– открытое поле, с другой – склон, который ведет вниз, к южному берегу пруда, рядом с тем местом, где были найдены ее перчатки, шляпа и очки: явная инсценировка самоубийства.
Но зачем ей было идти в это уединенное место – либо за прудом, либо на открытое поле?
Хотя Табортон не был тем местом, где прошло детство Хейзел, – она родилась и провела ранние годы в Восточном Поэстенкилле, примерно в шестнадцати километрах к северу. Здесь жили ее родственники, здесь она провела немало времени в последние несколько лет, когда ее семья работала на ферме Тейлора.
Гилберт Миллер, житель Табортона, замечал ее вблизи пруда в начале лета, и ее подруга Лилиан Робертсон заявила, что у Хейзел остались приятные воспоминания об этом районе. Возможно, ей нравился какой-то уголок, напоминавший о детстве, какое-то уютное местечко, где можно было на время забыть о трудностях взрослой жизни.
Возможно, она решила побывать в этом месте с кем-то и они планировали встретиться там днем? Если таков был сценарий, то тот, кто появился, выполняя взятое обязательство, мог быть убийцей.
Двое мужчин и Троянский конь
Уильям и Элизабет Хоффей сообщили, что видели двух мужчин возле Тилз-Понд около восьми часов вечера. Первый, которого они заметили, сидел в экипаже «Конкорд», припаркованном на том же повороте на Тил-роуд. Тем временем второй незнакомец, если предположить, что он прибыл в том же экипаже, вероятно, уже был на Тил-роуд и направлялся к южному берегу пруда либо перейдя плотину, либо по лесовозной дороге.
Единственным невинным объяснением присутствия двух незнакомцев было то, что они, возможно, приехали за пескарями, чтобы использовать их в качестве приманки. Летом в окрестностях было полно любителей рыбной ловли, и пруд Тила имел репутацию хорошего источника приманки. Однако, по словам Конрада Тила, она практически прекратилась с тех пор, как был принят закон штата, требующий лицензии для рыбной ловли. И, кроме того, мужчины, как описали Хоффеи, никоим образом не были одеты для рыбалки, скорее как горожане, отправившиеся на приятную прогулку. Возница был в костюме с высоким воротником и галстуком-бабочкой. Мужчина, шедший вдоль мелководья у южного берега, был в элегантной клетчатой рубашке, темных брюках и соломенной шляпе. Чтобы оказаться в том месте, где его видели Хоффеи с Табортон-роуд, ему, по всей видимости, пришлось пересечь бугристую пустошь. Добравшись до болотистого берега пруда, он оказался в положении, где один неверный шаг мог завести по щиколотку в грязь – не самая заманчивая перспектива, учитывая быстро приближавшуюся темноту.
Рассказ Хоффеев поначалу был встречен детективами с большим интересом, на ливрейных станциях начали активные поиски экипажа «Конкорд». После допроса Хоффеев в ходе дознания окружной прокурор О’Брайен сказал, что считает их историю лучшей оставшейся зацепкой. Учитывая фактор времени, была велика вероятность того, что эти двое причастны к убийству. Результатом предпринятых усилий стало появление только одного возможного подозреваемого.
Кушинг
Что бесспорно: Уильям Дж. Кушинг взял экипаж «Конкорд» в ливрейной конюшне Уильяма Т. Шайна в Трое вечером в день убийства Хейзел. Узнав об этом, окружной детектив Уильям Пауэрс нанес Кушингу визит в его дом в Трое, подняв хозяина с постели рано утром во вторник, 21 июля, и потребовал объяснений на предмет его местонахождения 7 июля.
Кушинг признался, что не только арендовал экипаж, но и поехал на нем в Сэнд-Лейк со своей девушкой (ее имя публично не оглашалось). Однако он настаивал, что они не проехали дальше перекрестка, известного как «Четыре угла», у подножия горы Табортон, примерно в полутора километрах от Тилз-Понд. Двухчасовая поездка – в каждую сторону – или своего рода свидание в карете.
Кушинг сообщил, что вернул экипаж примерно в десять тридцать того же вечера, что подтвердили в конюшне.
Итак, что же произошло дальше? Следователи незамедлительно освободили его от всех подозрений – имя Кушинга едва успело попасть в газеты.
Кто же такой Уильям Кушинг? И почему детективы и, возможно, пресса так легко отпустили его, тогда как Фрэнк Смит, Уильям Тейлор, Минни Тейлор, Джон Магнер, Анна Лабелль и многие другие были тщательно проверены, допрошены и, как правило, подвергались давлению в поисках убийцы Хейзел?
Кушинг был старшим из четырех братьев и сестер – двух мальчиков и двух девочек – и родился в 1882 году в семье ирландских иммигрантов Патрика и Эллен. Патрик зарабатывал на жизнь тем, что разливал таинственную жидкую смесь, популярную в девятнадцатом веке, известную как «Хокси», названную в честь ее владельца. Секретные ингредиенты напитка были утеряны со временем, но, вероятно, он представлял собой странную комбинацию пива, различных неизвестных трав и экстрактов и небольшого количества шипучки.
Когда Патрик скончался в 1897 году, Уильям стал главой семьи в возрасте пятнадцати лет.
Несколько раз Кушинги переезжали, но всегда селились рядом с каналом Шамплейн, который неофициально делит город на две половины: Северный и Южный Трой. Хотя формально Кушинги жили в нескольких кварталах к северу от канала, демографически они принадлежали к Южному Трою, населенному в основном суровым рабочим людом – металлургами, железнодорожниками и мелкими торговцами.
В Южном Трое мужья возвращались домой усталые и грязные после долгого, изнурительного дня на фабриках и заводах. Их жены находили работу в таких местах, как фабрики воротничков, в качестве домашней прислуги (как Хейзел) или оставались дома, чтобы присматривать за своими семьями. Иногда им приходилось делать и то и другое. Это был сплоченный, замкнутый район, где остерегались посторонних.
Кроме того, это был тот же район, где Хейзел Дрю провела годы своего становления и выросла в красивую молодую женщину.
Уильям Кушинг пошел по стопам отца, работая бутилировщиком, а затем барменом в Южном Трое. В юном возрасте он проявил интерес к политике, которая в Трое, как могло показаться, временами пронизывала все аспекты жизни. Демократическая и Республиканская партии обладали необычайной властью, влияя буквально на все, начиная с того, где вы работали и сколько зарабатывали, и заканчивая тем, попадете ли вы в тюрьму или даже умрете. Каждый должен был выбрать свою сторону, даже если убеждения могли измениться к следующим выборам.
В 1904 году, в возрасте двадцати одного года, Кушинг был назначен делегатом Второго съезда Ассамблеи демократов Одиннадцатого округа. Поскольку Кушинг был ирландского происхождения, вполне понятно, что он тяготел к Демократической партии, которая опиралась в основном на поддержку ирландских католиков и других иммигрантов.
Но через несколько лет взгляды Кушинга изменились и он вступил в Республиканскую партию. В 1907 году Кушинг был избран делегатом от Одиннадцатого округа Троя. В то время Республиканская партия упрочилась не так сильно, как Демократическая, и предоставляла больше возможностей занять значимое положение. Это был, несомненно, привлекательный путь для амбициозных людей, стремящихся сделать карьеру. Таких, например,
