это необходимая процедура. Мне показалось, что врач-гинеколог была действительно расстроена моим решением, но вовсе не потому, что им платят за ведение каждой беременности. Она очень любила свою работу и к каждой беременной относилась с особым почтением. И тем не менее, женщина редко оспаривала решение делать аборт. И это были не мои домыслы, перед посещение врача я некоторое время копалась в интернете, выясняя информацию. В общем, если я когда-нибудь и решусь всё-таки завести ребёнка в будущем, то обращусь я именно к этому врачу.
Женщина выписала мне ещё какие-то анализы и направление на УЗИ и напоследок взяла с меня обещание хорошо подумать.
Я отправилась в регистратуру, записываться к психологу. Надо, так надо. Всё равно ей не переубедить меня. У меня уже был опыт общения с психологами, и у них ничего не вышло. Я для них непробиваемая.
К соседнему окошку подошёл Калинин и что-то негромко сказал девочке-студентке.
— Я же просила не преследовать меня, — сказала я ему.
Юра скрипнул зубами.
— Я тебя услышал. А сюда я пришёл к травматологу. Меня гипс достал, хочу его снять.
— Как ты?
Калинин отвернулся, пытаясь скрыть злость.
— Какая теперь разница? Ты уже сама всё решила.
— Я про руку.
Он усмехнулся и забрал со стойки свою карточку.
— Нормально. Жить буду.
Он ушёл, а ко мне, наконец, подошли. Я не сразу вспомнила, что мне нужно. Пока я вспоминала, зачем сюда вообще пришла, девочка терпеливо ожидала. Наконец, я всё сделала и с огромным облегчением вышла из больницы.
Сегодня воздух был особенно тяжёлым. Ветерка не было, зато температура воздуха к этому времени поднялась где-то до +35, и это в тени. По счастью, я была недалеко от театральной площади, а там находится самый классный фонтан в городе, а чуть дальше была бургерная Блэк Стара. Я почувствовала зверский голод. Но сначала всё-таки хотелось немного остыть.
Я едва успела дойти до ближайшей к фонтану лавочке. Детвора с огромным удовольствием плескалась в наземном фонтане, брызгаясь во все стороны. Пара ребятишек промчалась мимо меня, обдав струёй из водяного пистолета. Мальчишка подбежал ко мне и вежливо извинился. Я улыбнулась ему в ответ, сказав, что ни капельки не рассторилась. Он кивнул и снова убежал догонять своего друга.
На самом деле я даже была ему благодарна. Я хотя бы немного охладилась, даже дышать стало легче. Голод усилился, но я решила немного посидеть здесь, среди этого беззаботного веселья. За детьми было приятно наблюдать, но ещё больше меня удивляли некоторые взрослые, которые с какой-то непосредственностью так же весело резвились в прохладной воде. Задумалась о том, как сильно с возрастом люди меняются, становятся слишком серьёзными. Только с появлением собственных кусочков счастья многие родители вспоминают, что они и сам когда-то такими были, а некоторые в душе всё же остались детьми.
Надеюсь, моя улыбка не кажется со стороны такой глупой. Тем более, хоть временно, но всё же я беременная. Вот только моя беременность закончится гораздо раньше. Но я внезапно осознала, что хочу ребёнка. Неважно, от Юры или кого-нибудь другого. Не важно, будет ли у него вообще отец. Хотя нет — это важно! Хочу ребёнка с фамилией Калинин и хочу чтобы его отец жил с нами.
Как будто в ответ на мои мысли он приземлился рядом со мной. Собственной персоной.
— Отдыхаешь?
Я стиснула зубы и сжала кулаки. Нельзя сейчас поддаваться слабости. Ни в коем случае нельзя себя выдать.
— Жарко стало. Вот, решила освежиться.
— Я же знаю, что это Дина. Просто скажи, что это она тебя заставила. Я точно уверен, что ты не смогла бы сама на это решиться.
— Я же тебя просила больше не поднимать эту тему. Это моё решение и эта ведьма здесь ни при чём. У нас с тобой разные пути, разные взгляды на жизнь и даже разный социальный статус. У твоего отца проблемы с бизнесом и если я сейчас вклинюсь между вами, всё развалится. Компания, которая тебя кормит, развалится, а отец от тебя откажется. Тебе придётся искать работу и пахать за зарплату, а ты к этому не привык. Тем более, ребёнок. Этого человечка нужно будет содержать, а значит, тебе придётся пахать за двоих. Не думаю, что ты к этому готов.
Юра внимательно выслушал мой поток бреда и ереси и ответил только когда понял, что я наконец высказалась.
— Вы с моим отцом очень похожи. Он тоже уверен, что знает как будет лучше для меня. Почему никто не хочет спросить моего мнения? Мне тридцать лет, и ещё никто, ни разу не спросил меня, чего хочу я. Мне подарили Бугатти, хотя я бы предпочёл что-нибудь более незаметное. Меня решают женить, хотя я вовсе не ту хотел бы взять в жёны. За меня даже решают какого цвета будет моя комната и что я буду есть на обед или в каком ресторане ужинать. Вот и ты решила, что для меня будет лучше, если я не буду счастлив, воспитывая своего малыша от любимой женщины. Вот только твоё решение гораздо отвратительнее, потому что ты предпочтёшь убить. Я не думал, что ты на такое способна.
Он встаёт и уходит. Просто встаёт и уходит, оставив меня переваривать услышанное. Почему-то не удаётся сорвать пластырь так резко, как хотелось бы. Я люблю Калинина, и с каждым днём любовь только крепнет. Но я не уверена, что он после всего этого захочет со мной разговаривать.
Больше нет сил. На голодный желудок мои мысли уходили совсем в другую сторону. Вдобавок ко всему велик риск грохнуться в голодный обморок. До бургерной я добралась на автопилоте. На плечи давил уже не только горячий летний воздух, но и несколько тонн совести.
Минут десять я топталась у кассы, пытаясь сфокусировать взгляд на меню. Наконец мне это удалось. Выбрав что-нибудь не острое, я добавила к заказу двойной молочный коктейль со вкусом шоколада и уселась за столик поближе к экрану монитора. Мне абсолютно до лампочки было на клипы, которые там крутились, как и на музыку,
