пойдёт именно так. Иначе будет только хуже.
- Разве у лучше может быть хуже? – Пухляш недоверчиво покрутил головой.
- Ещё как может. Когда твой второй подбородок станет размером с живот, а под ним начнёт расти третий, будет уже поздно что-то менять. Причём не в подбородке, а в твоей голове.
Стрелок хлопнул в ладоши, и зал с его обитателями вокруг них исчез, и они оказались посреди поля c цветущими ромашками и васильками. Тёплый ветер обдувал их со всех сторон, что, однако, не смягчило раздражения во взгляде ошарашенного Пухляша.
- Поосторожнее со сменой декораций! Я ещё не закончил с блондинками. Будешь буянить - отправлюсь обратно к себе. А сам катись хоть на все четыре стороны.
- Ты уже итак сыграл свою роль, Пухляш, оказавшись единственным живым существом среди всего этого мёртвого мрака, царящего вокруг. Своим немыслимым несовершенством ты убедил меня в том, что даже неидеальное естество значительно лучше совершенного неестества.
- Ничего не понял. Какого ещё мёртвого мрака? Какого неестества? Да ты катался как сыр в масле последние месяцы. Вместе со мной. Пил, гулял, любодействовал. О каком мраке ты говоришь? Я что-то упустил? Ты подвинулся головой на почве пьянки? Так хлопни в ладоши и всё пройдёт. Чай не в пустыне живём. Кот не дремлет и исполнит твоё желание.
- Уже хлопал – не отпускает.
- А если надоело всё - построй себе монастырь с монахами. – Пухляш поднялся на ноги, заправляя грязную рубаху в широкие штаны-шаровары. – Или лучше с монашками. С ними будет веселее причащаться.
Пухляш заржал, хлопая себя ладонью по выступающему пузу. Он так гордился своей внешностью, что не захотел менять её даже при наличии возможности сделать это по одному щелчку пальца.
- Мысль твоя внимания достойна, друг мой, но план в голове моей уже дозрел до стадии неотвратимого исполнения, - лицо Саира было на удивление серьёзно.
Пухляш насупился и сурово посмотрел на Саира.
- И в чём же твой план, стрелок?
- Для начала попробую уломать главного смотрителя всего этого безобразия.
- Усатого?
- Его самого, будь он неладен. Что там любят коты, не припомнишь? Кусать в руку и спать круглые сутки?
Саир снова хлопнул в ладоши, и они мгновенно переместились на берег моря. Говорящий кот снова сидел в своём кресле у самой кромки воды, только на этот раз в руке он держал странную палку с огромным пучком надетой на неё ваты. Самым странным для Саира и Пухляша было то, что кот эту вату ... ел. Морда его ни капли не изменилась при появлении гостей, словно он не заметил их присутствия.
- Хотел меня видеть, Саир? - Спросил кот, облизывая губы и продолжая смотреть на море.
- Не слушай его. Он вчера малость перепил, а потом уснул прямо на стуле с двумя красотками на коленях, - вступил в разговор Пухляш, вставая босыми ногами на пену, оставляемую накатывающимися на берег белоснежными волнами.
- Хотел, - сказал Саир, не обращая внимания на реплику Пухляша. – Хотел тебе поведать, что теперь я точно знаю, как выглядит ад.
- Ээээээ.... – Пухляш замахал руками перед котом. – Не слушай его, он крышей поехал.
- Какие интересные впечатления. – Кот отвлёкся от съедобной ваты и посмотрел на Саира. Теперь они вдвоём взглядами «игнорировали» Пухляша. – И как же выглядит ад, с твоей точки зрения?
- Ад - это рай, из которого нельзя выбраться, - ответил стрелок, пиная песок под своими ногами.
- И это ты понял на тридцать седьмой день пребывания в раю? – спросил кот. – Ты же не просто так всё это говоришь, Саир? Твоя мысль содержит начало какой-то просьбы.
- Где можно взять пару билетов на экспресс до Эстагарда? Пойдут даже запряжённые в повозку ослы или собаченции. Верхом будет похуже – спина ноет после долгого сидения на стуле.
- Какие ещё два билета? Я никуда не еду, - Пухляш заорал, танцуя перед котом. – Мне и здесь хорошо. Ооочень, оооочень хорошо, - он вскинул руки и начал танцевать, выделывая движения, похожие на те, что делает укушенный ядовитой змеёй в ногу.
- Боюсь, Саир, обратную дорогу до Эстагарда занесло снегом. Уже давно и навсегда. Так что твоё возвращение отменяется, - сказал кот, возвращаясь к поглощению ваты. Часть его усов запачкалась от еды, от чего он стал мочить лапу слюнями и проводить ей по морде.
- Слава, тебе, всевышний, - Пухляш упал на колени и стал целовать песок. – Ты услышал меня. Пойдём уже, Саир. Ты испробовал всё, что было в твоих силах. Возвращаемся к блондинкам. Или к шатенкам. Или просто пойдём рыбачить со скал, как в прошлый раз. Говорят, в океане есть места...
- Сдаётся мне, котяра, что ты лукавишь, - Саир приблизился ближе к коту, не обращая внимания на стенания Пухляша. – Если ты такой всесильный, как говоришь, возвращение назад не должно быть особенной проблемой. Может, стоит наступить тебе на хвост, стобы ты замяукал по другому?
Стрелок встал вплотную к хвосту кота, который от волнения стал «подметать» песок вокруг кресла.
- Ага, заволновался! – улыбнулся Саир.
- Прости его, грешного, - лицо Пухляша побелело от ужаса. – Ибо не ведает, что творит.
- Боюсь, Саир, ты переоцениваешь силу своей невероятной харизмы. Мне ничего не стоит исчезнуть через секунду, сделав так,
