может прикрыть этих уродов хоть сейчас! Это же взятка, они ему земли продали по какой цене, ты посмотри…
— Рубль за десятину.
— Именно, это же взятка! Прижмём их.
— Нет, — я покачал головой и взял следующий документ в руки. — Найди всё, что с ними связано. Мы это заберём с собой.
— Ты сдурел? Они столько говна нам сделали…
— Да, я помню что-то такое, но сейчас мы их не будем трогать.
Олег схватил меня за шиворот и подтянул к себе.
— А не закомандовался ли ты братик? Я свою лямку десять лет тянул, а ты предлагаешь вот так взять и простить⁈ — он так громко орал, что в ухе зазвенело.
— Успокойся, — холодно сказал я ему и опустил свою ладонь на его. — Шуйские сейчас нужны императору для штурма Северной. Мы не можем убрать один из сильнейших кланов прямо перед началом войны.
— Да плевал я на эту войну, а как же справедливость?
— Я же не сказал, что они останутся безнаказанными? — и поднял бровь, после чего лапища Олега, наконец, отпустила меня. — Мы просто отсрочим этот момент.
— Хочешь их шантажировать?
— Это наша подстраховка, — я похлопал по листу бумаги. — Похоже, ты завоевался на передовой, у людей не всё так просто, как с монстрами. Это там убей или умри, здесь всё по другому, Олег.
Брат не был глупым, скорее импульсивным, но быстро понял о чём я и поэтому отступил.
— Ты прав, братишка. Извини.
— Всё в порядке, — я поправил воротник и показал на шкафы. — Вон то мы тоже забираем и придётся эту комнату спалить.
«Похоже, Освободители боялись за свою шкуру и попридержали компромат. От того в столице их никто и не трогал так долго».
Поджог я оставил на совести Олега, а сам отнёс груз в общую кучу. Там же были и набитые деньгами до отказа кожаные сумки. Казна революционеров.
Время поджимало. За мной вбежали и близнецы, сбросив мешки с шестерёнками в кучу.
— Всё выгребли?
— Да, там по мелочи осталось.
— Отлично.
Я выловил Захара и попросил его обвалить «божественную» комнату гравитацией, с чем тот успешно справился. Теперь никто к нам не докопается. Примерно через десять минут нагрянул сам Тайный Советник собственной персоной. Невыспавшийся и злой.
— Геннадий Степанович, — поздоровался я с ним.
— Что тут у вас, Артём? У меня завтра важная встреча, надеюсь оно того стоило.
Я вкратце обрисовал Нарышкину ситуацию, тактично исправив показания о сражении в иллюзорной комнате. По новой версии её пришлось разрушить, чтобы выбраться. А что касается подпаленного кабинета — свалил на беглецов, якобы заметавших следы.
Впрочем, были и другие помещения с документацией, где имелось достаточно данных, чтобы накрыть всю сеть «освободителей». Эти бумажки я не стал трогать.
Нас утащили на допрос, а моя чудо-змейка проглотила весь сваленный в кучу трофейный скарб и последовала за нами на глубине седьмого этажа, чтобы её не засекли. Ну а перед тем, как мы вошли в охраняемое здание Московской канцелярии, она спустилась в канализацию и нашла сухой угол, где и сбросила ценные пожитки.
Допрашивали сычовцев до самого утра, но всё это время я думал только об одном: как отговорить Аничкова от сиюминутной вендетты? Ведь ростовские земли по документам проходили вместе с местами силы и месторождением серебра. Интересно он знал, что его род в буквальном смысле жил на серебряной жиле?
* * *
Вологодская губерния, Бастион, мастерская Гольдштейнов.
Софи сверлила взглядом растерявшуюся от внезапного напора Ривку, пока та не собралась с мыслями и не прошла мимо нагрянувшей гостьи. Девушка задумчиво поставила корзину на стол и сняла с себя платок.
— Значит, ты Софи? — спросила она и кивнула сама себе.
— Нет, папа Римский, ты что не слышала, что я сказала?
— Отчего же? Я в курсе о тебе с нашей первой встречи с Артёмом. — Ривка расстегнула пуговицы пальто и положила его на стул, а затем не спеша поправила чёрные волосы двумя руками, всем своим видом показывая пренебрежение собеседницей. — Чего не скажешь о тебе.
— Ты увела у меня мужчину, как ты вообще смеешь свой паскудный рот открывать? — здесь Софи не могла стерпеть такой наглости и, подойдя в упор, ткнула соперницу пальцем в грудь.
— Никого я не уводила, Артём сам предложил мне сойтись.
— А ты и рада ноги раздвинуть, шалашовка, да?
— Я не потерплю оскорблений у себя в доме, — взволнованно произнесла Ривка и скрестила руки на груди.
— Дамы, может, не будем ссорится… — начал было Ицхак, но обе разгневанно к нему повернулись и зашипели.
— Не лезь не в своё дело!
Мальчик вжал голову в плечи и отошёл в сторону, уже сто раз пожалев, что предложил этой красавице отпить чаю.
— Дом может и твой, но Артём здесь надолго не задержится, он выберет меня, — уверенно заявила Софи, не собираясь уступать этой дамочке и пяди личной жизни.
— Сомневаюсь, — фыркнула Ривка, — Артëму здесь комфортно. С чего он будет съезжать? Все его друзья меня знают и приходят в гости, а кто ты такая? Тебя не было в его жизни больше трёх месяцев, где же ты всё это время была?
Гостья не ожидала такого отпора от мягкотелой с виду девчули и прикусила язык.
— Не твоего ума дело. Там же где и ты, когда он уехал в Громовец. Будто у меня выбор был?
Ривка насмешливо качнула головой, чем вызвала в Софи приступ злости.
— Что ты рожи мне корчишь, говори нормально, если есть что сказать!
— Просто ты могла поехать за ним, но книжки для тебя важнее…
— Да, они для меня важны. Я всю жизнь мечтала о своём деле, а Артём появился совсем недавно.
— Ты сделала свой выбор, зачем же ты сюда припёрлась?
— Знаешь что?
— Что?
— А не пошла бы ты на хрен со своими бездарными поделками и помойным жильëм.
Белокурая девушка развернулась и пошла к своему громоздкому чемодану, с холодной злостью взяв его за ручку.
— И где же ты будешь ночевать?
— Да где угодно, лишь бы не здесь, — бросила она сквозь зубы и потянула тяжёлый груз на себя, это перевернуло его на ступеньках и тот с грохотом скатился в снег.
