и напряжения точно не было бы. Но, с другой стороны, я не смог бы выдать себя за представителя расы и заручиться настолько высоким уровнем доверия. Так что тут, с большой долей вероятности, пришлось бы обменять шило на мыло.
Да и не было уже смысла особо раздумывать о подобном. Случилось и случилось. Важнее было справиться с последствиями.
Группе наёмников под моим руководством выделили палатки и определили в тот же отряд, в котором я сам сражался последние четыре дня. У эльфов нашлась даже особая платка для Ризеллы, более высокая и просторная, взятая для ведения переговоров с кентаврами или же содержания пленников, тут как пойдёт.
А мне, до сих пор спавшему в четырёхместной палатке с другими Магистрами войска, по особому запросу, как герою дня, предоставили личное жильё. И спать в эту ночь я ложиться уж точно не собирался, впрочем, как и девочки. Они, кажется, соскучились по мне едва ли не больше, чем я — по ним.
Только ближе к рассвету мы выдохлись все трое, и раскинувшись на мягких подушках, предусмотрительно захваченных мной в достатке из гостиницы в Сваргале, завели неторопливый ленивый разговор.
Рассказали друг другу, кто что делал за эти месяцы, кто что видел. Теперь, когда физическая тоска была плюс-минус удовлетворена, пришёл черёд удовлетворить тоску душевную.
Правда, в какой-то момент разговор попал-таки на немного опасные для меня рельсы.
— А эта командирша красивая, — как бы невзначай произнесла Мо.
— У тебя с ней что-то было? — Эллиса, с другой стороны, даже не попыталась что-то вызнать у меня намёками. Хорошо ещё, что на начала с этого вопроса разговор в целом.
Я хотел было ответить, что нет, не было. Но перед мысленным взором сами собой вспыхнули небесно-голубые океаны.
— А что, если было?
— Я её убью, — жёнушка, судя по тому, что дёрнулась, попытавшись встать, вознамерилась отправиться вершить ревнивое правосудие прямо сейчас.
Я покрепче обнял её, не позволив вывернуться из захвата.
— Успокойся! — тихо, но яростно рыкнул я Эллисе на ухо. Она от такого всегда млела и теряла волю к сопротивлению. — Не было. Я спросил: «Что, если?»
— Я бы её убила, — уже куда более расслабленным тоном ответила она.
— Почему не меня?
— Тебе бы потом доказала, что я лучше. — Мо, перекинув через меня ногу, пнула Эллису в бедро. — Что мы лучше, — поправилась та.
— Я бы, конечно, убивать никого не стала, — одобрительно кивнув, поддержала подругу Мо, — но к доказательству, что нас тебе будет достаточно, присоединилась бы.
Я хмыкнул.
— И что, вы бы совсем на меня не злились?
— Злились бы, конечно. Как можно на такое не злиться. Но от того, что ты пару раз развлёкся бы с ней, нас бы любить ты не перестал.
— Ты ведь нас любишь? — слегка угрожающе поинтересовалась Эллиса.
— Конечно, люблю! — я притянул их к себе и начал по очереди целовать то одну, то вторую. — Больше жизни люблю, королевы мои! — Девочки такого довольно захихикали. Я перестал их целовать. — Но есть кое-что…
— Что?
— Она мне правда очень нравится. И не просто потому, что она красива.
— Тогда почему? Из-за груди? — Мо обиженно надула губки.
— Я же говорю, не из-за красоты. Честно говоря, пока сам не знаю, в чём дело. Но, возможно, дело в том, что…
Я рассказал им о том, как внешность Ариании воспринималась эльфами, и что ей приходилось с этим жить с самой юности.
— Бедняжка… — вздохнула Мо.
— Генетика бессердечна, — в унисон ей вздохнула Эллиса. — Но как это связано с тем, что она тебе нравится? И, учти, мы сейчас такие добрые, потому что удовлетворённые. Если скажешь какую-нибудь чушь, можем и разозлиться.
Я улыбнулся.
— Буду иметь в виду. На самом деле, наверное дело в том, что мне её очень жаль. Я не могу не думать о том, что из-за глупой шутки наследственности ей придётся провести ещё неизвестно сколько лет, искренне веря в то, что она — уродина.
— И ты хочешь её «спасти»? — хихикнула Мо.
— Ну, типа того.
— И зачем ты это нам говоришь? Разрешения нашего спрашиваешь? Благословения?
- Нет, — я помотал головой, после чего поднял голову и чмокнул Эллису в лобик. — Не обижайся, моя хорошая, но твоё разрешение на что бы то ни было мне не нужно. Благословение тем более. Однако я сам ещё не понял, как поступить, и хотел услышать ваше мнение. Как минимум, если бы ваше отношение оказалось сугубо негативным, я бы подумал подольше, прежде чем на что-то решаться. Я всё-таки и правда вас очень люблю, и не хочу лишний раз сделать больно.
Мо как-то обречённо вздохнула.
— Даже не знаю, поцеловать тебя после такого или ударить. Ну, как минимум спасибо, что сразу всё сказал и мы не узнали постфактум.
— Моё отношение к подобному после Рахиры ты знаешь, — не менее тяжело вздохнула Эллиса, после чего привстала на локте и взглянула мне в глаза. — Ты в итоге всё равно сделаешь по-своему, и так как ты не захочешь терять меня, а я не захочу терять тебя, лучше я перетерплю ревность, чем в случае чего буду жалеть о своей неприязни.
- Спасибо, моя хорошая, — на этот раз я притянул её и поцеловал в губы.
— А ты трёх-то потянешь? — хитро улыбнулась, подползая и отталкивая Эллису. — Надо проверить, прежде чем… эй! Что такое?
Я резко подскочил, едва не сбросив с себя девочек. Аспект понимания на ночное время я включал в режим пассивного обнаружения. Хотя в Землях было неглавное правило не сражаться по ночам, для победы были хороши все средства, и я предпочитал не терять бдительности.
И, похоже, это оказалось небесполезным.
«Кентавры, — для экономии времени, вылетая из палатки и параллельно нацепляя на себя адскую броню, я переслал Мо и Эллисе сообщение мысленно. — Они готовят внезапное нападение! Срочно одевайтесь и будите остальных, но тревогу не поднимайте. Я должен доложить Ариании».
В своих девочках, помимо очень многого, я любил то, что, когда было нужно, они умели отбросить все посторонние вопросы и все разногласия. В ответ мне донеслось только два коротких:
' Да! '
На подлёте к палатке Ариании я понял, что было бы неплохо предупредить
