выслушав, что Август собирался ответить, Элеонора исчезла. Август замер не то, что на полуслове, а на жесте, что должен сопутствовать его словам.
— Потрясающе… — оглянувшись на винтовку у стены, проговорил себе под нос Август. — Опять помогать этим душевнобольным…
Глава 26
Мрамор — один из любимых материалов королей востока. Богатство, красота, превосходство… да, пожалуй, именно эти слова и ассоциируются с ним, и именно эти слова близки восточным столицам, раскинувшихся по всем землям востока в разных королевствах.
Мраморный город был исключением, исключением во многих смыслах, и назывался он отнюдь не просто так, ведь здесь и впрямь почти все было сделано из мрамора. Не город, а одна сплошная выставка красот! И все это без помощи магии… по крайней мере, именно так говорят, а уж насколько это правда, никто не знает наверняка. А те, кто знают, наверняка помалкивают, ибо на востоке не принято признавать заслуги магии.
Впрочем, со временем стало ясно, что отрицать влияние магии становится глупо. Именно этот конфликт и разрывает восток, ведь если одна половина королевств желает избавиться от принципов прошлого и прекратить все войны, то другая половина желает крепко вцепиться в традиции и продолжить победоносное завоевание всего, до чего рука востока только сможет дотянуться. Особый накал страстей идет со стороны Центра, с которым восток так неудачно граничит. Забавно, что с западом, добраться до которого было в разы сложнее, у Центра сложились куда более благоприятные отношения, в сравнении с востоком. Это не так уж удивительно, ведь существует мнение, что императрица Авелина насолила восточным королевствам еще до того, как мир умудрился погибнуть и возродиться.
Отбросить традиции, и позволить не только магам, но и магическим существам обосноваться на востоке… это мечта многих, и кошмар других, и этот конфликт, кажется, не кончится никогда.
Нет, он кончится, конечно, но в ближайшее время навряд ли. Ненавидеть магов — это у востока в крови, несмотря на то что их присутствие здесь уже нельзя отрицать. Но даже если свергнуть всех тех, кому магия противна, понадобится время для изменений. Нельзя просто прекратить ненависть пригрозив пальцем, ведь людей нужно буквально перевоспитать, чтобы что-то изменилось. Или они перевоспитают других, и тогда весь мир получит восток, таким, каким он был изначально — безжалостным, беспощадным не только к магам, но и вообще ко всем тем, кто хоть сколько-то не похож на истинного человека. Но все понимают, что война с Центром не принесет ничего, кроме разрушений. В этом бою навряд ли в итоге получится внятный победитель, а если и бросаться в крайности, то чаша весов оказывается на стороне Центра.
Жители востока гордятся своей историей, в том числе и своими завоеваниями. Речь идет, в том числе, и о королевстве Винтера, павшего еще до Конца Времен и Катаклизма. Счет на завоевания идет на долгие века: в этом плане восток тоже уникален, ведь нигде не ценят свою историю так, как это делают здесь.
Справедливость, честность — это так же то, чем знаменит восток. Конечно, это звучит немного дико в контексте того, что магов здесь и впрямь сжигают, но восток не пытается натянуть на себя маску, не пытается скрыть это, — он прямо говорит о неприязни. Здесь нет места коррупции и хитрым козням.
Девятая ненавидит восток не за его принципы, но за то, что он сделал с ее любимым королевством и как он этим гордится. И все же со временем ее ненависть поутихла, она смирилась, и это место даже начало ей нравится. Она никогда не делала гибель востока смыслом своей жизни, разве что очень давно, тогда, когда королевство Винтера только-только развалилось. Девятая, будучи бессмертной, имела много времени, чтобы задуматься над произошедшим, ведь чуть ли не половину своей жизни, если не больше, она провела в забвении, по самым разным причинам и обстоятельствам.
Девятая служила королям востока много лет, и еще продолжила бы служить, но… в нынешних обстоятельствах это стало невозможно. Она не ангел, и на магических существ, как и магов, ей по большей степени плевать, хоть и она сама отчасти маг. Впрочем, она искренне считает, что ее способности — это чистая сила, и совсем не магия, потому что телекинез, в том числе, основан на ее физической подготовке человека, использующего его. Девятая предпочитает умалчивать о детали, что ее физическая сила так же покреплена магией. Вот так и получается: все отрицают магию, боятся ее, но она все еще здесь.
Но, конечно, не в мраморном городе. Здесь есть только мрамор, как ни странно, и чистые технологии: никаких вам магических вывесок, никаких летающих платформ. Только суровое градостроительство, застроенное так плотно, что мраморный город похож на единую крепость. Да, здесь не было почти ни одного переулочка, в котором можно было бы спрятаться. Мест для проживания не прибавляется, а потому попасть в этот город очень тяжело.
Но все же есть слухи, что построен он был отнюдь не без магии, и даже больше: говорят, что за пределами города, там, где начинается бесконечный снежный шторм, находятся руины так называемого небесного города — места, где жили ангелы. Туда Луна и держит путь.
Окошко на чердаке таверны открылось, и туда залетели… сразу трое, да. Девушка в военном кителе, двухметровый, здоровенный рыцарь, и женщина в тяжелых доспехах. Девятая, Камелот, и Элеонора. Луна стояла прямо перед ними, скрестив руки на груди, будто она знала, когда именно и куда именно эти трое заявятся. На деле же они появились буквально из ниоткуда, и это было одним большим совпадением, что заставило Луну потерять дар речи.
— Какая милая комната, — прокомментировала Девятая, при этом не отводя взгляда от Луны, будто комната ее на самом деле вовсе не интересовала. — Это как в детективах, да? Помещение на чердаке, где можно собраться, обсудить свои коварные планы…
— Я ожидала, что ты притащишь кого-нибудь, но я никак не ожидала увидеть здесь… — переведя взгляд на Элеонору, Луна нахмурилась, но, вместе с этим, на ее лице можно было прочитать явное восхищение. — Саму путешественницу среди реальностей.
— Думаю, тебе приятно было бы встретиться с Авелиной, а не со мной, — поклонившись, Элеонора тем самым представилась и подтвердила ее предположения. — Отрадно, что ты знаешь меня, но я на всякий случай уточню, что зовут меня Элеонора.
— Авелина еще получит свое, но я здесь не за тем, чтобы провоцировать конфликты. Мы здесь за тем, чтобы обсудить, как можно попасть в руины небесного города. Может…
— «Может, я
