Это было несколько неожиданное для меня известие, по радостное. "Наконец-то снова боевое дело", - не без удовлетворения подумал я.
Однако радость была преждевременной. Назначенный командующим танковой группой генерал И. М. Хасин, собрав командование группы, потребовал разработать мероприятия по проверке состояния, укомплектования частей группы личным составом, материальной частью и запасами, а также провести рекогносцировку дороги от Нарвы на Гдов, Псков и по возможности далее, в обход Чудского озера до Тарту, выяснить возможности сосредоточения по этой дороге танков и автомашин, так как, по предварительным данным, она находилась в непроезжем состоянии.
Одним словом, мне снова надо было браться за карты и расчеты, выезжать в войска, чтобы уточнить степень их обеспеченности. Очень быстро почувствовалась сложность обязанностей на новой должности. Если раньше, например, мне, как представителю штаба, приходилось уточнять, советовать, обещать доложить командованию, то теперь меня спрашивали конкретно: как быть, допустим, с танками, которые не имеют моторесурсов? Когда будет пополнение? Как обстоит дело с горючим, боеприпасами, транспортом для их подвоза? В общем, вопросы один другого сложнее. И их надо было решать самому.
Объехав части, я начал анализировать, думать, как и что нужно сделать, чтобы работа шла более целеустремленно, а главное, была выполнена в точно назначенные сроки и в соответствии с требованиями командующего. Связался с генералом Н. Н. Шестаковым, доложил ему свои сомнения и трудности, с которыми столкнулся в ходе работы. Он обещал подъехать и выделить в помощь офицеров. Действительно, через два часа после разговора они приехали в штаб группы. Дали мне, как говорится, линию, и к утру я закончил планирование.
Только сообщил частям, кому, что и сколько дается средств, как штаб запросил: в каком порядке будут следовать ремонтные части? Где и как будут пополняться запасы? Какие и где будут развернуты пункты технического обеспечения?... Эти вопросы были для меня новыми; и я пошел к начальнику штаба полковнику Н. В. Новикову, сказал, что не могу справиться с обязанностями, возложенными на меня, потому что многого не знаю.
Он улыбнулся и спокойно ответил:
- Вы думаете, что я все знаю. Давайте вместе подумаем. Вот смотрите, показал он на карту, - здесь пойдут танковые части. Теперь прикиньте, как лучше организовать их техническое и материальное обеспечение.
Изучая карту, я узнал, откуда и куда пойдет каждая часть, в каких местах предусмотрены привалы, график прохода частей через перекрестки дорог и многие другие ценные сведения.
По совету начальника штаба мною была сделана своя карта с расчетами по выдвижению, развертыванию ремонтных частей, указанием мест размещения тягачей, пунктов и способов дозаправки - где из бочек, где из цистерн. Получилось даже красиво - карта исчерчена цветными карандашами и сетками графиков.
Пришел на доклад к командующему группой генералу И. М. Хасину. Он внимательно просмотрел карту, расчеты, походил по комнате, а потом спросил:
- Вы, товарищ майор, в академии не учились?
У меня мелькнула мысль, что генералу, по всей вероятности, понравился мой доклад, и я подчеркнуто ответил:
- Никак нет!
- Вот так бывает часто за партой, молодой человек! Красиво рисуется, да не всегда получается. Но там другое дело, а здесь, на фронте, эта красота шаблона не годится.
Последние слова генерала были подобны ушату холодной воды, которым меня окатили. Генерал, заметив мою растерянность, спокойным тоном начал разъяснять, в чем он увидел нереальность плана и расчетов.
- Во-первых, вы теперь отвечаете за организацию танкотехнического обеспечения группы в целом, а не за каждую часть. Поэтому ваш план танкотехнического обеспечения должен отражать главным образом то, чем вы сможете оказать помощь танковым войскам, что берете на себя, на свои ремонтные средства и что должны делать сами части. Во-вторых, я вот только что привез указания командующего, и в них есть вопросы, которые вас касаются. Вы, пожалуйста, ознакомьтесь с ними и внесите в свой план коррективы, к обеду доложите начальнику штаба, а затем мне. В-третьих, учтите при доработке плана, что ремонтные части и транспорт с запасами вслед за танками по колонным путям не пройдут. Я даже затрудняюсь сказать, пройдут ли везде танки, - выразил беспокойство генерал. - Что касается основной дороги на Кингисепп, то на отдельных участках она пришла в полную непригодность для движения автотранспорта. Свяжитесь через начальника штаба группы и уточните инженерные и дорожные части, которые могут вам помочь, - закончил генерал.
Так состоялось мое по-настоящему первое посвящение в заместители командующего подвижной танковой группой по инженерно-танковой службе.
Спасибо начальнику штаба ПТГ полковнику Н. В. Новикову. Он выделил мне несколько офицеров, попросил у Н. Н. Шестакова усиления, и работа вроде бы начала спориться.
Я быстро убедился, как важно найти каждому вопросу свое место, то есть разобраться с процессом подготовки и самой перегруппировкой, правильно распределить имеющиеся силы и использовать их, исходя из конкретной обстановки. Причем никого не подменяя, не опекая и максимально помогая делом там, где больше всего в этом нуждаются.
* * *
Не будем рассматривать общий замысел Таллинской операции в сентябре 1944 года и действия подвижной танковой группы. Об этом уже достаточно написано. Речь пойдет об отдельных деталях организации танкотехнического обеспечения ПТГ.
Группа создавалась из усиленных (1, 30 и 220-й) танковых бригад, отдельных (26, 86 и 221-й) танковых полков и двух (397-й гвардейский и 1294-й) полков самоходной артиллерии. Перед ней ставилась задача войти в прорыв с рубежа реки Аммэ с целью развития успеха 2-й ударной армии и овладения узлами шоссейных дорог в районе Торма, Мыра. В последующем надо захватить рубеж Авинурме, Симуна.
Подвижная танковая группа должна была сосредоточиться в районе Тарту, которым овладели войска 1-й ударной армии 3-го Прибалтийского фронта. Осуществить это было не так просто. Дороги от Нарвы через Сланцы и из Кингисеппа на Сланцы, Гдов, Псков и на Тарту, как об этом и предупреждал меня генерал Хасин, были совершенно разрушены. А ведь надо было переместить 599 танков и самоходно-артиллерийских установок, в том числе 319 танков и самоходно-артиллерийских установок из состава ПТГ и 280 танков и самоходно-артиллерийских установок из состава танковых частей 2-й ударной армии. К этому времени была восстановлена только одна железнодорожная ветка от Кингисеппа до станции Гдов. Поэтому перевозку войск по железной дороге приходилось производить кружным путем по линии: Нарва, Кингисепп, Гатчина, Луга, Псков. Однако и здесь возникали неразрешимые трудности, так как Псковский железнодорожный узел был загружен оперативными перевозками 3-го Прибалтийского фронта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
