Между ними периодически возникают разногласия, поскольку Сантоза руководствуется деловыми соображениями, а Тилаар — порывами души. По характеру она упрямый идеалист. Пятнадцать лет назад компания купила большой участок земли, на котором Сантоза хотел построить завод. Но Тилаар настояла на размещении там учебной фермы, цитируя свою бабушку, которая говорила: «Если ты используешь растения, то должна уметь выращивать их». Сантоза отказался, подчеркнув, что участок слишком дорогой. Тогда Тилаар выкупила эту землю на собственные деньги и сделала-таки по-своему. Кроме того, она ежегодно финансирует конкурсы красоты, опасаясь, что Индонезия может оказаться не представленной на конкурсах «Мисс Мира» или «Мисс Вселенная». В Индонезии проведение таких мероприятий сталкивается с большими препятствиями ввиду противодействия религиозных кругов. Тилаар говорит, что отдает предпочтение «Мисс Мира», поскольку там больше внимания уделяется способностям девушек и во время выхода в купальниках разрешено одевать саронги.
Интересно, что ни Кипутра, ни Тилаар, ни правительство Индонезии не считают своим союзником в деле формирования нового поколения предпринимателей Интернет. Индонезия избавилась от повального увлечения социальной сетью Friendster в начале 2000-х годов, став мощной силой в веб-пространстве и захватив большинство компаний Кремниевой долины врасплох колоссальным ростом трафика. Малоизвестные шоу, получавшие награды в Индонезии, активно обсуждаются в Twitter; именно индонезийцы образовали вторую по численности аудиторию Facebook в мире, а в 2010 году выиграли первый бедж Super Swarm в местной версии игры Iron Man 2. Следует отметить, что ее американским поклонникам такое удавалось только на крупных ИТ-конференциях. В Индонезии проживает больше всех любителей этой игры, второе по численности сообщество Facebook, а также больше всего клиентов Twitter на душу населения. Если американская интернет-аудитория интересуется главным образом транзакциями и информацией, китайская — онлайновым видео и глобальными сетевыми играми, то индонезийская в основном увлекается общением в социальных сетях. Электронная почта получила распространение в стране относительно недавно, толчком к этому послужила необходимость введения электронного адреса для создания аккаунта в большинстве социальных сетей, например в Facebook. В социальных сетях ведется мелкая интернет-торговля, а также популярные игры.
Этот феномен приоритета социальных сетей создал уникальную интернет-экосистему в Индонезии, где виртуальный и реальный мир тесно переплетены и все вертится вокруг обеспечения реальных транзакций и коммуникаций. В полночь пятницы в Джакарте подростки набиваются в прокуренные грязные интернет-кафе, чтобы поиграть в FarmVille или поболтать в Facebook. Перегруженные гудящие серверы расставлены на высоких полках, ведь в Индонезии существует только два вида погоды — очень жаркая и очень дождливая. Если поднять серверы почти под потолок, то жар от процессоров не будет перегревать комнату; а если вдруг помещение подтопит, посетители смогут продолжать играть, так как сидят высоко. В ранние утренние часы интернет-кафе превращаются в неформальные «черные рынки», где продаются кредиты для игры в покер Zynga. Один «брокер» сказал, что зарабатывает более 20 тысяч в месяц, обходя эти кафе, продавая и покупая электронные чипы во всем городе. Как китайские компании Tencent и Giant Interactive, предприниматели в Индонезии считают, что онлайн можно неплохо зарабатывать, если предоставить клиентам удобный способ оплаты.
Данные о том, сколько индонезийцев имеют доступ к Интернету, колеблются от 20 до 40 миллионов человек, что примерно соответствует численности интернет-аудитории Бразилии или Индии, хотя в этих странах более развитый рынок. Причем это информация только о доступе в Сеть с компьютеров. Мобильный Интернет в Индонезии получил широчайшее распространение, а смартфоны BlackBerry — самая популярная техника. Тем, кто не может себе позволить данное устройство, местная компания Nexian предлагает поддельные телефоны Qwerty китайского производства за небольшую часть от реальной стоимости оригинальных моделей, к тому же адаптированные, например с записями местных музыкальных групп и артистов. Всего за несколько лет Nexian превратилась из никому не известной компании в продавца свыше 5 миллионов телефонов в год, сумев отвоевать долю рынка у Nokia. Предпочтение, отдаваемое индонезийцами аппаратам со стандартной клавиатурой, а не с сенсорным экраном, понятно, если учесть, что интернет-интересы жителей связаны прежде всего с Twitter, общением в социальных сетях и обменом сообщениями. Как и в других развивающихся странах, доступ в индонезийский виртуальный мир в большей мере обеспечивается телефонами, а не ноутбуками, а сам он отличается удивительно социальным характером. В отличие от Китая, Индии и даже Израиля почти ни одна западная ИТ-компания не ведет бизнес в Индонезии. Можно отметить только Yahoo! которая открыла представительство с десятком сотрудников и в 2010 году скрыто начала делать предложения о приобретении мелких местных стартапов. Возможно, в мире нет другой столь многочисленной и столь мало пользующейся вниманием компаний из Кремниевой долины и венчурных предпринимателей интернет-аудитории. Хотя ситуация обещает измениться в связи с планами Google открыть первое местное подразделение с индонезийскими работниками. Скорее всего, этим дело не ограничится.
В результате в текущий момент веб-экономика Индонезии представлена несколькими сотнями предпринимателей преимущественно в Джакарте, познакомившихся благодаря Twitter и создавших собственное сообщество усилиями местного блогера Рамы Мамуайи. Он один из немногих регулярно освещает происходящее в интернет-экономике страны, представленной сотнями мелких компаний. Поскольку индонезийскую экономику этой сферы никогда особенно не рекламировали, она развивалась естественным путем — как это было в начале истории Кремниевой долины — и совершенно иначе, чем интернет-экономики Китая, Индии или Израиля, «подогретых» притоком западного венчурного капитала. Кремниевая долина выиграла у Бостона борьбу за право стать центром венчурного предпринимательства прежде всего благодаря своей культурной открытости: компании обменивались сотрудниками, капиталом, идеями и ценными советами. В Долине нередко можно увидеть конкурентов, мирно обедающих за одним столом и обсуждающих деловые возможности, которые затем расходятся по офисам, чтобы найти способы вытеснить друг друга с рынка. То же самое происходит и в формирующейся интернет-экономике Индонезии; конкурентные ставки невысоки, ведь пока источники финансирования и объемы продаж незначительны. Поскольку рыночные возможности возникают по мере развития рынка, ни у кого не возникает ощущения, что выигрыш одного — это проигрыш другого. Все работают вместе.
