кто вошёл, меня накрыла волна ярости.
Грэм. В нашем кафе.
— Это он? — спросил Финн.
Я кивнул. Кажется. Всё моё внимание было сосредоточено на идиоте у входа. На нём были шорты с розовыми пальмами, блестящая поло цвета морской волны, ослепительно белые кроссовки и носки, натянутые до середины голени.
Наверное, собрался на гольф. В самом Лаввелле полей нет, но неподалёку от университета, в получасе езды, есть хороший загородный клуб.
Иначе зачем бы ему так нарядиться?
Хотя даже для гольфа этот прикид тоже перебор.
На него смотрели все в зале. И не зря. Он выглядел бы более уместно в балетной пачке.
Тесс, не дожидаясь моей помощи, вцепилась в целый шоколадный блин и запихнула его в рот.
— Аппетит у неё — прямо как у Эбертов, — рассмеялся Финн.
Я закатил глаза. Тор уже доедал четвёртую полоску бекона. Если он в отца и дядей на весь округ еды может не хватить.
Грэм оглядел закусочную, скривив губу, будто боялся подцепить тут какую-нибудь заразу. В Лаввелле такие взгляды приравнивались к государственной измене. Это место было свято.
Да, это была типичная закусочная в маленьком городке: пластиковые меню, виниловые сиденья, витрина с пирогами на стойке, где каждый день выставлялись свежие десерты. Но Бернис и Луис поддерживали тут идеальный порядок.
Когда Бернис подошла с кофейником в руке, этот самодовольный ублюдок поднял на неё глаза из-за меню и бросил.
— Я буду яйца Бенедикт.
Бернис взяла у него меню с гримасой. Вот чёрт. Ей это не понравилось. Он вляпался. Все знали, что с Бернис лучше не спорить.
— Прости, дорогой, сегодня их нет, — произнесла она таким приветливым тоном, что только те, кто вырос здесь, могли понять, в какую он влип.
Он фыркнул и нахмурился.
— Яйца. Бенедикт.
Произнёс он по слогам, будто она была глухая.
— Их. Нет. — медленно повторила она в том же тоне. — Может, омлет? У нас отличные омлеты.
— Я не хочу омлет.
А омлеты у них и правда были классные. Но яйца Бенедикт от Луиса — это вообще другой уровень. Сравнивать их было нечестно. Мы с Финном переглянулись. Этот парень понятия не имел, по какому тонкому льду сейчас идёт.
— У вас что, продукты закончились? — спросил он.
Она покачала головой, вежливо улыбаясь.
— Нет. Просто яйца Бенедикт сегодня не подаются.
— Если у вас есть ингредиенты — идите и сделайте. Что это вообще за место?
— Сэр, вы находитесь в Лаввелле, штат Мэн, — ответила она, распрямив плечи. — И я уверена, вам понравится наш омлет.
Я едва не рассмеялся. Рядом Финн расплылся в улыбке.
Грэм встал, огляделся и ткнул пальцем в сторону отца Рене, который как раз доедал завтрак.
— У него же есть.
Отец Рене, выглядя возмущённым, поддел последнюю порцию яиц и мгновенно засунул её себе в рот, пряча улику.
— У нас тут какие-то проблемы? — к нашему столику подошёл мэр Ламберт с фирменной улыбкой.
— А вы кто? — прошипел Грэм, оглядываясь. Все в закусочной теперь явно не скрывали, что смотрят на него.
— Я мэр. И хожу сюда завтракать дольше, чем ты живёшь на свете. Так что давай успокоимся и закажем омлет. Яйца — свежие, кофе — отличный.
Грэм нахмурился, но сел обратно и сделал глоток кофе.
И тут же сморщился, щёки раздулись, он сглотнул с явным трудом.
— Фу. Этот кофе на вкус как болотная жижа.
Финн подался вперёд, глаза светились от восторга.
— Бернис дала ему кофе для приезжих.
— Кофе для приезжих? — не понял я.
— У нас тут нормальный кофе. Не «отличный», как сказал мэр, но вполне. — Я кивнул. — Но если кто-то приходит и бесит Бернис, особенно если это богатый ублюдок из Бостона в одежде для гольфа... — Он кивнул на Грэма, лицо у того пылало, а он держал салфетку, будто она могла спасти ему жизнь. — Тогда она достаёт отвратительный. Думаю, тот аппарат не чистили лет десять. Это прям тюремный уровень. Идеальный способ унизить тех, кого она не рада обслуживать.
Я усмехнулся, низко, глухо.
— Жестоко.
— Она защищает Викторию. Мы все защищаем. Она — своя. Работает на износ, чтобы этот город стал лучше, несмотря на всё, через что прошла.
Грэм высунул язык и начал вытирать его салфеткой, потом выдернул ещё горсть из хромированного дозатора.
— Ну что, готов заказать омлет? — Бернис одарила его самой фальшивой улыбкой.
— Всё, — бросил он и швырнул салфетки на стол. — Вы потеряли клиента.
— Ах, ужас! — Бернис ухмыльнулась и заправила карандаш за ухо. — Теперь я точно потеряю свою звезду Мишлен.
Грэм злобно посмотрел на неё.
— Пойду-ка я в это модное новое кафе.
Схватив свою сумку Louis Vuitton, он с грохотом направился к двери.
— Удачи, — Бернис помахала ему пальцем.
Вся закусочная начала доставать телефоны. Очевидно, чтобы предупредить Рэйанну и её сотрудников из Кофеинового Лося, что к ним идёт буря.
— Бернис, — прошипел Финн, в голосе было чистое веселье. — Ты что, сговариваешься с другими владельцами заведений?
Она кивнула, не отрываясь от экрана телефона, постукивая по нему длинным ногтем.
— Ещё бы. Ему повезло, что я вообще пустила его сюда после всего, что он сделал с бедной Викторией. — Она покачала головой. — Надо было слабительное подлить в кофе.
Финн выпрямился как струна.
— Бернис.
Она метнула в него взгляд.
— Финн Эберт, только попробуй язвить — сразу позвоню твоей жене.
— Есть, мэм, — пробормотал он, сразу сдулся и вернулся к завтраку.
Как и все мы — никто в здравом уме не станет злить Бернис. Она знала всё и всех в этом городе. И, между прочим, готовила лучшие яйца Бенедикт на планете.
— А ты, — сказала она, указывая на меня. На мгновение лицо её стало мягче. — У тебя самая милая малышка и потрясающая девушка, но... — взгляд снова стал стальным, — если ты её обидишь...
Я поднял руки.
— Никогда.
— Ноа — отличный парень, — сказал Финн. — Он сам в шоке от удачи, что снял ту квартиру над Викторией Рэндольф. Клянусь тебе, он с ней будет как с сокровищем.
Чёрт, если брат клянётся своим самолётом, он точно серьёзен. Не уверен, что заслуживаю такую поддержку, но она, чёрт побери, греет.
Бернис расслабилась.
— Так, пойду принесу вам нормальный кофе. Подливаю.
Глава 34
Виктория
Атмосфера в квартире за ночь изменилась, и вместе с этим подскочила моя тревожность. Я никак не могла понять причину. Это я в чём-то виновата? Сказала что-то не так?
Надо было ещё вчера вернуться в свою квартиру. Но вместо этого мы спали
