подобное арранкару, подобное сидящему внутри меня пустому? Не испытывать страха перед ним, не чувствовать отвращения каждый раз, когда мое второе я покажется наружу?
Должен ли я завидовать этому арранкару, или стоит пожалеть их обоих? С одной стороны, чувства между настолько различными существами невозможны, но эти двое, судя по всему, наплевали на эту преграду. С другой стороны, им никогда не быть вместе, не разделить один мир на двоих…
— О, кап… итан… — странным голосом запнулась Мацумото, замерев у меня на пути.
— Что… — начал я, подняв глаза на девушку, и, переведя взгляд на свой дом, заледенел.
Она стояла, слегка подавшись вперед, держа Тоширо ладошками за лицо. Удар сердца, и девчонка быстро склонилась, поцеловав его… поцеловав… у меня потемнело в глазах, когда она, слегка отстранившись, что-то произнесла и начала снова склоняться к мальчишке.
— К-Куросаки-кун… — ворвался какой-то отдаленный, знакомый голосок в нарастающий гул в ушах.
Хичиго окатил меня странной выкручивающей нас эмоцией, я едва сумел сдержать его внутри.
— Какого черта, — выдавил из себя я и, не раздумывая, метнулся к ней.
Позабыв про замерших за моей спиной девушек, сцапал эту мелкую заразу, перекинув ее через плечо, и быстрым шагом направился к двери, которую отворял Кон. Ворвавшись в дом, я потратил секунду на то, чтобы рвануть в свою спальню и скинул эту бестию на кровать возле своего бездушного тела, сразу погрузившись в него и схватив за плечи пытающуюся удрать малявку, припечатал ее к кровати.
— Что ты там вытворяла?! — едва сдерживая голос, прошипел я. — Какого черта ты лезла к нему с поцелуями?
— Ичиго, — обалдело выдохнула она, растерянно замерев и хлопая на меня распахнутыми голубыми глазищами. — Ты чего?
— Чего я? — прошипел я, чувствуя, как Хичиго заполняет меня, занимая часть моего сознания, заволакивая мои глаза тьмой. — Ты его целовала прямо под моим домом, у меня на глазах!
— Да что с тобой? Это не твое дело! Кого хочу, того целую!
— Кого хочешь? — в конец озверел я.
— Дурак! Не передергивай мои слова! К тому же, сам хорош! Или, может, мне полагалось преданно торчать там, пока ты намилуешься со своей девушкой и соизволишь вспомнить про меня?
— Иноуэ не моя девушка, — раздраженно прикрикнул я. — Она просто подруга!
— Ну как можно быть таким тугодумом? — закатила глаза малявка. — Эта девушка — твоя судьба, она создана для тебя, разве можно этого не заметить?
— Да с какого хрена ты все время пытаешься нас с ней свести?! — чувствуя, как от возмущения кипит кровь, заорал ей в лицо я.
— Да потому, что она влюблена в тебя! — ответила мне тем же девчонка.
— В арранкара! — рявкнул я, сжав челюсть.
— Что? — опешила Лика, замерев.
— Она любит того арранкара с зеленой рожей! — стараясь взять себя в руки, рявкнул я. — Понятно?
— Но… — выдавила она, не мигая смотря мне в глаза.
— Слушай, — решил поставить все точки над "и" я. — Она сама мне сказала, ясно? Так что между нами ничего нет и не может быть!
— Ты в порядке? — сочувственным, слегка вздрогнувшим голосом тихо спросила она.
— Нет, — раздраженно выдал я, тут же слегка ее встряхнув. — Какого хрена ты там устроила?
— Ичиго, отстань, — прикрыв веки, устало протянула эта малявка, вызвав во мне негодование. — Я замерзла, хочу в душ, хочу в свою кровать, а ты устроил тут допрос с пристрастием, — снова глянув на меня, девчонка раздраженно произнесла. — И с чего это тебя так проняло? Никогда не видел, как девочки целуют мальчиков?
— Это неприлично! — обалдел от ее недалекости я. — Нормальная девушка никогда не полезет к парню первой!
— Ну да, — вздохнула она, отведя взгляд в сторону двери, и уперлась ладонями мне в плечи, пытаясь оттолкнуть от себя, едва слышно буркнув. — А от вас дождешься…
— Чего? — прифигел я, пропустив удар сердца.
— Слушай, — кинув на меня усталый взгляд, вздохнула девчонка. — Давай уже я тебя поцелую, тогда ты успокоишься, и я смогу уйти?
— Да не хочу я, чтобы ты меня целовала! — снова повысив голос сорвался я, чувствуя, как екнуло в груди.
— Очень мило, Куросаки, — холодно отрезала она, сощурив на меня голубые глазища. — И раз мы это выяснили, то слезь с меня, пока я не схлопотала какой-нибудь бронхит, — несильно ударив меня по плечу, досадливо добавила. — Это тебе хорошо, поменял оболочку и никаких проблем, а я вся продрогла, испачкана, и не чувствую заледеневших ног!
— Черт, — раздраженно выдохнул я, разжав пальцы на ее плечах, и, перекатившись на спину, уставился в потолок.
Девчонка сползла с кровати и, хлюпая обувью, оставила меня одного, а я лежал в темноте собственной спальни, отчетливо чувствуя какую-то тянущую пустоту. В голове вертелась картинка, как она целует его, отзываясь странной тупой болью в районе груди. Не в силах оставаться на месте, я подскочил с кровати и, сцапав подушку, швырнул ее в стену. Глубоко вдохнув, потер лицо ладонями и, не включая ночник, раздраженно принялся стаскивать промокшее постельное, неосознанно прислушиваясь к едва различимому шуму, доносящемуся из-за смежной стены.
"Ну ты и тормоз", — зазвенело в голове, заставляя меня зло впечатать кулак в быльце кровати.
— Завались, — прорычал я пустой комнате, швырнув простынь на пол, и резко распахнул двери шифоньера, не глядя потянув сменное постельное, прошипел. — Мне и так паршиво, а тут еще ты со своими нравоучениями!
— Псих, — донеслось мстительное из коридора и удаляющиеся шаги.
Эта мелкая паршивка! Если мы и дальше будем делить одну крышу на двоих, у меня точно будет нервный срыв! Как же она меня достала!
Хотелось биться головой о стенку, хотелось рвануть за ней, вцепиться в ее плечи и вытрясти из девчонки весь извращенский бред, но больше всего хотелось выкинуть из головы ее голосок, нашептывающий о поцелуях. Перед глазами то и дело вспыхивали картинки, как она целует его… как она лежит на моей кровати… как ее губы шевелятся, предлагая меня поцеловать. На мгновение я представил, как она тянется ко мне, берет в ладони мое лицо, как эти сладкие губы мягко касаются моих. Дыхание застряло где-то в горле, а сердце пустилось в пляс.
— Да что со мной творится? — в конец разозлился я.
"Догадайся с трех раз", — издевательски поддел Хичиго.
В ушах звенел мелодичный, ехидный голосок, мучивший меня с первого дня ее пребывания под крышей моего дома. Голубые глаза поблескивая смотрящие на меня… теплое, ласкающее мое лицо дыхание… разметавшиеся по моей подушке пряди ее черных, как ночь, волос. Все это промелькнуло перед глазами в считанные секунды, заставляя меня замереть.
— Да ну нафиг, — протянул я пустой комнате и, тряхнув
