это — единственный способ вытащить скрижали из супер-пупер-сейфа Басира. Хочешь их добыть? — Он разводит руками. — Давай добудем!
Салим смотрит на него пару секунд, а потом кивает. Разговор возвращается в прежнее русло.
— Этажом ниже офиса Басира находится филиал местного банка, — говорит Рид, разворачивая к себе один из ноутбуков. — Считают деньги, сидят с серьезными лицами.
— Я пойду! — бойко заявляет Андрей.
Салим закатывает глаза. Кажется, в ближайшие двадцать минут Андрей пойдет только на хрен.
— Нет, дитя, прости, но там нужно умное лицо, — Рид качает головой. Кирихара впервые за все это время с ним согласен. — Можно было бы пустить туда вашего светленького, он неплохо умным прикидывается.
— Ой, не, — возражает Боргес, — как вспомню, как он под кровать лез…
В ближайшие двадцать минут Диего Боргес пойдет в ту же сторону, что и Андрей.
— Но он офисный планктон, на проникновение не подойдет, — рассеянно отмахивается от своей же идеи Рид, пытливо рассматривая остальных. У Кирихары внутри все вскипает от бешенства. — Нужен кто-нибудь, кто сумеет сориентироваться по ситуации.
Результаты по стрельбе — шесть из десяти. Силовые тренировки — прописанный в расписании минимум. Личный результат в командном экзамене — нижний порог по баллам. Дополнительные занятия по военной подготовке — нет. Дополнительные виды единоборств — нет. Год отслеживания банковских махинаций в Омахе.
— Слушай, большой босс, а может, ты сам…
— Я пойду.
— Что?
— Я пойду, — повторяет Кирихара, сверля взглядом Рида.
Тот, как и все остальные, несколько секунд пялится на него сквозь челку, а потом улыбается с такой таинственной многозначительностью, что об нее можно разбить лоб: ты согласился на это, потому что я сказал, что ты не согласишься.
— О-о-отли-ично, — Рид растягивает каждую гласную, — какая поразительная преданность делу и готовность на все ради результата!
И в глазах у него — огненными буквами: «Ты знаешь, что речь идет не о долге и работе, я знаю, что речь идет не о долге и работе, и вместе мы знаем, что ты это делаешь из-за меня», а на языке — совершенно другое:
— После того как наш умненький мальчик добудет пароли, дел у нас останется немного. Боргес и его друзья-товарищи отвлекут на себя внимание внизу, охранники подтянутся туда. Мистер Американский Флаг проберется по вентиляции и отключит детекторы теплового излучения, сеньор Лопес украдет нам билетик в счастливую жизнь. В случае если что-то свернет с намеченной линии, я буду ждать на крыше, но, серьезно, идеальный план, профессиональная команда, что может пойти не так?
Глава 9
Не так идет все.
Кирихара говорил, что не любит работать самостоятельно, в отрыве от руководства? Забудьте! Есть такие случаи, когда лучше все-таки обойтись без прямых приказов сверху. А сверху сейчас — в самом прямом смысле слова, потому что сидит на крыше, — Эйдан Рид («Эллиот, мне нечего здесь делать»), которому чертовски скучно.
Кирихара вынимает из принтера листы, равняет стопку, постукивая ею по столу, и сдержанно улыбается прошедшему мимо клиенту.
— Ничем не могу помочь, — вежливо шепчет он. Он пристраивает стопку под мышкой, забирает свою чашку с чаем (из которой он пока не пил и дальше не собирается) и всеми силами пытается выглядеть как среднестатистический работник компании, предоставляющей услуги нотариального заверения. — Не забивайте эфир, будьте добры.
До конца рабочего дня конторы еще полтора часа. До того как здание опустеет и останутся только охрана бизнес-центра и люди Картеля — еще четыре. До начала выполнения плана — пять часов.
У Кирихары есть пять часов, чтобы найти четыре компьютера, подключить их к сети и позволить Николасу достать оттуда пятизначные коды доступа. И все это незаметно.
У Рида есть еще пять часов, чтобы вынести ему мозг через наушник.
Что из этого нервирует Кирихару больше — еще вопрос.
* * *
Сейф, в котором, по информации Церкви, держат оттиски, требует «бережного обращения». Когда у Лопеса спрашивают, что это, черт возьми, значит, он поясняет на пальцах.
Не будучи очень навороченным — никаких инопланетных сплавов или сканеров сетчатки глаз, — сейф тем не менее представляет собой серьезную цитадель для штурма. «Эта модель предусматривает два кода доступа, — качаясь на стуле, Лопес показывает два пальца. — Один — обычный код, то есть тот, которым пользуется Басир. А второй — это наш шанс. Второй — это двадцать пять цифр, которые сейф требует после перезагрузки системы безопасности. А система безопасности перезагружается, когда система стабилизации начинает сходить с ума».
Свести с ума систему стабилизации в понимании Серхио Лопеса — это подорвать огнеупорную дверь сейфа с помощью полкило тротила.
«Достаточно, чтобы он занервничал, но недостаточно, чтобы убить меня, учитывая, что кабинет у вашего Басира метров пятьдесят, а мне нужно шесть-семь».
Когда Кирихара это слышит, ему кажется, что Лопес — сумасшедший или маньяк, но потом он вспоминает его досье и Мексику, и все встает на свои места.
Тротил так тротил, ей-богу. Какой же день в Джакарте без тротила.
По плану Лопеса к тому моменту, как он проникнет в кабинет Басира, все двадцать пять цифр должны быть уже у него. И чтобы перейти к кульминационной части всего этого представления, эти двадцать пять цифр нужно откуда-нибудь взять.
Встречайте, главный по цифрам в этом ток-шоу — Эллиот Кирихара.
Двадцатипятизначный код безопасности разнесен по пяти компьютерам в штаб-квартире Картеля. Эти коды записаны на сервер, и люди, работающие за этими компьютерами и не имеющие к нему доступа, понятия не имеют, на какой горе золота сидят.
Они — нет, а объединенная команда Церкви Святого Ласкано, Боргеса и Ко и Секретной службы — да. И все благодаря Николасу.
Если вы слышите хруст разминаемых пальцев и затем пулеметную дробь клавиатуры — значит, это Николас Лейн. Социально неловкий гений с ай-кью в сто тридцать баллов и с самыми поразительными способностями к хакингу сначала на всем Восточном побережье, потом в Бангкоке, а теперь и во всей Джакарте.
Сложность заключается в том, что зайти на территорию трех верхних этажей, принадлежащих Картелю, постороннему невозможно. У них своя система безопасности включая охрану
