именно этого — выйти за него замуж. Мои отношения с Джованни терпимыми, потому что он был моим женихом, и дата нашей свадьбы была назначена. Последовавший скандал после нашего разрыва был ничем по сравнению с волнами, которые могли бы создать отношения с Мэддоксом. Даже если бы меня не волновала негативная реакция на мою репутацию, я должна подумать о том, что это сделает с моей семьей. Но даже отношения с Мэддоксом казались невозможными в этот момент. Я не могла понять, как мы могли бы наладить это в будущем.
— У тебя не так много времени на принятия решения, любимая, — тихо сказала мама. — Ты знаешь, что твой отец запланировал для байкеров, которых он поймал.
— Я знаю, — ответила я. — Дядя Маттео заберет меня и отвезет в тюрьму Фамильи.
Мама поджала губы.
— Твой отец упомянул об этом. Не думаю, что это хорошая идея противостоять человеку, который сделал это с тобой.
Я улыбнулась.
— Не переживай, мам. Роли поменялись. Я больше не в их руках. Я не сломаюсь сейчас, не после нескольких недель плена.
— Я в этом не сомневаюсь. Я поражаюсь твоей силе. — она сделала паузу. — Если ты когда-нибудь захочешь поговорить о, произошедшем между тобой и Мэддоксом, я здесь, ты же знаешь это, верно?
Я кивнула.
— Все видели мое видео?
— Многие, — честно призналась мама. — Твой отец перепробовал все, чтобы удалить его, и в конце концов он это сделал.
— Интернет никогда не забывает, — сказала я.
Подумать только, что я потратила часы, мучаясь над идеальной картинкой для Инстаграма. В конце концов мне пришлось бы посмотреть видео и столкнуться с возникшим скандалом в своих аккаунтах в социальных сетях. Но не сейчас.
— Тебе нечего стыдиться. Они заставили тебя, и ты выглядела гордой и великолепной, несмотря на ситуацию.
— Это был не мой выбор, — согласилась я. — Но я спала с Мэддоксом. Не потому, что он заставил меня, и даже не потому, что я надеялась, что он поможет мне сбежать, если я пересплю с ним, а только потому, что в тот момент я хотела этого.
Я хотела сбросить этот груз с души.
На секунду мама не смогла скрыть своего шока, но потом кивнула.
— Я думала, что такое может произойти, но надеялась, что ошибаюсь.
Я поджала губы.
— Потому что я должна была остаться девственницей до замужества.
Мама покачала головой.
— Меня это не волнует, Марси.
Я не была уверена, действительно ли мама это имела в виду. За годы мало, что изменилось. Возможно, папа отменил традицию кровавых простыней, как только я приблизилась к брачному возрасту, но многие люди все еще следовали старым обычаям. Теперь это выбор невесты, а не обязанность, которой она должна подчиниться. Но мало у кого из девушек хватало смелости отказаться от традиции кровавых простыней, а те, кто отказывался, их часто считали шлюхами, которые не хотели рисковать, раскрывая свои распутные замашки. Иногда выбор не был таковым до тех пор, пока общество считало правильным только одно решение.
— Но папу волнует.
— Твой отец предпочел бы, чтобы ты ушла в монастырь и вообще никогда не связывалась с парнями.
Я сдержала улыбку.
— Но он принял Джованни.
— Он знал, что ему придется отпустить тебя и позволить тебе стать взрослой. Когда ты выбрала Джованни, он терпел его, потому что он его знал, и…
— Мог контролировать.
Мама пожала плечами.
— Твой отец любит контроль.
— Мэддокса не так легко контролировать. Примет ли его когда-нибудь папа?
— Я не знаю. Возможно, на на это потребуется времени и большой работы со стороны Мэддокса. Возможно, тебе пока не стоит говорить своему отцу, что ты переспала с Мэддоксом. Это только все усложнит.
— Ты действительно думаешь, что он ничего не подозревает?
— Ох, я уверена, что он подозревает. Но твой отец слеп, когда дело доходит до того, что ты становишься женщиной.
— Мужчины.
Мама коснулась моей руки.
— Вы использовали защиту?
Потребовалось мгновение, чтобы понять, что она имела в виду, и жар прилил к моим щекам.
— Нет, — призналась я.
Мама кивнула, сглотнув.
— Я принесу тебе тест на беременность сегодня, а потом ты сможешь пройти его на случай, если у тебя будет задержка.
Мои месячные должны были начаться со дня на день. У меня не постоянный цикл, так что трудно сказать.
— Спасибо, мам.
Моя жизнь всегда была тщательно спланированной конструкцией, сложной сущностью, которую я годами структурировала и строила. Теперь я поняла, что это был всего лишь карточный домик. Я всегда думала, что в мой план на будущее встроено достаточно мер безопасности, чтобы даже несколько пропавших карт не разрушили карточный домик. Конечно, я никогда не думала, что кто-то ворвется в мою жизнь и разрушит мой карточный домик на мелкие кусочки. Все мои хитроумно продуманные планы на будущее внезапно оказались на грани развала.
Я любила Мэддокса, любила его так сильно, как всегда, мечтала любить кого-то, желала его так сильно, как надеялась. Мои мысли вращались вокруг него так, как я никогда раньше, и уж точно не с Джованни. Я любила его, но я также любила свою семью. Как можно сравнивать одну любовь с другой? Как можно сравнивать это друг с другом? Я не могла. Я не могла отказаться от Мэддокса. Я не могла бросить свою семью.
Я вновь уставилась на каффу.
Я бы предоставила Мэддоксу выбор сегодня, невозможный выбор, тот, который определил бы, был ли у нас вообще шанс, выбор, который мог бы разорвать мое сердце надвое.
Глава 19
Моя голова раскалывалась от боли, когда я пришел в себя. Я не был уверен, сколько сейчас времени. Я слышал шарканье вокруг себя и хриплое дыхание. Со стоном я заставил себя открыть глаза, несмотря на агонию, которую это вызвало.
Сырые стены. Вонь сырости и плесени, мочи и крови. Я в подвале, в камере пыток Витиелло, без сомнения.
— Наконец-то проснулся, хах? — пробормотал Коди.
Я повернул голову и понял, что привязан к стулу. Я попытался опрокинуть его, но ножки были прикреплены к полу. Конечно, Витиелло обо всем подумал.
— Это твоя вина, — прорычал Эрл.
Он и Коди сидели на стульях слева от меня, а рядом с ними сидел Смит, перспектив. Он выглядел довольно плохо, из двух ран на ноге и боку текла кровь. Но я был только рад, что вместо него был не Грей.
— Как долго мы здесь находимся?
Коди плюнул в мою сторону, но плевок приземлился в нескольких сантиметрах от моих ботинок.
— Достаточно долго, чтобы я
