у грязного носка, застрявшего между диванными подушками. Сейчас и речи быть не может о том, чтобы я высунул нос наружу. Мое неодобрительное молчание — явно не то, что хочет услышать моя родительница.
— Я даю тебе три дня на то, чтобы ты оплакал свои отношения. Потом тебе придется унывать как-нибудь более конструктивно. Нагоняя учебу, занимаясь уборкой и развлекая сестру…
Угрозы… Но на самом деле она старается не трогать меня лишний раз. Она боится, что я впаду в депрессию, как когда у меня выпали волосы и я замкнулся в себе, вернее, в своей комнате и геймерском кресле.
Когда фильм закончился, я начал смотреть документалку о Людовике XIV. В прошлой жизни — лет в двенадцать, наверное — я обожал историю. Даже если сейчас мне очень хочется выключить телик и сбежать на «Скайдаст».
Я проклят. Истории про волосы преследуют меня даже по телевизору. На экране «король-солнце» теряет их в 19 из-за брюшного тифа. После этого он ходил только в париках. Но это стало всего лишь одним из череды его несчастий. Он страдал от проблем с зубами и перенес операцию, в ходе которой дантист нечаянно проткнул ему нёбо. Из-за этой дыры вся еда, которая оказывалась у него во рту, выходила через нос… На этом моменте меня замутило, и я выключил телевизор, потому что со своим легендарным везением я боюсь даже представлять, что ждет меня в будущем.
Под каким бы углом я ни смотрел на сложившуюся ситуацию, наши с Леаной отношения закончились плохо. Она бы бросила меня, даже если бы я ей во всем признался. Уж в чем-чем, а в этом я был уверен.
Я задумываюсь. Встречу ли я однажды девушку, которая примет меня таким, какой я есть? Потому что без волос я себя ненавижу, а с волосами становлюсь притворщиком. Выхода нет.
— Такова участь простых смертных, — объясняет мне Андреа несколько дней спустя. — Вот девушки, например: если ты не красишься, никто не обращает на тебя внимания, если ты красишься слишком сильно, ты выглядишь легкомысленной дурочкой. Если ты не носишь платьев, ты не женщина, но стоит тебе начать их носить, как парни на улице принимают тебя за мартовскую кошку. И так далее и тому подобное…
— Кто-то пристал к тебе на улице?
Обычно она ходит только в черных джинсах, но сегодня достала из сумки юбку в шотландскую клетку.
— Да, шайка каких-то придурков в метро. Эти господа сочли меня с моим происхождением экзотикой.
— И как ты с ними разобралась?
— Изящно и остроумно.
Значит, показав им средний палец.
— Или это, или перцовый баллончик, который мне всучил твой отец. Он протек в кармане, и я плакала три часа. Ну, по крайней мере, теперь я точно знаю, что он работает.
Мои трудности тем временем никуда не делись. Если я найду себе девушку, когда наконец окажусь подальше от этого проклятого лицея, нужно будет все же как-нибудь выбрать удобный момент и рассказать ей о своей проблеме с волосами.
— Я не специалист, — напоминает мне Андреа. — Но однажды тебе придется сделать выбор: или принять свою лысину, или принять свою волосяную накладку.
Она вытягивается рядом со мной на кровати.
— Когда будешь знакомиться с людьми, мужчинами или женщинами, не стоит сразу признаваться, что ты носишь парик. Подожди немного, узнай их получше, подружись с ними и тогда расскажи, если почувствуешь в этом необходимость.
— Я говорю тебе о своей потенциальной будущей девушке.
— Ого, да это прогресс! В субботу ты собирался умереть в гордом одиночестве в какой-нибудь пещерке Ларзака[19]!
Я закатываю глаза. Она посылает мне широкую улыбку.
— Такое не рассказывают на первом свидании. Тем более девушкам на одну ночь. Только если ты почувствуешь, что тебе с человеком хорошо и что у вас все может стать серьезно, тогда рассказывай. И если она будет любить тебя, она поймет, почему ты ждал. Ей будет плевать на это.
Но эти красивые слова не могут меня утешить.
На следующий день я целый час провожу перед зеркалом, разглядывая свое отражение с волосами и оплакивая тяжелую судьбу Поля. Я думаю о том дне, когда мне придется вернуться в школу и снова увидеть тонзуру, и ощущаю непреодолимое желание крушить все вокруг.
Глава 39
Алиоша разворачивает 3D-карту на наших мониторах. Атмосфера планеты непригодна для дыхания, поверхность нестабильна, и малейший взрыв может иметь для нас роковые последствия.
— Вы готовы? Все знают, что делать?
Единодушное согласие. Наша цель — глава Лиги джентльменов, политик с Евраты-Один, который сбежал, как только его тайну раскрыли. С тех пор он окопался на частной базе, дожидаясь завершения перехода в клон, купленный на черном рынке.
— Он успел конкретно достать слишком многих девчонок в игре, — говорит Ник. — Это послужит ему хорошим уроком.
— Слишком много мужиков все еще думают, что им все сойдет с рук, — с нажимом говорит Алиоша, и в ее голосе слышится сталь.
К нам обратилось несколько девушек-игроков, чтобы рассказать о давлении, которое на них оказывалось. Нам удалось разгромить альянс до того, как вмешались админы. Теперь джентльмены стараются быть тише воды ниже травы, чтобы их не забанили. Чем дольше это продлится, тем лучше, но мы решили еще немного подкрутить гайки.
Мы отправились на штурм на двух тяжеловооруженных катерах, оставив на корабле Тотора, который не сойдет с места, пока мы не вернемся.
— Ты как, Поль? — спрашивает у меня Ник, когда мы покидаем «Скайдаст».
— Уже лучше.
Даже если я морщусь каждый раз, когда кто-то зовет меня Полем. Я не могу не думать о Поле, парне Леаны. Где-то между двумя охотами на демонов я сообщил Нику, что она меня бросила. Он не стал спрашивать почему. Я продолжаю разговор в том же духе.
— А ты как?
— Как обычно. Много работы. Я трахаюсь с одной из своих коллег.
Ох уж эта деликатность старины Ника.
— Поздравляю…
— У нас это не серьезно, — уточняет он. — Она знает, какой я засранец. Получится у нас что-то или нет, я все равно останусь засранцем. Только я решаю, каким мне быть. И пока она меня уважает, все будет нормально.
Я тут же начинаю подозревать, что для него-то как раз все серьезно. Насвистывая, он выжимает газ, чтобы догнать катер, которым управляет Алиоша. Оказавшись на месте, мы садимся подальше от защитного поля базы. Наши катера не могут пролететь сквозь него без риска разбиться. А вот для демонов, которых мы выпускаем из грузового отсека, это не составит никакого труда, потому что мы отключили
