— Было бы за что благодарить, — снисходительно фыркнула Элиза. — Я уверена, нас ищут и скоро найдут. Нам нужно просто продержаться несколько дней.
— Да, ты права Сначала выслушаем, что хочет от нас похититель. Может быть, ему нужен выкуп?
— Боюсь, что так просто мы не отделаемся, — хмуро сообщила Элизабет. — Перед смертью Лестар назвал того, из саркофага. Отцом.
— Не думала, что ты знаешь такие слова.
— Отец — это самый древний зомби, он контролирует все гнезда вампиров. Ни один из них не может противиться его зову и приказам Нас ждут темные времена.
— Убить его можно?
— Простого вампира убить легко. Осиновый коп в сердце, или отрубить голову и сжечь труп. Но вот убить древнего вампира пока не удавалось никому. Если бы был способ, Шеол бы им воспользовался.
Амадея опять сникла.
— Мы умрем.
— Я не собираюсь!
— Вот еще! Да пошел этот мертвяк на двадцать девятое слово! Она правнучка Пола Рауля, друга Эриндриэля, и не испугается какого-то зомби, да будь он хоть трижды древним! Ох, только бы мужья быстрее пришли.
— Помни, сейчас ты не просто пленница! — рявкнула она на Амадею. — Ты аристократка, племянница короля самого сильного государства в этой части мира! Переплети волосы, вытри лицо и выпрями спину!
— Неужели тебе не страшно?
— Мои мужья тоже не нежные мальчики, однако, я как-то сними справляюсь.
— Конечно, страшно! Еще как! Зубы приходится сжимать, чтобы не стучали, но Элизабет Рауль никогда не позволит себе показать слабость! Не перед сестрой отказавшегося от нее герцога Синека!
Раздался противный скрежет, и одна из плит в полу медленно отъехала в сторону, отворяя черный провал
— Эй вы, отойдите к стене, — раздался глухой женский голос.
Девушки послушно отошли. Из люка появилась лохматая грязная голова, а следом за нею, опираясь на пол костлявыми руками, выбралась женщина. Скелет, обтянутый кожей, только лихорадочно блестели белесые глаза, да скалился в кривой ухмылке провал рта без губ. Тело гостьи прикрывали лохмотья, некогда бывшие платьем. Грязные босые ноги больше походили на птичьи лапы, чем на ступни человека. Вокруг нее распространялся отвратительный запах давно не мытого тела. Она сощурилась, словно легкое свечение стен причиняло ей боль, и долго всматривалась в лица пленниц. Наконец, ее взгляд остановился на Элизе.
— Хозяин послал узнать, не надо ли тебе чего? Я твоя горничная
— Кто?
Элизабет от отвращения даже не нашлась, что еще сказать.
— Горничная, — оскалилась женщина.
— А кого-нибудь чище у него не нашлось? — не выдержала Амадея, зажимая нос.
— А ты молчи, мясо. Скоро будешь такая же, — прокаркала незнакомка.
Амадея открыла рот, но Элиза ухватила ее за руку и сильно сжала.
— Имя у тебя есть?
— Имя… Было, да я запамятовала. Так надо чего? Или я пойду?
— Принеси чистой воды И передай хозяину, что я хочу с ним говорить
— Воды для тебя принесу, а остальное — глупости! Когда он сочтет нужным, он сам придет.
— Почему только для меня?
— Потому что мясу вода ни к чему!
Когда она, опустившись на четвереньки, нырнула в люк, плита со скрежетом встала на место. Девушки переглянулись. Обе выглядели испуганными и растерянными.
— Мясо? Я стану такой, как она? А ты? Почему она обращалась к тебе? — Амадея чуть не кричала. — Это из-за тебя мы здесь! Это ты ему нужна! Что в тебе такое, что за тобой все бегают? Даже главный вампир! Что ты ему пообещала?
Элизабет развернулась и влепила Амадее звонкую пощечину. Та ахнула, но прекратила истерику.
— Хватит! — зашипела Элиза. — Я не знаю, что ему от меня нужно!
— Это совсем не так как в книгах. Не так как нам рассказывали. В Академии нас этому не учили. Я думала, что просто напишу трактат об орках, я думала..
Амадея глубоко вздохнула и, сев на пол, закрыла лицо руками.
— Я не справилась.
Элизабет разозлилась. Она ожидала помощи, но видела перед собой растерянную перепуганную девушку, а не язвительную хладнокровную маркизу, которой та была совсем недавно. Придется выкручиваться самой. Она вспомнила Шеола, как бы он поступил на их месте? Покрошил бы всех в капусту! А Дри? Дри бы притворился, втерся в доверие и, узнав о секретах врага, нанес бы болезненный удар. Элегантно и безжалостно!
— Амадея! Вспомни, чему вас учили в Академии. Что ты знаешь о зомби?
Ее решительный спокойный тон заставил Амадею собраться.
— Они боятся света, пьют кровь, умеют внушать и гипнотизировать, их можно убить, вогнав кол в сердце или отрезав голову. Высшие вампиры. — тут она ошарашенно посмотрела на кивающую Элизу. — Высшие вампиры не боятся света..
— В орде только высшие, — согласно кивнула Элизабет — Ну отчего я не расспросила их?
— Потому что была занята только собой. Эгоистичная дура!
— А как становятся вампирами?
— Простыми становятся от укуса, когда в кровь попадает зараженная слюна. Но надо, чтобы было полнолуние и чтобы укусов было много. Высших может создать только древний вампир, и он может повелевать ими на любом расстоянии!
— А это означает, что в орде сейчас большие сложности, — хмуро закончила Элиза. — Но я верю в ханов, они что-нибудь придумают.
— Они не придут, да? Или придут слишком поздно, и мы умрем. Я умру, потому что я убью себя, но не стану такой, как эта… горничная.
Амадея вновь закрыла лицо руками.
Плита опять отъехала, но в этот раз из люка никто не появился, только рука, которая поставила на пол кувшин с водой и выбросила черное платье.
— Хозяин приглашает тебя на ужин За тобой придут, — раздался сиплый кашляющий смех, и люк опять закрылся.
— А стаканы?
— А ты не просила, — глухо отозвалось из щели, прежде чем она исчезла.
Элизабет осторожно сделала маленький глоточек Вода показалась восхитительно вкусной. Она только сейчас поняла, как проголодалась и хотела пить. Напилась сама и отдала кувшин Амадее, та с жадностью припала к глиняному краю, даже зажмурилась от удовольствия.
Элиза подняла платье. Да уж… во времена прабабки, наверное, это был самый модный фасон. Черное платье с высоким твердым воротником, глухим жестким корсетом и пышными юбками, украшенное черным бисером. И со шнуровкой на спине. Но делать нечего, придется быть послушной.
— Помоги мне одеться.
Они едва успели зашнуровать тугой корсет, когда плита в очередной раз отъехала в сторону.
— Госпожа маркиза, — над полом появилось вполне симпатичное мужское лицо, только очень бледное и клыкастое. — Отец ждет.
Вампир протянул руку и помог Элизе спуститься на железную лестницу.
