мысль. Перебрав все возможные варианты, девушка остановилась на запрещенном. Но для начала надлежало спровоцировать Грегора.
— Можешь говорить кому хочешь и что хочешь. Заодно порадуешь родственников: уверена, они с радостью поборются за освободившийся титул лорда…. Как тебя там?
Выдержка блондина дала сбой. Глаза налились кровью.
— Ах ты!..
Лика не дала ему закончить. Она подготовилась и абсолютно осознанно воспользовалась обратной магией во второй раз в жизни. «Стацис» в слабой концентрации казался ей меньшим злом, чем риск привлечения к суду за лжесвидетельство для себя и длительный тюремный срок для Раяна.
— Нравится?
Присев на корточки, Лика склонилась над постанывающим от боли Грегором.
— Хорошо запомни это ощущение и вспоминай всякий раз, когда соберешься навредить мне или моим друзьям. Как видишь, я прекрасно справляюсь сама и без чужой помощи могу отправить тебя на тот свет. Осознал или снова продемонстрировать? Я не только «Аквиром» владею.
— Осознал! — простонал скорчившийся на грязной мостовой блондин.
Казалось, у него болело все тело, словно десятки садистов пилили его изнутри.
— Ты сам упал. Напился, запнулся обо что-то и грохнулся. Никакой магии, никакой меня рядом. И свои грязные сплетни ты тоже оставишь при себе. Понял?
Девушка энергично встрянула его за плечи.
— Понял! — выплюнул Грегор и пообещал: — Когда-нибудь я доберусь до тебя, малявка!
— Когда-то очень нескоро! — нервно рассмеялась Лика.
Она сама не верила — разобраться с выпускником! Рассчитать нужные коэффициенты, правильно сплести энергетические потоки, пропустить через себя, запечатать — и все в состоянии крайнего нервного напряжения.
«Мастер Энсис мог бы мной гордиться», — подумала Лика. Но она ему не расскажет, никому не расскажет. Пусть на этот раз девушка никого не убила, так, причинила легкий вред здоровью, по головке ее не погладят.
Глава 18
Некоторые вещи с годами не теряют своей прелести, именно поэтому, невзирая на то, что в обычные дни они считали себя «слишком взрослыми для разных детских глупостей», студенты дружно высыпали к окнам, чтобы полюбоваться первым снегом. Он неспешно парил в воздухе, планировал на яркие пятна листьев на земле, серебрил дорожки, стыдливо маскировал лужи.
— Как красиво! — уткнувшись подбородком в колени, протянула Френсис.
Она забралась на подоконник и зачарованно следила за танцем снежинок.
— Угу! — не отрываясь от книги, пробурчала Лика.
Задачка по логике никак не давалась, и она решила отвлечься, почитать труды Феофанта Киносского для семинара по философии, но никак не могла продвинуться дальше первого абзаца.
«Магию надлежит разделять на умозрительную и потаенную. Последняя есть симбиоз мысли и воли…»
— Мысли и воли! — ворчливо передразнила Лика.
Вот у нее силы воли в достатке, но что-то ничего потаенного не раскрылось. Сдается, нагло врал Феофант, проще говоря, был шарлатаном, а его теперь в академии изучают.
— Чего ты там бормочешь? — обернулась к ней соседка.
Лика не ответила и вновь попыталась сосредоточиться.
— Очередное заклинание? — не унималась Френсис.
Лучше бы дыханием на стекле сердечки рисовала! У нее-то с философией все хорошо, не придется сдавать по билетам, а Лике кровь из носу нужен еще один балл для промежуточной аттестации.
— Кстати, — убедившись, что собеседница не намерена обсуждать с ней дела учебные, с таинственным видом заметила Френсис, — к тебе заходили.
— Кто?
Лика мысленно подобралась. Неужели Грегор? Но ей показалось… Возможно, только показалось.
Соседка медлила с ответом, и, отложив книгу, Лика встала.
— Ну!
Если бы могла она клещами вытащила из Френсис ответ.
— Один милый молодой человек. Курьер.
Лика вытаращилась на нее, а затем наморщила переносицу.
— Какой курьер?
Она точно ничего не заказывала, разве только тетя вздумала сделать ей подарок в честь будущего дня рождения. Но до него целых три недели…
— Тебе лучше знать, — подмигнула Френсис.
Она слезла с подоконника и, нагнувшись, вытащила из-под кровати небольшой сверток, перевязанный белой атласной лентой. Шуршащая бумага источала едва уловимый цветочный аромат.
— Отдай!
Лика порывисто потянулась за свертком, но верткая Френсис спрятала его за спину.
— Нет, сначала ты скажешь, от кого это, тихоня Скотт!
Мышцы Лики звенели от напряжения. Кровь подступала к щекам.
Скорей бы вырвать сверток, укрыться в душевой и проверить, действительно ли там то, о чем она думает. Если то, если Френсис увидит…
Груди в платье стало тесно. Лике не хватало воздуха. Она рухнула на кровать и принялась обмахиваться книгой. Легче, увы, не стало.
«Только бы не оно, только бы не оно!» — беззвучно повторяли губы.
— Ты чего?
Кинув сверток на стол, Френсис присела рядом с ней, взяла за руку.
— Ты, часом, не беременная? — шепотом спросила она.
Лика вздрогнула и резко отстранилась.
— Хорошо, хорошо! — вскинула руки Френсис. — Я только предположила, не надо меня «Аквиром»!
— Я и не собиралась.
— Но лицо у тебя было такое… Словом, лучше не подходить.
Покусывая губы, Френсис покосилась на сверток. Ей не терпелось его развернуть, засыпать соседку вопросами о поклоннике, но приходилось терпеть. В последние дни Лика была не в настроении, почти все время проводила то в библиотеке, то на репетиции, то с Раяном Энсисом. Френсис смеялась, что от обилия магии у той скоро лопнет голова. А еще Лика стала рассеянной, нервной. Вот и теперь глянула так… Можно подумать, Френсис прежде так не шутила.
Лика промолчала. Она тоже буравила взглядом сверток на столе. Пальцы сжимались и разжимались, терзая юбку. Наконец девушка решилась.
— Это совсем не то, что ты думаешь, — глядя мимо соседки, в стену, заверила она.
— Значит, именно то.
Френсис расплылась в понимающей улыбке от уха до уха. Лике хотелось закричать, затопать ногами, хорошенько встряхнуть ее, чтобы выбить глупые мысли из головы. Вместо этого она сухо обронила:
— Я сама это купила.
Оставалось надеяться, что вещь в свертке недостаточно дорогая.
Атласный бантик поддался не сразу: девушка дернула не за тот конец. Но вот лента опала на стол. Зашуршала оберточная бумага. Заслонив покупку от любопытной Френсис, Лика с трепетом разворачивала слой за слоем.
— М-да, о таком я точно не думала! — прокомментировала исхитрившаяся-таки пробраться к столу соседка. — Он у тебя затейник!
Лика с облегчением выдохнула, снова обрела возможность дышать: не нижнее белье!
— Шерстяные чулки, варежки, шарф, — фонтан красноречия Френсис по-прежнему бил ключом. — Не хватает только бархатной маски, и образ соблазнительницы готов.
— Да заткнись ты! — не выдержала Лика. — Одна… Одни парни на уме! Нормальные мужчины о другом думают.
— И кто же этот
