Первый федеральный закон о социальном страховании был принят в 1935 году. Его теоретическое обоснование состояло в том, что большая часть проблемы обеспечения заключается в том, что люди, пока работают, не делают сбережений, а когда становятся слишком старыми для работы, то обнаруживают, что у них нет никаких ресурсов. Предполагалось, что эту проблему можно решить если принудить работающих страховать себя, а также заставить работодателей выплачивать половину причитающегося платежа, таким образом у них будет пенсия, достаточная для выхода на пенсию в возрасте 65 лет или старше. Планировалось, что социальное страхование будет полностью самофинансируемым проектом, основанным на жестких страховых принципах.
Однако он никогда не работал таким образом. Резервный фонд существовал фактически только на бумаге. Правительство расходовало приходы налогов по социальному страхованию либо на свои повседневные нужды, либо для выплаты пенсий. Начиная с 1975 года текущие выплаты пенсий превысили приходы налогов по этой системе.
Выяснилось также, что практически на каждой сессии Конгресс находил пути, чтобы увеличить размер выплачиваемых пенсий, расширить охват ими и добавить новые формы «социального страхования». Как отметил один комментатор в 1965 году, через несколько недель после принятия дополнения о страховании бесплатной медицинской помощи, «в годы всеобщих выборов (последние семь выборов взяты за основу) всегда принимаются новые законы-«подсластители» в рамках системы социального страхования».
По мере того как развивалась и прогрессировала инфляция, пенсии в рамках системы социального страхования возрастали не только пропорционально, а намного выше.
Типичной политической хитростью было воспользоваться выгодами сегодня, а затратные части отложить на будущее. Но это будущее всегда наступало, и через каждые несколько лет Конгрессу приходилось увеличивать налоги на зарплату, взимаемые как с рабочих, так и с работодателей.
Возрастал не только уровнь налогообложения, но постоянно росла и сумма облагаемой налогом зарплаты. В первом законе о социальном страховании от 1935 года налогом облагались лишь первые три тысячи долларов зарплаты. В то время уровни налоговых ставок были очень низкими. Но с 1965 по 1977 год, например, социально-страховой налог взлетел с 4,4 % на первые 6 600 долларов заработанного дохода (взимавшихся и с работодателя и с самого служащего одинаково) до комбинированных 11,7 % с первых 16 500 долларов. (С 1960 по 1977 год совокупный годовой налог вырос на 572 %, или около 12 % ежегодно. Ожидается, что он станет еще больше.)
В начале 1977 года неподкрепленные средствами обязательства социально-страховой системы, по официальным данным, составляли 4,1 трлн долларов028.
Сегодня никто не сможет с определенностью сказать, чем является социальное страхование — программой страхования или лишь сложной и односторонней системой пособий. Большинство сегодняшних пенсионеров убеждены в том, что они «заработали» и «оплатили» свою пенсию. Однако ни одна частная страховая компания не могла бы себе позволить выплачивать пенсию в нынешних размерах из реально полученной страховой «премии». В начале 1978 года выйдя на пенсию низкооплачиваемые рабочие получали ежемесячно пенсию в размере 60 % от оклада. Пенсия рабочих со средними окладами, составляла около 45 % оклада. У тех же, у кого были исключительно высокие зарплаты, эта доля могла составлять 5 или 10 %. Если социальное обеспечение рассматривается как система пособий, то очень странно, что те, кто и раньше получал самые высокие зарплаты, в 1978 году получали максимальные пенсии в долларах.
Однако, и сегодня социальное страхование все еще остается неприкосновенным. Любой конгрессмен будет полагать политическим самоубийством любые предложения о сокращении нынешних пенсий или об урезании обещанных пенсий в будущем.
Американская система социального страхования должна выглядеть сегодня как устрашающий символ практически неизбежной тенденции относительно любых систем государственных пособий, перераспределения, или схем «страхования» — однажды установившись, она полностью выходит из-под контроля.
Словом, основная проблема, с которой мы сегодня сталкиваемся, не экономическая, а политическая. Здравомыслящие экономисты едины в мнении относительно того, что необходимо предпринимать. Практически все правительственные попытки перераспределять богатство и доход ведут к подавлению стимулов к производству и к всеобщему обнищанию. Это — самая подходящая область для правительственных усилий по подготовке и введению в рамках закона мер, запрещающих насилие и мошенничество.
Но правительство должно отказаться от практики специального вмешательства в экономику. Основная экономическая функция правительства — стимулировать и защищать свободный рынок. Когда Александр Македонский пришел к философу Диогену и спросил, не может ли он что-то сделать для него, говорят, Диоген ответил: «Да, отойди в сторонку, ты загораживаешь солнце». Вот что каждый гражданин правомочен требовать от правительства.
Перспективы темны, но не совсем безнадежны. Среди облаков то там, то сям можно заметить просветы. Все больше становится людей, осознающих, что правительство никому ничего не дает вперед, прежде чем не заберет это у кого-нибудь еще или у них самих же. Увеличение раздачи бесплатно одним лишь означает возросшие налоги, или возросший дефицит, или рост инфляции. А инфляция, в конечном итоге, только запутывает и дезорганизовывает производство. Уже и некоторые политики начинают это понимать, а отдельные из них даже открыто об этом заявляют.
В дополнение хотелось бы обратить внимание на видимые знаки перемен в интеллектуальных веяниях, доминирующих в доктрине. Кейнсианцы и сторонники «Нового курса», похоже, постепенно сдают свои позиции. Консерваторы, сторонники предоставления широких гражданских прав и другие защитники свободного предпринимательства начинают высказывать свои воззрения более откровенно и четко сформулировано. И их становится все больше. Среди молодых быстро набирает силу опытная школа «австрийских» экономистов.
Существует реальная перспектива того, что государственная политика будет изменена еще до того момента, как ущерб от существующих мер и тенденций уже станет непоправим.
Рекомендуемая литература
Испытывающие потребность в углублении знаний по экономике должны обратиться к работам среднего объема и сложности. Правда, я не знаю сегодня ни одной книги, которая бы полностью отвечала этой потребности, но несколько книг могут ее удовлетворить.
