— Иди-иди, — величественно машет рукой Джаред. — А то Алан тебя потеряет и снова весь замок на уши поднимет. А не найдёт, так армию бросится собирать.
Доля правды в словах младшего принца есть… Мне только недавно удалось убедить Алана, что в толпе охранников нет необходимости. Принц, конечно, согласился… однако общая концентрация солдат в замке странным образом увеличилась, а Ри и вовсе умудрялся столкнуться со мной по пять раз на дню. Да-да, «совершенно случайно», а не потому, что его поставили за мной следить.
Попрощавшись с Джаредом, я выхожу за дверь. По коридору носятся служанки, едва видят меня, тут же кланяются, спрашивают, не нужно ли чего? Солдаты приветственно кивают. Каждый из них готов выполнить любое моё желание, а ведь я ещё даже не их принцесса. Свадьба только через три дня.
«Ох, уже так скоро! — смущённо думаю я. — Интересно, Алан уже освободился с собрания? Соскучилась по нему…»
Последние пару месяцев, Король переложил на плечи старшего принца большую часть государственных дел. Меня мучили подозрения, уж не собирается ли Король вскоре объявить, что собирается отойти от дел? Тогда Алана совсем завалит работой… А он и так ходит с чёрным кругами!
«Когда официально стану принцессой, первым делом начну продвигать законопроект о режиме сна и отдыха для особо упёртых принцев», — мысленно решаю я.
Не успеваю пересечь коридор, как на меня налетает Славка.
— Леди, — щебечет она, — вас ждут флористы! Вы уже определились с цветами на церемонию? А ещё камеристки привезли новые платья. Там одно ослепительнее другого! Не представляю, как вы сможете выбрать! А ещё…
— Передай им, чтобы вечером вернулись, — озабоченно говорю я и тороплюсь сбежать от недовольной Славки. С тех пор как я ей поручила заниматься подготовкой к свадьбе, она стала сама не своя… Или это у меня характер испортился?
— Но… — расстроенно возражает Славка.
— Я сейчас очень занята, — кричу ей уже издалека.
Не успеваю завернуть за угол, как меня обнимают поперёк живота сильные руки.
— И чем это таким важным занята моя невеста? — рычит Алан мне на ухо. Я краснею как маков цвет, хотя должна была бы уже привыкнуть.
— Ох, советники тебя отпустили? — с надеждой спрашиваю я.
— Я сам их распустил, соскучился, — бормочет Алан и целует в шею. От неожиданности я громко ойкаю, и тут же смущённо кошусь по сторонам.
— В замке же куча гостей, — шепчу, — а что, если увидят?
— Тогда пойдём туда, где никто не увидит, — жарко шепчет Алан. Я оборачиваюсь и замечаю в его серых глазах танцующих бесенят. Залипаю взглядом на губах, так и хочется к ним прижаться… Однако если дам себе волю, то точно ничего не успею! Да и Алан, спорю, вырвался ко мне на минутку.
— Ну хорошо, — хитро улыбаюсь я, — но сначала поймай!
А потом я, вместе с одеждой, трансформируюсь в рысь. Ловко выскальзываю из объятий и в три прыжка оказываюсь в другой части коридора. Снова превращаюсь в человека и бегу в зелёный сад.
Принц нагоняет меня в два счёта, разве убежишь от настоящего охотника?
— Люблю тебя, — шепчет он, уволакивая меня в укромный уголок сада. Жарко целует в шею. Я смеюсь, а потом плавлюсь от ласки и уже думаю, что не прочь перебраться в спальню… но вдруг слышу звук шагов, которые направляются к нам. Слух у меня теперь, что надо.
Алан недовольно рыкает, но отстраняется, придирчиво поправляет на мне одежду. Несмотря на метку, он вечно подозревает окружающих в желании меня украсть.
— Кажется, это кто-то из твоих… — шепчет он. А в следующую секунду из-за деревьев нам навстречу выходит Деккард.
Его голубые глаза освещает неподдельная радость, но потом взгляд пересекается со взглядом Алана, и радость сменяется на раздражение.
— День добрый, Ваша Светлость, — говорит Деккард, кланяясь ровно настолько, чтобы, не вызвать политический скандал. — Я украду свою сестру?
Лицо Алана уже превратилось в ледяную маску. Он её демонстрирует всем без исключения и только со мной позволяет себе расслабиться. Удивительно, что в таком холодном внешне принце, может прятаться настолько заботливое сердце.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Только если моя невеста не против, — сухо говорит Алан.
Я тянусь и целую хмурое лицо в уголок губ, шепчу:
— Я недолго…
— Сегодня вечером очередной бал, помнишь? — спрашивает он.
— Да… как ты и предсказывал, балы мне смертельно надоели, — улыбаюсь я. — Но твой отец их обожает, так что я готова потерпеть.
— Нужна какая-то помощь? Если что, я…
— Нет-нет, всё под контролем, — уверяю и сжимаю на прощанье руку принца.
Алан кивает, а потом отпускает меня к брату. Сам уходит обратно в замок, где его тут же окружают советники и послы. Похоже, с собрания принц попросту сбежал...
— Виктория, — зовёт Деккард. Я улыбаюсь ему, а потом, не выдержав, бегу со всех ног и крепко обнимаю. Деккард обнимает в ответ, похлопывает по спине, а сам не может удержать улыбки.
— Я скучала! А ты такой же красавчик, как и прежде! — говорю я, заставляя брата самодовольно ухмыльнуться. Конечно, он знает, что красавчик. В Лимерии у него отбоя от девушек нет.
— А ты всё так же любишь ввязываться в неприятности. Я тут послушал кое-что о твоих приключениях, чуть волосы дыбом не встали… Рад, что с тобой всё в порядке, — искренне говорит Деккард. — Мы с отцом никогда и не верили, что ты погибла. По крайней мере, надеялись на лучшее… Но когда прочитали письмо, то сначала даже не поверили… вот это новости! Ты теперь, получается, целая принцесса.
— Скоро ей стану, — смущаюсь я.
— Церемония через три дня?
— Да, — я нервно поправляю подол платья. Непонятно почему, но я ужасно волнуюсь.
— Отец приедет через пару дней, его задержали дела в столице.
— Хорошо… Он не сильно на меня зол?
— Зол… ну ты сказала! Он в ярости!
— Ох…
— Не переживай, твой статус греет ему душу. Какой отец может похвастаться дочерью-принцессой?
Деккард берёт меня под руку, и мы чинно прогуливаемся по саду. Я расспрашиваю про отца, про дом, про события, что случились после моего исчезновения.
Оказывается, в Лимерии умер Король. Сейчас его место занял сын. Вроде как он собирается заключить полноценный торговый союз с Руандом и даже ведёт переговоры об общевидовом университете. Возможно, это хоть немного улучшит отношения между оборотнями и людьми.
Мы с братом болтаем около часа. Потом я тепло прощаюсь и иду к камеристкам и флористам. Разобравшись с ними, отправляюсь проверить кухню. Там встречаю Кристинию.
Мама вся в заботах. Она настойчиво объясняет поварам какой-то рецепт, а те кивают, кто-то даже делает записи в книжечку.
Сейчас Кристиния выглядит здоровой и полной сил, но я вспоминаю, как долго она лечилась от последствий чёрной магии. Я использовала свой дар, чтобы мама встала на ноги. Потом был долгие недели следствия. С Кристинией общались маги, даже проверяли её через зелье, что развязывает язык. Сверяли показания со свидетелями… В конце концов, все обвинения были сняты.
Кристинии удалось доказать, что, находясь в сумрачном культе, она всеми силами удерживала колдунов от нападений на людей. Она пыталась найти способы использовать кровавую магию с умом. Например, в медицине или в прорицательстве. Не всегда получалось обойтись без крови, но без Кристинии чёрный культ превратился бы в шайку сумасшедших убийц.
Король часто навещал Кристинию после её возвращения. Они общались с нежностью, присущей влюблённым. Потерю истинной невозможно компенсировать, но иногда казалось, словно тоска покинула Диорта Цезариуса, и он снова наслаждается жизнью.
Конечно, я тоже обсудила с мамой вопросы, что не давали мне покоя. Например, почему её советы были столь запутанными? Почему она заранее не объяснила про монстра в подземелье? Почему сразу не сказала всё как есть про Илону и про Элизу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мама ответила, что в зазеркалье она была слишком уязвима для чёрной магии. Если бы сюжет воспринял Кристинию как врага, то в ту же секунду разорвал бы её душу на мелкие кусочки. Действовать через намёки и недосказанности — был единственный путь, особенно когда рядом крутилась создательнице книги.
