так? Скрещенная ДНК, смешение генов, возможные мутации… Нет, это неприемлемо. От плода нужно избавиться.
Что?!
Я чуть воздухом не поперхнулась от такого заявления.
— Деда, что ты такое говоришь? Это же ребёнок. Мой ребёнок!
— Ты сама не понимаешь, Алиса. Существо внутри тебя — не человек. Мы даже понятия не имеем, как оно будет развиваться в тебе. А вдруг ОНО убьёт тебя!
— Что за чушь! — воскликнула я. — Почему он должен меня убить? Это ребёнок. Совсем крошечный, маленький ребёнок.
— Мы пока ничего не знаем, как развиваются в утробе эти существа. А вдруг он родится зверем и…
— Степан Петрович, подождите. Давайте не будем спешить с выводами, — перебил дедушку Марк. — Для начала подумайте: у нас сейчас есть прекрасная возможность наблюдать эту уникальную беременность. А после — получить живого младенца оборотня. Только представьте, сколько пробелов в наших исследованиях мы сможем заполнить, сколько узнать нового. Как он развивается, как проходит его оборот в зверя, или наоборот — в человека, если он вдруг родится зверем. Возможно, с помощью него нам наконец удастся найти их уязвимые места.
Марк с таким воодушевлением и азартом расписывает свои планы деду, будто речь идёт не о живом ребёнке, а о какой-то редкой игрушке, которую ему не терпится поскорее разобрать и посмотреть, что там внутри.
Сказать, что я в шоке? Не-е-ет, я просто в ужасе.
— А если он навредит Алисе? Если она не сможет его выносить? — у деда от волнения даже руки затряслись. — Нет, я не могу так рисковать своей внучкой.
— Степан Петрович, мы будем наблюдать за Алисой двадцать четыре часа в сутки. Контроль по УЗИ, лучшие специалисты — всё это будет обязательно предоставлено. Если вдруг что-то пойдёт не так, будет хоть малейшая опасность или угроза её жизни — мы сразу же прервём эту беременность.
— Вы что тут, совсем с ума посходили?! — не выдержав воскликнула я. — А меня хоть кто-то спросил: хочу я, чтобы надо мной и над моим ребёнком проводили эксперименты или нет? Это мой ребёнок, и я не хочу, чтобы он стал лабораторной мышью!
— Этот ребёнок — собственность лаборатории, — раздался неприятный мужской голос.
Мы все обернулись.
В проёме двери стоял тот самый седовласый мужчина, которого я вчера видела в подвале.
Кто он вообще такой? И почему командует здесь?
— Господин Салливан, вы уже в курсе всего, да? Это потрясающее событие. Мы ведь даже не предполагали, что скрещивание между оборотнями и людьми возможно, — залебезил перед ним Марк. — Но тут такая ситуация… Алиса ведь внучка Степана Петровича, и мы конечно же опасаемся за её здоровье…
— Можете не переживать за это, Степан Петрович, — снисходительно ответил Салливан. — Девушке будет предоставлено всё самое лучшее. Единственная её задача — выносить это существо. А когда придёт время, мы извлечём плод с помощью кесарева сечения. Это будет самый безопасный способ, с причинением минимального вреда для её организма. Девушке конечно же будет выплачена хорошая компенсация за неудобства и моральный ущерб. Пойдёмте, Степан Петрович, обсудим детали в моём кабинете.
Я ушам своим поверить не могу. Что вообще происходит?
Мир сошёл с ума? Или я всё же сплю, и это просто кошмарный сон?
Глава 49
«…это существо».
Вспоминая слова старикашки меня каждый раз передёргивает от ужаса.
Как он может так говорить? Ведь это ребёнок. Ещё крошечный и совсем беззащитный малыш.
Если он попадёт в лапы к этим монстрам, даже представить боюсь, что с ним будет. Они же замучают крошку своими опытами и исследованиями. А его даже защитить будет некому. Потому что меня они точно к нему не подпустят — я в этом уверена почти на сто процентов. Да и смогу ли я что-то сделать одна против всех?
Господи, что же мне делать? Как выбраться из этого ада? Как спасти моего малыша?
Единственная надежда сейчас на Лео и его отца.
Они же ищут нас?
Я уверена, что ищут.
В палату вошёл дедушка и остановился на пороге в нерешительности.
Боится входить?
Правильно — я сейчас очень злая. И обиженная.
— Ну что, продал меня? — впилась в него полным горечи взглядом. — За какую сумму ты продал собственную внучку, дедушка? Сдал меня на опыты, как лабораторную мышь! Предатель!
Дед тяжело вздохнул и, сунув руки в карманы брюк, подошёл к кровати.
— Алиса, не будь слишком категоричной. Ты не права…
— В чём я не права? — ещё сильнее вспылила я. — В том, что меня удерживают здесь против моей воли? Или в том, что моего ребёнка хотят отнять после его рождения? И для чего? Чтобы посадить его в клетку, как дикого зверя? Лишить его свободы и права выбора? В этом я не права?!
— Алиса…, — дедушка присел на край кровати. — Ты сама не понимаешь о чём говоришь. Эти существа… они не люди, они…
— Это ты ничего не понимаешь, дедушка. Я люблю их! — выпалила горячо и тут же в ужасе прикусила язык, поняв, что сболтнула лишнего. Но, слава Богу, дед, не сразу просёк о чём я, поэтому, чтобы не шокировать его ещё хлеще, сразу же начала уточнять: — Я люблю, Тео. Он… очень любящий, нежный, заботливый. Он никогда бы не причинил мне вреда. Почему ты не хочешь поверить в это, деда? Они нам не враги. Оборотни хотят жить в мире с людьми. Просто спокойно жить, вместе с нами, на одной земле, потому что их мир оказался больше не пригоден для жизни.
Дед вопросительно вздёрнул бровь с интересом глядя на меня.
Чёрт, опять я сболтнула лишнего.
Но, теперь похоже не отвертеться.
А может… так оно даже к лучшему. Может, если дедушка узнает всю правду об оборотнях — он изменит своё мнение о них?
— Тео рассказал мне, что оборотни пришли на нашу землю много тысяч лет назад из другого мира, через межмировой портал. Да, деда, они не ошибка природы, как говорит Марк. И они не мутанты. Они просто другие. С другого мира, с другой планеты. А возможно, что даже из другой галактики.
Дед нахмурился.
— Что ты такое говоришь, Алиса? Ты уверена в этом?
— Ну, конечно. Тео и Лео сами мне об этом рассказали. Вот почему их генетический код так сильно отличается от нашего. Вот почему они так не похожи на нас. Потому что их мир, их цивилизация развивались по своему собственному уникальному сценарию.
— Это многое бы объяснило, — задумчиво произнёс дед. — Их ДНК, так разительно отличающаяся от нашей… может быть только внеземного
