нормальный мужчина? Серьезный, убеленный сединами, который очень не хочет, чтобы ты простыла суровой зимой.
Она нисколько не обиделась на соседку, развалившись на кровати, беспечно болтала в воздухе ногами.
— Говорю же: сама купила!
Лика быстро завернула покупки обратно в бумагу и убрала в шкаф.
— Ты и про мужчину говорила, — напомнила Френсис. — Солидного.
— Да, очень! — состроила рожицу девушка. — Он ректор, во. Нет, наследный принц. Тот самый герцог Тарландский.
Почему бы Френсис не открыть книгу? Наверняка найдется предмет, который давался ей хуже других. Лика спокойно выскользнула бы из комнаты, поблагодарила Раяна за заботу. Она не сомневалась, теплые вещи прислал именно он. Шутки шутками, но тому же Дику не пришло бы в голову купить не эротичные атласные чулки, а плотные, шерстяные. Все же в юности и зрелости мужчины думают о разном.
— Тогда берегись! — погрозила ей пальцем Френсис. — Мирабель с Йенифир объединятся и уничтожат тебя в борьбе за титул герцогини.
— О, ты, наверное, не слышала, — она перекатилась на спину, — Йенифир недавно такое устроила! Не ожидала от нее!
Лика с усталой улыбкой покачала головой. Вот тем ей и нравилась соседка: она быстро забывала и меняла тему.
— Нет, я ее понимаю, я сама бы за то публичное избиение… Словом, она подкинула трусики Мирабель в приемную ректора, прямо на стол положила. Представляешь, приходит с утра госпожа Сора, а там!.. Ректор так орал, так орал, Мирабель пунцовая вернулась. И ведь не докажешь, что это Йен, но ведь больше некому.
— Почему именно Йен? Их вполне могла оставить сама Мирра. Сняла и забыла.
— Ты думаешь?..
Френсис прикрыла рот рукой.
— Я не думаю, я просто знаю об опыте Мирабель в подобных делах. На месте будущего мужа я проверила бы список мужчин, перед которыми она снимала трусики. Боюсь, к тому моменту он растянется на пару страниц.
Она это сказала! Зло, спокойно, не залившись румянцем. Так и подмывало пересказать соседке занятную беседу в классе алхимии. Мирабель шептала недостаточно тихо, чтобы сидевшая в соседнем ряду Лика не слышала часть пикантных подробностей. Но она не опустилась до уровня Йенифир. Разносить сплетни — это ее стихия, у Лики найдутся дела поважнее.
— Пойду прогуляюсь. Может, слеплю снеговика.
Раян сегодня освободил ее от занятий, но Лика надеялась застать его в академии. Она понятия не имела, что скажет, наверняка будет выглядеть глупо, но не могла усидеть в комнате.
* * *
Шестое ноября. Казалось бы, обычный день, но все вокруг стало иначе. Буквально за одну ночь природа развернулась в сторону зимы. Воздух бодрил, щипал за щеки, понуждал ускорять шаг. Ступать тоже приходилось осторожнее: листья покрылись невидимой глазу корочкой льда.
Еще издали заприметив Дика, валявшего дурака с приятелями, Лика подняла ворот пальто и свернула на соседнюю дорожку. Ей не хотелось встречаться с ним. Не сейчас, когда сердце грело тепло чужого подарка. К тому же Дик наверняка позовет ее на прогулку, а в свете недавних событий… Девушка поежилась.
Совпадение или нет? Канцелярист зло пошутил, или Альма выбирала жертв по определенному признаку?
«Чувство вины не возникает на пустом месте, — Лика не собиралась себя щадить. — Ты встала между ними».
Она остановилась, в нерешительности оглянулась на видневшиеся в просветах между деревьев корпуса общежития. Еще не поздно вернуться, а на ближайшем индивидуальном занятии аккуратно выяснить, действительно ли Раян купил те вещи. Вдруг нет? Тогда Лика поставит себя в неловкое положение. Магистр подумает… «Ты же сама уже думаешь, — вмешался в строй ее мыслей саркастический внутренний голос. — Иначе бы не пряталась от Дика, не разыскивала Энсиса по всей академии».
Лика по-прежнему топталась на месте.
Может, действительно лучше развернуться, спокойно играть в снежки с остальными, а затем, уставшей, раскрасневшейся, вновь углубиться в дебри философии? Альма убедится, что Лика совершенно безобидна, и отстанет. Только устроит ли это саму Лику?
Девушка задумалась на мгновение и повернулась спиной к прошлому.
Дело не в Раяне. Она больше не желала становиться прежней Ликой.
Однако где же его искать?
На ум пришла добрейшая госпожа Сора. Если Лике повезет, она застанет секретаря ректора на рабочем месте. Уж та-то знала расписание каждого преподавателя!
* * *
Лика с сожалением переминалась с ноги на ногу у запертых дверей приемной. Не успела. Надеясь перехватить Мону в одном из дворов, она поспешила вниз по лестнице, но резко остановилась, заслышав голоса.
В административный корпус по разной надобности заглядывали разные преподаватели, ничего удивительного, что Ларс Ромель тоже решил заскочить себя на минуточку. Ректор ушел, актовый зал с его помпезными декорациями ему тоже вряд ли интересен. Выходит, в кассу. Ну да, шестое число, не только Лика получила сегодня вожделенный перевод.
При иных обстоятельствах она бы поздоровалась и проскользнула мимо, но ухо выцепило имя «Альма».
Подслушивать нехорошо — эту истину вдолбили в голову каждого ребенка, но в некоторых случаях необходимо. Вряд ли кто-то добровольно поделится с Ликой ходом расследования, подробностями прошлого Раяна. Он говорил о них скупо, с крайней неохотой. Приходилось идти на крайние меры.
Лика попятилась и, стараясь производить как можно меньше шума, поднялась на площадку выше.
Где бы спрятаться? Приемная закрыта, оставался кулуар, прилегавший к кабинетам проректоров, завхоза и обширной бухгалтерии. Увы, никто не предусмотрел там статуй или кадок с фикусами, пришлось укрыться за портьерой. Спасибо, освещение приглушили, а то бы ее в два счета обнаружили.
Ладони вспотели.
Девушка пыталась убедить себя, что ничего дурного не делает. Она ведь не копалась в чужих письмах, изначально не собиралась подслушивать, Всемогущий простит.
Лика не ошиблась, Ларс действительно направлялся в сторону кассы. Не один — эту поступь она успела хорошо изучить за прошедший месяц. Вот и Раян нашелся. Только сейчас не время для благодарностей, как-нибудь потом.
— В десятый раз повторяю, — вполголоса горячился Ларс, — магическая этика — дерьмо! Ее выдумали трусы. Забранная у мага кровь намного лучше крови обычного человека. Он раненый был, никто бы не заметил. Лежал в нашем лазарете — удача прямо в руки! Выходили бы, не умер. Вдобавок там второй был, смешать два разных вида магической крови еще лучше.
— Хочешь вместо меня сесть в тюрьму? — мрачно пошутил Раян. — Быстро там окажешься, если не перестанешь болтать. Знаешь, что за такие разговоры бывает?
— Знаю, — сквозь зубы процедил Ромель. — Не услышит никто, не бойтесь, на этаже только Инга осталась. Но в бухгалтерии дверь толстая, вдобавок она в самом конце коридора. Мне Альму жалко.
