- Но я этим не занимаюсь. Я уже говорил об этом, - сдержанно отвечал Александр, ещё раз убеждаясь, что экстремальные обстоятельства не меняют людей, скорее укрепляют их качества.
- Я помню. Но мой выбор, там, в лагере, оказался верным. Это воля судьбы. Не уносить же мне все свои драгоценности в могилу?
- Отец, ты слишком громко говоришь. Привлекаешь внимание, - впервые вмешалась Вера.
- Поможете мне, а точнее моей дочери, и вам хватит не на одну роскошную жизнь, - заключил Отис, не обращая внимания на дочь, и приняв таинственный вид.
Вера прятала смущённый взгляд, губы сомкнулись в ухмылке, довольно ядовитой. Так она прикрывала уязвлённую гордость по причине того, что её кому-то навязывают, а паче чаяния тому, к кому она была не равнодушна, да ещё при обещании золотых гор.
Византа же охватил приступ ярости, что выразилось в оскале его лица и хищном блеске глаз.
- Вы можете не торопиться с ответом, - добавил Отис хоть и сконфуженно, но, не теряя своего упрямства.
Ещё одна мысль закрепилась у Александра, коварная и столь же спасительная, в которую переродилась вся его накопленная злоба на этого человека. Видимо, чтобы освободиться от его притязаний, нужно было избавиться от него самого.
- Послушайте, - начал он раздражённо. - Я дам вам наводку на человека, который реализует ваши бриллианты, да ещё и средства переведёт в безопасную зону. Только комиссионные у него высокие. Но вы, взамен, забудете обо мне навсегда. Договорились?
Отис затряс отрицательно головой, не понимая всю серьёзность предупреждения.
- Нет, нет… Если только под вашим патронажем. Я никому не доверяю.
- Ну что же. Тогда заберите свой подарок, - Визант потянул руку в боковой карман за бриллиантовой брошью.
Отис хотел было превратить всё в шутку, но тут выдержка подвела его. Он засуетился, скользнул растерянным взглядом по предметам стола, а потом с испугом вперился взглядом в коробку.
Визант не отводил от него грозного взгляда.
Вера взглянула на него изумлённо, затем перевела взгляд на отца, как бы вопрошая к тому, чтобы он не был так упрям, и в следующую секунду приняла вид стороннего наблюдателя, которого даже веселит представленное шоу.
-Отец, соглашайся, - вдруг властно вставила Вера. - А то и я откажусь от твоего богатства. И вообще, от твоего общества.
Такой резкости Отис от дочери точно не ожидал, растерявшись, он смотрел на них горящими обидой глазами. Хотя быстро взял себя в руки.
- Уж раз вашим союзником стала моя дочь, тогда мне некуда деваться, - напыщенно ядовито парировал он.
Визант подтвердил обещание свести Отиса со сбытчиком бриллиантов, и тут же распрощался.
***
Александр обратился за помощью к Воленталю.
Оправдывался он тем, что на бриллианты попадутся преступники, имевшие дело с коррупцией, а может даже и замешанные в государственном перевороте. И, в конце концов, почему этим негодяям должны доставаться сокровища?
- Нужно закрыть этот вопрос. Он мешает нашему основному делу. Через нашего коллегу мы найдём этого Роше. Он будет ещё одной приманкой для Спирина и его покровителей, - снисходительно отмахнулся Воленталь.
Через три дня Визант передал сведения Вере, полученные от Франсуа Мартена по поводу продажи драгоценностей, не без условий вознаграждения.
ГЛАВА 22. ЗАКАЗ НА УБИЙСТВО.
Спирин встречался с Юдиным при крайней необходимости, вызывая на тайное совещание посредством связных, оставляя им сообщения по телефону автомату. Сейчас, они вели разговор на явочной квартире, снятую на полдня, куда прибыли на такси. Юдин поведал ему о провале операции с бриллиантами и посетовал на серьёзные расходы, без видимой перспективы вернуть затраченные средства.
- У меня на этот счёт появилась обнадёживающая информация, - последовал монолог Спирина, державшийся как всегда прохладно к жалобам компаньона. - Некий банковский менеджер, по фамилии Роше, переводивший средства моих знакомых через банк «Франк Интернациональ», скрылся примерно полгода назад. Из-за того, что перемудрил с финансовыми документами в свою пользу, примерно, миллиона на два. Но сейчас снова объявился, инкогнито. У меня осведомители в этом банке. Так вот, этот Доминик Роше, зондировал почву через своих старых подельников, как бы перевести в оффшорные зоны пару десятков миллионов евро. Раз он пользуется прежними связями, значит, не завёл новых. Да он бы и не успел.
Густые брови Юдина вздёрнулись вверх на неподвижном и плоском лице.
- Настолько вскружилась голова у зажатого француза? - удивление и ревность Юдин прикрыл иронией.
- Его не остановил риск обратиться туда, где ему уготована ловушка.
- И откуда у него такие «шиши»?
- От нашего общего знакомого, Отиса.
- Как же я не догадался, - высказался Юдин со сдержанным скепсисом.
- А я вот не гадаю, я знаю. Словом, твоим парням не нужно больше возиться с этим Отисом. Он сам отдаст часть своего состояния через этого Роше, на которого у меня есть наводки. Пусть это и не всё, зато бескровно, а главное - без риска, - как бы ответил на немой вопрос Спирин.
- Разумный план, - отозвался Юдин.
- Это не план, а просто благоприятствующие обстоятельства. Думаю, что именно Визант вывел Отиса на этого одиночку афериста Роше. Это компрометирует нашего давнего врага. Твоим людям нужно будет провести одну дополнительную операцию.
Обнадёженный было Юдин затаил дыхание, не ожидая ничего хорошего от подобных предложений, сказанных в последнюю очередь.
- Сразу открою, что работа грязная. Но на неё есть санкция свыше, - продолжал Спирин. - Разумеется, не официальная. Речь идёт о Мерзоеве. Ты знаешь его. Он должен навсегда исчезнуть.
Юдин насупил брови.
- Ты же знаешь, мои люди засветились. Полиция быстро разберёт, что к чему, - возразил он, борясь с жадностью и страхом.
- Не торопись с выводами. Они засветились перед теми, кто сам действует нелегально. Я имею в виду Византа и его напарников. Мерзоев сейчас в Париже. Наверняка агенты разных спецслужб его пасут. Твои люди и должны разобраться с Мерзоевым у этих спецслужб под носом.
- Устроить подставу, значит. Но это же международный скандал?
- Тем лучше. Скандал, как мутная вода. Мало кто в этом досконально разберётся. Пресса будет раздувать домыслы. Их фемида также политизирована и лицемерна, а рыльце в пушку. Значит, они станут покрывать истинные факты.
Юдин молчал.
- Виктор, ты можешь отказаться. Но тогда забудь про бриллианты этого Отиса, и про этот разговор, - изрёк Спирин твёрдым тоном, под которым крылась разрушительная пружина для их союза.
