потратили два дня на расследование этого заявления. Они опросили всех, кого смогли найти, носящих фамилию Дрю в Трое, Олбани и прилегающих районах, но никаких доказательств не обнаружили. Следователи Троя связались с комиссаром полиции Нью-Йорка Теодором Альфредом Бингемом и даже прислали фотографию Хейзел, но полиция Нью-Йорка не обнаружила следов ее присутствия на их территории ночью 6 июля или утром 7 июля. Кроме того, О’Брайен и его команда знали, что у Хейзел трудно с деньгами и что 2 июля ей пришлось одолжить два доллара у матери, чтобы заплатить за блузку. Наконец, поездка на пароходе в Нью-Йорк заняла бы около десяти часов, а Хейзел заметили в Трое уже на следующий день.
Вердикт был таков: кто бы ни обратился к казначею «Саратоги» насчет свободной каюты, по всей вероятности, это была не Хейзел.
Орилла Э. Хортон из Аверилл-Парка утверждала, что видела женщину, похожую на Хейзел, у подножия горы Табортон вечером 6 июля. Возможно, это была так и оставшаяся неопознанной публично женщина из Сэнд-Лейка, которая, как сообщалось, была почти двойником Хейзел? По какой-то причине следователи так мало поверили сообщению Ориллы, что даже не вызвали ее для дачи показаний на дознании.
Детективы знали, что Хейзел покинула дом Джорджа Харрисона на Поулинг-авеню около 10:30 утра в понедельник, сказав своей тете Минни, что отправляется через Гудзон повидаться с друзьями в Уотервлите. Тем не менее, судя по имеющимся свидетельствам, никто из ее друзей в Уотервлите не признался, что видел ее в тот день, и позже тем же утром ее заметили на Юнион-Стейшн. Крайне маловероятно, что Хейзел посетила Уотервлит в понедельник. Остается три возможных варианта: первый – Хейзел солгала Минни, второй – Минни солгала детективам, третий – Хейзел действительно планировала поехать в Уотервлит, но передумала где-то по пути.
Учитывая поведение Минни и тот факт, что Хейзел доверяла тете, мы считаем наиболее вероятным второй вариант: Минни лгала.
Но почему?
С первых дней расследования Минни упорно отказывалась разглашать имена определенных людей, с которыми они с Хейзел были связаны. Примечательно, что этот круг включал и двух таинственных мужчин, с которыми пара отправилась кататься на автомобиле 21 июня. В конце концов она смягчилась с условием, что О’Брайен скроет имена от прессы. Мы также знаем, что Минни тщательно оберегала семейные тайны. Кроме того, мы знаем, что Хейзел особенно волновалась из-за посещения озера Джордж в выходные 4 июля – вплоть до того, что сшила новую блузку. Но Минни отговорила ее от этой поездки якобы потому, что сама не любила путешествовать в переполненных поездах. И все же Минни, по-видимому, не возражала против посещения забитого публикой парка Ренсселер на празднование 4 июля или поездки в переполненном трамвае из Троя в Скенектади, где они в конечном итоге провели выходные.
Могла ли Хейзел планировать встретиться с мужчиной на озере Джордж в те выходные? Может быть, ее отвлекла тетя, которая не одобряла эту связь?
В следующий раз, в понедельник между 11:20 и 11:30, Хейзел попалась на глаза Генриетте Робертсон, которая знала девушку и разговаривала с ней в зале ожидания на вокзале Юнион. Мы сбрасываем со счетов сомнительный эпизод между 11:00 и полуднем понедельника с участием продавца бакалейной лавки Лоуренса Игана, который, похоже, был сбит с толку деталями и позже изменил свои показания. Однако нет причин оспаривать наблюдение Генриетты Робертсон. Если Хейзел была честна с Генриеттой, то всего через час после расставания с тетей она решила отправиться на поезде «вниз по реке». На конкретный вопрос, «как далеко», Хейзел ответила: «До Нью-Йорка». Но сначала она остановилась в Олбани, потому что это был пункт назначения единственного поезда, отправлявшегося с Юнион-Стейшн в то время, когда Генриетта видела Хейзел спускающейся в переход к железнодорожным путям.
Возможно, Хейзел просто останавливалась в Олбани по пути на юг в Нью-Йорк, но, каковы бы ни были ее намерения, она вернулась на вокзал Юнион-Стейшн в Трое в 13:15 того же дня, сделав заказ в службе «Уэсткотт экспресс», чтобы ее багаж забрали из дома Кэри и доставили ее родителям. Где-то между 13:00 и 14:00 ее снова заметили на вокзале, на этот раз Жанет Марцелл, которая также хорошо знала Хейзел. Опять же, нет причин оспаривать это наблюдение – эти двое даже поболтали, и Жанет подробно рассказала об их встрече.
Поездка на поезде из Троя в Олбани заняла около двадцати пяти минут. Если поезд приходил вовремя, Хейзел прибывала в Олбани в 11:55. В таком случае у нее осталось тридцать пять минут, чтобы успеть на поезд 12:30 обратно в Трой, прибывающий в 12:55, – время, которое совпадает как с рассказом Жанет Марцелл, так и с отчетом из «Уэсткотт экспресс».
Таким образом, Хейзел проделала весь путь на юг до Олбани только для того, чтобы всего через тридцать пять минут сесть на поезд обратно в Трой.
Что-то случилось в Олбани. Но что?
Либо Хейзел встретилась с кем-то и все пошло не так, как планировалось, либо она просто изменила свои планы по собственной воле. Тот факт, что девушка сделала заказ в «Уэсткотте» только после возвращения в Трой, говорит о том, что она, возможно, не была уверена в том, куда двигаться дальше, еще до происшествия в Олбани.
Следующий логичный вопрос: с кем Хейзел встречалась в Олбани?
Мы знаем, что братья Крамрат – владельцы якобы непристойного лагеря в горах – базировались в Олбани, но ни один из них никогда не был напрямую связан с Хейзел никакими доказательствами или свидетельствами очевидцев. Все известные друзья и партнеры Хейзел из Олбани, такие как Ф. В. Шлаффлин, упаковщик, с которым она познакомилась, катаясь на коньках в парке Ренсселер, были проверены, и никаких обвинений никому не предъявлялось.
Поезд кондуктора Джона Магнера в тот день проходил через Олбани по пути на север, в Трой. Известно, что Магнер неоднократно встречался на Юнион-Стейшн с молодой женщиной, похожей на Хейзел, но утверждал, что это была Анна Лабелль, продавщица из универмага Фрира. И все же доверие не было визитной карточкой Магнера. Первоначально он отрицал, что знал каких-либо молодых женщин в Трое, прежде чем его поймали на этой лжи. Он утверждал, что знает только то, что прочитал в газетах о Хейзел, хотя его имя и адрес в Нью-Йорке – куда Хейзел направлялась в тот понедельник, по словам Генриетты Робертсон, – были написаны на листке бумаги, обнаруженном среди ее вещей. Если Минни Тейлор можно верить, а давайте посмотрим правде в глаза, верить ей нельзя, Хейзел также призналась ей, что влюблена в кондуктора поезда из Нью-Йорка.
Так что, похоже, есть некоторые косвенные доказательства того, что
