наш сектор?
— Сэр, командование приказывает сдерживать противника — и никаких больше приказов.
Звуки канонады заметно усилились, снаряды ложились все ближе к его позициям. 88-миллиметровый снаряд, прилетевший из-за реки, накрыл расположение роты «А». Пятеро убитых.
— Сэр, командование на связи.
— Давай микрофон. Это Синий-четырнадцать...
Желтая вспышка и оглушительный грохот.
Радист ткнулся лицом в рацию и замер; из дыры, появившейся в его спине, хлынула кровь.
— Это Синий-четырнадцать,— крикнул еще раз бригадир, прижимая к губам микрофон. Мог бы и не стараться. Рация была разбита — тем же самым осколком, который убил радиста. Бригадир выскочил из фургона. Требовалось найти другую рацию. В роте «А» есть, правда — слабенькая, дальности не хватит, но это ничего, передадим по цепочке. Добравшись до расположения роты «А», он узнал от солдат, что командира убило.
— Послушайте, сержант...
— Да, сэр! — Правая ладонь четко вскинулась к виску.
— Примите командование ротой «А».
— Хорошо, сэр.
Выйдя в конце концов на связь с командованием, они не узнали ничего утешительного. Немцы были уже далеко за линией обороны. На юге — в тылу французов, на севере — у бельгийцев, а скоро обойдут и британцев. Командиры дивизий приказывали своим подчиненным до последнего защищать свои позиции, успевшие уже попасть в руки противника. И все эти проклятые танки. Но тут просматривается один вариант. Собрать все танковые резервы в один кулак и попытаться разрезать немецкую лавину пополам. С точки зрения этой задачи его бригада находилась на идеальной позиции: основные танковые силы немцев двигались прямо к югу от нее, услужливо подставляя свой открытый фланг. Бригадир передал свое предложение командованию. Ответ оказался не совсем таким, как он ожидал. Ни слова об атаках, только все тот же «выход из боя». «Всем частям срочно отойти к линии Delta Blue!» Он справился по мишленовской дорожной карте. И немцы, и союзники одинаково пользовались этими роскошными французскими картами, которые свободно продаются на любой автозаправке. Получалось, что немцы стремятся к Дандру, следующей реке к западу от Диля. Ну что ж, отступать так отступать. Только без суматохи и паники. Если отступление будет организованным, эти солдаты еще сразятся с немцами, в другой день и в другом месте. Нужно было подумать, как бы это вытащить роты, стоящие на самом переднем крае, с их крайне уязвимых позиций. Им придется уходить втихую, оставив для вида маленькое прикрытие.
— Майор, мы отходим. Пушки у нас механизированные, а люди — нет. Что будем делать?
Майор повернулся к полковому старшему сержанту, тот мгновенно вытянулся по стойке смирно. Вот уж кого не выведут из равновесия никакие немецкие танки.
— Устрой для ребят что-нибудь такое с колесами.
— Да, сэр. У нас есть хозяйственные и продуктовые грузовики.
— Выкидывай барахло, люди ценнее палаток,— вмешался бригадир.— Диспозиция такая: пушки трогаются в три часа ночи, люди в три двадцать. Никаких фар, полная светомаскировка. Идем к реке Дандр. Как только все переправятся, взрываем мост.
Ему могла помочь только артиллерийская поддержка. Над головой выли снаряды немецкой полевой батареи. Последнее британское подразделение, стоявшее на Диле, сумело отойти без потерь. Солдаты ехали и шли, ковыляли и спотыкались; добравшись до леса, они хотели уже только одного — спать, однако тут же получили приказ окапываться.
— Сэр,— осторожно возразил один из ротных командиров,— ребята малость устали.
— Устали? — резко переспросил бригадир.— А кто не устал?
Радио приносило все новые тревожные сообщения: Тридцать немецких танков, шестьдесят грузовиков, двадцать орудий в пяти милях, к востоку от Гросара, в 7.15 двигались на северо-запад.
Линия по реке Дандр атакована превосходящими силами противника. Прошу разрешения...
К тому времени как британцы закрепились на новом рубеже, немцы уже оказались глубоко у них в тылу. Над бригадой нависла опасность полного окружения.
18 мая, 22.00. Группы тяжелых танков быстро продвигаются по направлению Ле Като—Камбре и Валансьен—Ауэ.
То есть, попросту говоря, немцы уже прорвались к югу и теперь двигались прямо на его бригаду. Они явно намеревались раздавить все британские силы с тыла. Теперь над головой шуршали снаряды 25-фунтовых орудий, нацеленные на приближающуюся танковую колону. Новый приказ командования перечеркнул предыдущий: Британским Экспедиционным силам к 12.00 19 мая закрепиться на линии Эско[235] в секторе Ауденарде—Молд.
Снова отходить! А люди валятся с ног.
Но затем пришла еще одна радиограмма.
Она застала генералов Франклина и Мартеля за согласованием маневров по выходу войск на новый рубеж обороны.
19 мая, 08.15. Части германской группы армий «Б» прорвали линию Эско в районе Ауденарде.
Из чего следовало, что линию Эско тоже не удержать. Нужно было спешно отходить, чтобы перегруппироваться вдоль Северного канала и Скарпа.
Части германской группы армий «А» продвигаются вдоль шоссе Камбре—Аррас. Противник идентифицирован как 7-я танковая дивизия и две немоторизованные пехотные дивизии, следующие за ней с разрывом в двадцать четыре мили.
Это было то самое, чего они с нетерпением ожидали, танки далеко обогнали пехоту. Пора действовать. 18 «Матильд II» и 65 «Матильд I» против двухсот немецких танков. Не много, но на первый случай хватит.
Бригадир снова вынул карту. Приказ генерала Мартела не оставлял никаких сомнений. К 22.00 20 мая организовать исходные позиции для атаки вдоль южного берега Скарпа, закрепиться в Витри. Мишленовская карта говорила, что в промежутке между Дуэ и Руйолкором есть шесть мостов через Северный канал. Вот к ним-то и направлялись танки. На данный момент эта линия удерживалась двумя дивизиями 1-й французской армии. Через день-другой немецкие танки нанесут фланговый удар и сбросят их в Сенсе.
Он не принимал во внимание Роммеля, чей 25-й танковый полк успел пересечь Северный канал у Маркиона прежде, чем британцы заняли оборонительный рубеж. В 5.00 утра 20 мая роммелевские части уже передвигались в тылу союзников, к югу от Арраса[236]. Генерал Роммель лично провел разведывательную вылазку группой, состоявшей из его собственного легкого бронеавтомобиля и двух танков сопровождения. Неподалеку от деревни Виз-ан-Артуа группа попала в засаду. Оба танка были подбиты, сам же генерал оказался на час отрезан от своих войск. Еще бы чуть-чуть...
Командир 1-й британской танковой бригады получил донесение, что одно из его передовых подразделений уничтожило два немецких танка. Бригадир с трудом поверил, что немцы уже в двух шагах. Он спешно организовал засады изо всех своих 25-фунтовых батарей и противотанковых пушек. Артиллерия встретит немецкие танки лобовым огнем и замедлит их продвижение, тем временем «матильды» ударят по открытому флангу противника. План казался очень разумным. Он сработает, он
