Стол, который почти перекрывает всю ширину комнаты. Причем стол такой, сталинский, с тканевой серединой. Тем не менее, напоминанием о нынешней эпохе стоит на нем самый обычный ЭЛТ монитор. А перед ним клавиатура. Справа притаилась мышка на коврике. Ну и за столом восседает хозяин этого кабинета и, как я понимаю, тот самый городовой. Минуты три мы смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Седая шапка волос на голове, аккуратно подстриженная бородка с усами на вытянутом лице с крючковатым носом. Большие для этого лица карие глаза. Верхняя часть тела облачена в стеганный халат бордового цвета, под которым угадывается что-то типа черной футболки. Он мне жутко кого-то напоминает. Какого-то актера. Но имени вспомнить не мог.
- Так и будешь молчать? – не выдержал первым хозяин.
- Мы уже перешли на «Ты»? – удивился я – Хорошо, ты меня пригласил, тебе и слово.
- Нахал. – оценил мой ответ седой – Ты хоть понимаешь, куда попал?
- По дороге просветили. – ответил я.
- И что? – спросил городовой.
- И ничего. – ответил я – Косяков за мной нет. Людей не губил, со своими конфликтов не имел. Какого хрена меня вообще дернули?
- Не имел говоришь? А почему ты сейчас проживаешь в квартире ведьмы Элеоноры и куда эта ведьма делась? – вопросил седой.
- Ну… – нагло прошел к столу и развалился в кресле для посетителей, а то как пятиклашка перед классной стою, ей-богу. Судя по ползущим вверх бровям городового, мои перемещения ему не понравились, но сдержался – Итак, Элеонора. Квартиру переписала на меня. Все документы в полном порядке. Какие претензии?
- Претензия в том, что потом она исчезла. – ответил смотрящий.
- Переехала в другой регион. – пожал я плечами.
- В соседних регионах она не появлялась. – сообщил городовой.
- Ну значит уехала подальше. – ответил я – Ты чо, намекаешь, что я Элю грохнул? Из-за квартиры? Артефакт правды есть, или мне здесь на коленке сделать?
- Есть. – ответил седой вытаскивая из-под стола медную пирамиду и ставя ее на стол.
- Красивая. – оценил я – Давай, спрашивай.
- Ведьма, Элеонора жива? – спросил городовой.
- Я хрен знаю ее настоящий статус. Когда видел в последний раз была жива, здорова и счастлива. – ответил я – Ты охренел такие вопросы спрашивать?
- Хорошо. Ты убил Элеонору?
- Нет. – пирамида вспыхнула зеленым светом.
Погоняв меня по вопросам еще минут десять и ничего не добившись, городовой убрал пирамиду и откинулся на спинку кресла, впившись в меня взглядом:
- И что мне с тобой делать? Откуда ты вообще появился? Документы тебе местные сделали, но откуда ты пришел - неизвестно.
- Что делать? – переспросил я – Не мешать жить. Не собираюсь я здесь фестивалить. А уж если какие акции пойдут без моего на то согласия, но при моем участии – извиняюсь. Дело случая.
- Очень надеюсь, что таких акций не будет. – вздохнул хозяин кабинета – Свободен.
- Удачи. – ответил я, поднимаясь.
Тот же охранник проводил меня до ворот. По дороге я внимательно считывал плетения и руны защиты жилища городового. Тут она была выстроена грамотно и мощно. Мне тоже пригодится. Оборотни, понятное дело, укатили по своим делам. Оглянувшись по сторонам, я потопал к выходу с этого элитного поселка. Не посередине же улице мне портал открывать? Вон, на каждом коттедже камер понатыкано, как в банке. Бдят.
Последующие за третьим октябрем события еще раз показали, что это другой мир, хотя я и так это уже знал. Ночью протестующим удалось выдавить части внутренних войск из комплекса Останкино. Нашлись среди них люди, у которых было оружие и которые умели его применять. Трупов было море. Сожгли два БТРа и несколько грузовиков. Макашов сразу начал вещать на всю страну свои речи. Вроде бы к нему должны были прибыть Руцкой с Хасбулатовым, но не успели. Под утро захватчиков выбили из комплекса бойцы спецназа «Витязь». У нас противостояние закончилось мирной сдачей оппозиции. Здесь Дом Советов штурмовали по всем правилам военного искусства. В любом случае пятого октября всё уже закончилось.
Ну а я в это время тупо бухал. Упал на стакан. Вернулся домой, позволил себе расслабиться и тут накатило. Водка даже без коррекции со стороны симбионта плохо действовала на измененное тело, но тут на выручку пришел спирт «Royal». Который продавали еще в литровых бутылках. Предупредив Арчи, чтобы вырубал меня сразу, как только я начну творить какую-либо дичь или соберусь куда-то идти, или ни дай бог портал попытаюсь открыть, ушел в крутой штопор на три дня.
Да. Я не идеален. Обычный человек. И смерть Татьяны, обычной девушки, которых в таком городе как Москва тысячи, если не миллионы, очень сильно ударила по моему душевному состоянию. Меня, который терял боевых товарищей и сам, своими руками делал трупы, не испытывая при этом особых эмоций, выбила из колеи смерть простой девчонки. Утром седьмого октября меня разбудил звонок телефона. Плюсов у симбионта Древних было огромное количество и еще один состоял в том, что он убирал все последствия употребления алкоголя, пока я спал. Так что встал я с кровати не страдая абстинентным синдромом. То есть похмельем.
- Слушаю.
- Игорь?
- Да.
- Это Паша, брат Татьяны.
- Привет Паша.
- Позвонили со Склифосовского. Нашли Таню. Вызывают на опознание. Ты поедешь?
- Не знаю даже… Мне никто не звонил.
- Вы были очень близки. Подъезжай пожалуйста. Боюсь, не справлюсь. Мама… Жена…
- Я понял Паша, когда?
Больно было в очередной раз смотреть на мертвое лицо Татьяны, лежащей на холодной кушетке в прозекторской. Больно было смотреть на бьющуюся в истерике мать Татьяны. Следак зафиксировал опознание и выдал тело для захоронения. Кто сказал, что в Москве не хоронят? Всё зависит от суммы. На Ваганьковском мест уже на самом деле не было, а вот на Новодевичьем нашлись. Не на центральной аллее, конечно. В глубинке. Тем не менее. Вампиры всё и организовали. Начиная от места и заканчивая оформлением захоронения гранитным бортиком, плитой с гравировкой и так далее. Стоило это как однушка в той же Москве, но я на это дело не скупился. И лишь когда бросил горсть земли на крышку гроба, лежавшего в яме, почувствовал, что начало немного отпускать. На
