рынка Big data.
Тут возможны варианты. Например, в конце ноября 2018 года гендиректор технологической компании «InfoWatch» Наталья Касперская заявила, что «большие пользовательские данные» должны быть признаны собственностью государства.
Есть и более демократичный путь – создание Публичного Акционерного Общества (ПАО), которое получило бы монополию на извлечение доходов от использования персональных данных каждого россиянина и обеспечило бы полноценную юридическую защиту этих персональных данных. Акционерами такого ПАО, без права продажи принадлежащих им акций, могли бы стать все граждане России, что позволило бы им извлекать доход от использования своих персональных данных в виде дивидендов этого общества или иных отчислений.
В этом случае регулирование рынка персональных данных, например, могло бы происходить по принципу рынка авторских прав: вы слушаете песню из базы без ведома ее правообладателя, но отчисляете ему небольшую оплату за авторские права постфактум. Почему бы не выработать аналогичный механизм оплаты за предоставляемые пользователем для коммерческого использования персональные данные?
Впрочем, «дивный цифровой мир» будущего устраивает не всех, и уже сейчас слышно немало голосов противников использования некоторых технологий в принципе. К ним уже стали прислушиваться политики. Например, в Сан-Франциско, одном из крупнейших мегаполисов США, в 2019 году городской полиции и иным государственным органам запретили использовать технологию распознавания лиц. Таким образом, он стал первым мегаполисом Соединенных Штатов, где запрет на использование технологии распознавания лиц был законодательно оформлен. Аналогичные акты ранее были приняты в соседнем с Сан-Франциско городе Окленд и в округе Санта-Клара. «Это первый законодательный акт, который… рассматривает технологию распознавания лиц как уникально опасную», – комментирует инициативу Вудро Херцог, профессор Северо-Восточного Университета в США.
У подобных законодательных инициатив появляется все больше и больше сторонников. Многие правозащитники и общественные деятели в Штатах в последнее время даже стали высказывать мнение, что «технологии наблюдения не должны внедряться только лишь потому, что стало технически возможным их внедрение». Но можно ли остановить тяжелую поступь прогресса, даже если гипотетически он может нанести вред человеку? Пока еще никто не смог повернуть процесс социально-технологической эволюции вспять.
Глава 5. Рейтинг заменит деньги?
Китайцы – древний и очень мудрый народ, внесший огромный вклад в социально-технологическую эволюцию. Много тысячелетий назад в долинах великих рек Хуанхэ и Янцзы начал формироваться китайский (ханьский, как называют себя сами коренные жители Китайской Народной Республики) этнос. И, как любому народу, китайцам были свойственны свои национальные особенности – уважение к старшим и почитание начальства, деловая хватка и сметливость, креативность и изобретательность. Управлять таким огромным количеством предприимчивых людей нелегко, поэтому ханьские чиновники учили жителей Поднебесной быть честными во все времена.
В жизнеописаниях Конфуция можно найти такую притчу. Когда он был чиновником, проситель предложил ему взятку и заверил, что об этом никто не узнает. Мудрец ответил: «Я знаю, ты знаешь, Небо знает. Кто не знает?». Коммунистическое руководство Китая, заменившее собой конфуцианское Небо, не могло смириться с тем, что оно чего-то не знает о своих гражданах, поэтому еще при Мао Цзэдуне создало систему «дан-ань» (бумажных папок с личными делами граждан). В каждой такой папке были собраны все данные гражданина КНР – фото, послужной список, служебные и личные характеристики, отчеты об успеваемости и правонарушениях, его общественная активность и многое другое.
Все это раньше хранилось в бумажном виде в государственных архивах – региональных и центральном. Однако, по нынешним временам «дан-ань» – инструмент не только громоздкий, но и не слишком эффективный для рыночной экономики. Так, менеджер отеля или авиакомпании не сможет быстро получить информацию из заветных папок, чтобы понять, как именно обслуживать клиента. К тому же бумажная папка не отвечает современным требованиям информационной безопасности – ее можно довольно легко уничтожить, а содержимое не защищено от коррупции, произвола, несанкционированного доступа извне или банальной ошибки, человеческого фактора. Это значит, Компартия Китая не вполне могла полагаться на эти данные, вырабатывая свою персонализированную социальную политику. Но все эти проблемы, как оказалось, можно легко устранить с помощью информационных технологий, которые стали основным инструментом Системы социального кредита – единой базы данных китайских граждан и их личных дел, завершить создание которой Пекин планировал уже в текущем, 2020 году. Пока в разных регионах Китайской Народной Республики действуют разные версии системы, а данные обобщаются лишь на региональном уровне.
О скором введении по всему Китаю системы рейтинга граждан, именуемой «Системой социального кредита», официально заявлялось более 5 лет назад. Пробывший в лагере всего 17 дней студент-уйгур, о котором рассказывалось в главе 4 части II, не смог попасть в автобус и супермаркет – возможно, аналитическая нейросеть посчитала, что для этого у студента недостаточно баллов, то есть он слишком неблагонадежен.
Как именно подсчитывает баллы рейтинга искусственный интеллект, не раскрывается. Но уже замечено, что их начисляют за публичные «добрые дела» или, например, донорам крови. Высокие баллы социального рейтинга позволяют китайцам снять гостиницу без депозита, получить кредит по льготной ставке или даже скидку на аренду жилья. Но если вы общаетесь с подозрительными лицами, курите в неположенных местах или часто нарушаете правила дорожного движения, вам могут не продать билеты на самолет и скоростной поезд или откажут в выдаче банковского кредита. Если у родителей совсем плохой рейтинг, детей могут не взять в некоторые школы.
Как сообщала китайская газета «Global Times», по данным на конец апреля 2018 года уже более 15 млн китайцев, то есть каждый сотый житель страны, подверглись административным взысканиям ввиду «низкого уровня социального рейтинга»: «Утратившие доверие граждане должны отвечать за свои проступки и нести наказание». Это, подчеркивает издание, целиком и полностью соответствует идеям построения общества на взаимном доверии, а также требованиям «социалистической рыночной экономики».
Действительно, основная цель внедрения системы социального рейтинга в Китае – не безопасность, как можно было бы изначально предположить, а именно «построение гармоничного социалистического общества». Главная ценность такого общества – честность, которая должна проявляться у китайцев во всем, от поведения в интернете до почитания старших. Отличить честность от нечестности в понимании китайского гражданина очень легко. Разница почти та же, что и между соблюдением или несоблюдением законов, так как китайские законы гораздо более подробно регламентируют жизнь каждого гражданина, чем, скажем, законы российские.
Кстати, честность в Китае – не пустой звук, а общенациональная проблема. Многие китайцы на самом деле специфически воспринимают это понятие, например, когда это касается авторских, интеллектуальных прав или, скажем, возврата долгов. Для борьбы со злостными неплательщиками по кредитам власти КНР даже запустили приложение внутри самого популярного китайского мессенджера WeChat, в котором любой гражданин может в режиме онлайн увидеть, не находится ли от него поблизости финансовый
