— Он, наверное, тебе дорог, Зак? — тупо пробормотала я, по-прежнему вытягивая руку. Может, ты его заберешь обратно, Зак?! Веревочка, словно бы, выжигала след на коже.
— Хотел, чтобы ты вспоминала… — Он запнулся и с наигранным безразличием пожал плечами. — Просто хотел, чтобы ты его носила. Железо защищает от демонов.
— Спасибо.
Улыбка получилась жалкой, а не благодарной, какой бы ей следовало быть. Словно во сне, я сжала запястье влажными, холодными пальцами, спрятала от взгляда проклятый шнурок. Вот он есть, а закроешь — нет.
Похоже, сколько не трепыхайся, но от судьбы не убежишь. Каждый день приближал нас к неизбежной развязке. Словно потерявший управление сцепленный состав, мы все неслись в пропасть.
Глава 10
Друзья с привилегиями
— Зак, стой! — Размахивая сумкой, я выскочила на крыльцо особняка. — Подожди!
На улице было промозгло, накрапывал дождик, сменивший вчерашнюю метель. Двор Гнезда выглядел блеклым и угрюмым. Сквозь раскрытые кованые ворота виднелся мрачный сосновый бор. Снег таял, и на подъездной дорожке разлились огромные лужи.
Черный БМВ притормозил. Сидевший за рулем Заккари расставил руки в немом вопросе. Я торопливо сбежала со ступенек и, подскочив к автомобилю, распахнула дверцу. В салоне играл Моцарт, и витал специфический запах натуральной кожи.
— Слушай, меня в деканат вызвали! — выпалила я. Звонок из секретариата действительно грянул, как гром среди ясного неба. — Мне жизненно необходимо поехать!
— Если я правильно помню, то экзамен тебе было жизненно необходимо сдать вчера. — Блондин сделал музыку потише и перегнулся, чтобы лучше меня слышать. — Или нет?
— Было, — согласилась я. — Я и сдала, но приказ об отчислении мне не отдали!
Не желая сдаваться без боя, Зак недовольно поджал губы.
Сегодняшний день он планировал посвятить делам сводного брата. Филипп искренне верил, что сможет вернуть дар, если последует совету провидца и избавится от родового проклятья. За пару дней, правдами и неправдами, ему удалось разыскать гримуар Марисы Вестич, где она описывала обряд для уничтожения анафемы. Сегодня конфискованную много лет назад книгу, наконец-то, доставили из хранилища Инквизиции в городской архив. Братья сговорились встретиться уже на месте, и моя просьба пришлась совсем некстати. Тем паче, что я поклялась не высовываться из дома.
— Забирайся, — наконец, раздраженно буркнул Зак, — а то совсем промокнешь.
Пока он не передумал, я запрыгнула в автомобиль.
— Сама будешь объясняться с большим боссом, за каким лядом тебя на факультет понесло, — проворчал блондин и, поглядывая в зеркальце заднего вида, выехал со двора.
Стоило нам оказаться на дороге, как ворота закрылись с тягучим скрипом.
— Пристегнись, — велел ведьмак раздраженным голосом. — Не дай бог, еще в обморок упадешь, когда скорость наберем.
За всю дорогу Заккари ни разу не превысил разрешенной скорости, не переключил ни одного светофора, терпеливо дожидаясь зеленого света, и, вообще, управлял БМВ так, словно перевозил чрезвычайно хрупкий груз. Припарковавшись на преподавательской стоянке, парень заглушил двигатель.
— Тебе не обязательно ждать, я сама вернусь в Гнездо, — уверила я, отстегивая ремень безопасности.
— Я тебя умоляю! — раздраженно огрызнулся блондин. — Давай уже, шевелись, подруга. У нас всего пятнадцать минут.
Несмотря на плохую погоду, на главной лестнице было многолюдно, все время открывались и закрывались тяжелые двери. Вдруг взгляд наткнулся на высокую фигуру в длинном черном пальто. Мужчина стоял в стороне от студентов, и неотрывно следил за нами. Стоило отвернуться на секундочку, как мрачный человек исчез, точно сквозь землю провалился. Неуютно поежившись, я прибавила шагу.
Не теряя времени, мы направились в деканат. Жизнь на факультете кипела, и, попав в привычную суетливую обстановку, я не сразу осознала, что мы с Заком буквально приковываем внимание окружающих. Люди откровенно таращились или же, пряча ухмылки, поспешно отводили глаза.
Подобные сцены очень любят показывать в молодежных фильмах, когда опростоволосившаяся главная героиня идет по коридору, и каждый встречный оглядывается ей вслед. Предстать в подобной роли оказалось очень неприятно.
— Я здесь побуду, — бросил Зак, когда мы подошли к нужному кабинету. — Разбирайся пошустрее.
Поймав на себе очередной ехидный взгляд незнакомой девушки, я нахмурилась и, не стучась, толкнула дверь. Лысенький декан сидел на месте секретаря, с аппетитом жевал помятый бутерброд и самозабвенно собирал в пасьянс на компьютере.
— Антонова? — Мужчина поперхнулся и скоренько спрятал сэндвич в ящик стола. — Чем обязан?
Декан принялся неловко отключать игровую программу, дабы не уронить авторитета в глазах обычной студентки, но все время промахивался мимо крестика.
— Вы меня вызывали, — разглядывая паркет под ногами, промямлила я.
— Когда?
— Сегодня. — Я осторожно покосилась в сторону собеседника.
— Не вызывал.
— Ну, ладно. — Замявшись, я смущенно кашлянула и покраснела. — Можно идти?
— Иди.
Окончательно озадаченная я выскользнула в коридор, и не нашла Зака, куда-то умыкнувшего за короткую минуту.
Неожиданно, походивший рядом незнакомый очкарик, широко улыбнулся и выставил вперед два больших пальца в знак одобрения. В глазах молодого человека светилось четкое воспоминание о плакате, висевшем на главной доске объявлений в учебном корпусе. На ватмане была нарисована я сама, лихо летающая на метле. Все бы ничего, если бы при этом неизвестный карикатурист не забыл изобразить одежду. Стало так мерзко, словно меня облили ведром помоев!
«Они тебя вызвали, чтобы унизить! — с иронией прокомментировал голос Силы. — И ты им это простишь?»
— Вот уж дудки! — пробормотала я сквозь зубы, догадываясь о том, кто именно автор художества.
При моем появлении, первокурсницы, изучавшие плакат, не удержались от хихиканья. С пылающими от гнева щеками я уставилась на рисунок. Воспоминание в голове незнакомого студента оказалось неточным. Он запамятовал об ироничной надписи: «Осторожно, злая ведьма!»
«Заставь его съесть рисунок!» — зашипел голосок Силы.
И впервые за последние дни наши желания с проклятым даром совпали на сто процентов. В воображении немедленно возникла жалобная, покрасневшая от натуги физиономия Андрея Сухова, запивавшего жесткую бумагу столовским компотом из сухофруктов.
Я бы могла спалить отвратительное художество одним щелчком пальцев, но вместо этого, под прицелом насмешливых взглядов, спокойно сняла ватман с доски объявлений и, свернув трубочкой, направилась в лекционную аудиторию, где у первого курса проходила пара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
