала Астория. — Ты росла в любви и заботе, на тебя отец тратил миллионы, а мать воспитывала как свою преемницу, чуть ли не поставив крест на мне!
— Ха, лучше бы поставила. Ты ничтожество, Астория.
— А ты идеальная?
— Мне пришлось такой стать. Пришлось из-за тебя!
— Поэтому, как только наша семья реабилитировалась, ты пустилась во все тяжкие? Стала бунтаркой, начала встречаться с Поттером, который на несколько лет тебя старше,
