Доминик попросту вздёрнул меня на ноги и повёл в круг. Напрочь игнорируя мои попытки идти как можно медленнее.
— Только попробуй испортить рисунок, — успел шепнуть он. — Тогда мы сразу пойдём по второму пути. Хотя я и не собирался сегодня никого убивать.
Линии я переступала очень осторожно. Даже удержалась от того, чтобы сбить стоявший рядом накопитель. Хотя соблазн был велик.
— На колени, — холодно бросил Ник. — Дай руку. Молодец…
Спустя секунду на моей ладони появился длинный разрез, и я зашипела от боли.
— Ну-ну, не стоит, — хмыкнул мужчина, рисуя на своих запястьях алые кресты. — Поверь, это совсем не больно. А вот сейчас придётся чуточку потерпеть.
Доминик поднёс ладонь к моей груди. И тут же мир взорвался. Всё тело пронзила адская боль. Заглушая звуки. Затмевая разум. Отключая сознание. Меня выгнуло дугой, и я закричала. Что есть сил, и даже сильнее. Пошевелиться я не могла – оставалось лишь кричать…
С ума сойти. У меня просто в голове не укладывалось, что именно это и есть мой финал. Закончить школу. Отучиться шесть лет в университете, получить диплом… Переместиться в другой мир. Начать частную практику с призраками. Добиться первых успехов. Встретить самого лучшего в мире мужчину – чтобы что? Вот так бездарно погибнуть?
Кажется, на глазах выступили слёзы. Стало ужасно жалко – себя, свою загубленную жизнь и будущее, которое у меня забирают прямо сейчас. Чёрт возьми, я не хочу умирать! Ни сейчас, ни через несколько месяцев. Не хочу!
Внутри меня что-то шевельнулось. Что-то яркое и невероятно сильное. Это что-то вытеснило боль и заполнило жаром каждую клеточку моего тела. Появилось ощущение полёта…
А потом всё закончилось. Я ещё стояла в той же позе, когда боль прекратилась. Послышался крик, переходящий в истошный вопль. А потом донеслись сдавленные хрипы. Мягкие удары, чавкающие звуки. Тёплые брызги на коже. И всё затихло. Совсем затихло.
На мгновение в поле зрения вплыла огромная звериная морда. Такая красивая, белая. С красными разводами вокруг пасти.
— А ты у нас, значит, снежный барс, — пробормотала я, ощущая, как оседаю на землю. — Какой красивый…
Упасть я не успела. У самой земли меня подхватили горячие сильные руки.
Глава 28
— Ну как? — жалобно спросила я, растирая озябшие плечи.
— Идёт, — расстроил Винс и покосился на меня. — Боюсь, до утра точно не остановится.
Тяжело вздохнув, я уткнулась лбом в колени. Я сидела на крышке саркофага в семейном склепе Эйнсвортов. Винс жался возле входа, кутаясь в зимний плащ на голое тело. Выглядело провокационно, но я старательно сдерживала улыбку. В конце концов, это из-за меня он остался в таком виде.
Когда я закричала, там, в кругу, мужу потребовалось всего несколько секунд, чтобы сменить форму и напасть на ничего не подозревавшего Доминика уже в виде снежного барса. Изящное гибкое тело сбило старика с ног, и они вдвоём исчезли за надгробиями. Вернулся Винс один. И не могу сказать, что я хоть на секунду пожалела о судьбе некроманта. Наверное, в Эйнсвилле я и правда становлюсь чёрствой.
Увы, в момент оборота вся одежда Винсента оказалась разодрана в клочья. Собственно, как и верёвка, державшая колени и запястья. Уцелел только плащ, да и то лишь потому, что его Доминик снял, чтобы удобнее было связать племянника.
— Между прочим, если бы кто-то не упрямился, мы бы успели вернуться в замок до начала снегопада, — проворчал Винс, подходя ближе и прислоняясь к саркофагу с противоположной стороны.
— Да, а потом просидели бы там весь следующий месяц, — кивнула я. — Без возможности выйти в город.
— Знаешь, а я был бы не против, — широко улыбнулся он, оборачиваясь через плечо. — Оказаться запертым с тобой на целый месяц… М-м, мечта!
Я фыркнула и в очередной раз попыталась вытереть пальцы о порванную юбку. Может, это было бы и не самым плохим решением. Но я всё равно не могла поступить иначе. Ведь полнолуние действительно бывает всего один раз в месяц.
Да-да-да, придя в сознание, я слезла с рук паникующего мужа, деловито огляделась… И, внезапно, занялась проведением ритуала для проявления призраков. Того самого, который мы успели не менее двадцати раз отрепетировать с Рафаэлем. Тем более, что прямо в шаге от меня лежал заряженный накопитель. А основную схему уже успел нарисовать Доминик – оставалось лишь подправить стёршиеся части и заменить некоторые элементы. Винс, разумеется, пытался меня вразумить и убедить пойти домой… Но я, судя по всему, ещё не оправилась от недавнего шока. Потому что вместо того, чтобы куда-то идти, принялась выправлять линии чёрным грифелем.
Итог? Ритуал-то я закончила… Только за это время над Эйнсвиллем и окрестностями успел пойти снег. А вот нам идти было уже некуда: до замка по таким сугробам предстоял почти час пути. Я после всех событий осталась в тонкой рубашке и рваной юбке, а Винс – вообще без одежды.
Так что мы попросту спрятались в ближайшем сооружении, которым оказался семейный склеп, и стали ждать, когда нас спасут. Должны же про нас рано или поздно вспомнить.
— Я должен тебе признаться, — нарушил молчание Винс. — Помнишь, я говорил, что этот наш брак можно будет разорвать в полнолуние?
Я кивнула. Потом вспомнила, что Винс стоит ко мне спиной, и добавила:
— Помню.
Повисла густая тишина. Снаружи не доносилось ни звука – всё заглушал пушистый снегопад.
— Я специально не напоминал. — Слова давались ему с явным трудом. — Надеялся, что ты не вспомнишь, и… Знаешь, я бы не хотел разрывать эту связь. Но если ты всё-таки хочешь, то… Не уверен, правда, что мы успеем дойти до замка. А тут точно нет всего необходимого, но мы могли бы что-то придумать… Если ты захочешь, конечно.
Он осёкся и замолчал, еле слышно выругавшись сквозь зубы. Настала моя очередь признаваться. И никогда слова не выходили так легко:
— Я не забывала.
И снова тишина. Даже шороха одежды не слышно.
— Я бы тоже не хотела разрывать этот брак.
Шумный выдох. Чуть повернув голову, я скосила глаза на мужа. Он стоял, прижав к глазам ладони. Вот он вдохнул и развернулся. Полы плаща взметнулись в такт движению, и он, вздрогнув, запахнулся обратно.
Нет, на этот раз улыбку сдержать не удалось.
— Кажется, ты предлагал мне свой плащ, чтобы согреться? — напомнила я, зябко поёжившись.
— Ты отказалась, — напомнил Винс, делая шаг ко мне.
— У меня ведь есть шанс передумать? — улыбнулась я, закусывая губу.
Он сцедил улыбку в кулак и взглянул исподлобья. Окинул меня жарким взглядом и отвёл глаза.
— Знаешь, я думаю… — Он замолчал на секунду, подбирая слова. — Дина, ты заслуживаешь самой незабываемой ночи. Не здесь.
Звучало, конечно, заманчиво, но что-то мне подсказывало: подходящей обстановки мы дождёмся не скоро. Сколько ни искали, всё время что-то шло не так.
— Мне всё ещё холодно, — напомнила я заговорщическим шёпотом.
Смерив меня выразительным взглядом, Винс быстрым движением скинул плащ и укутал им мои плечи. А сам упёрся руками в плиту по обе стороны от меня, всё ещё держа дистанцию.
— Ты ненормальная, ты знаешь об этом? — шепнул он, пристально заглядывая мне в глаза. И снова я утонула в расплавленном золоте.
— Ты сомневался?
Я пробежала пальчиками по рельефной груди. Задела чувствительное место, и Винс с шипением втянул воздух.
— Дина… — простонал он, прикрывая глаза.
— Мне всё ещё холодно, — шепнула я.
Больше я ничего сказать не успела: мой рот накрыли жадные губы. Винс подгрёб меня ближе и вжал в своё тело, не оставляя шанса на побег. Впрочем, о побеге я и не думала. Тем более, бежать было и некуда: снаружи шёл густой снег. А здесь мою шею целовал потрясающий мужчина, с каждым поцелуем спускаясь всё ниже и ниже.
Воскресив в памяти заклинание от призраков, накинула мерцающей дымкой на склеп. И тут же застонала – Винс прикусил зубами кожу под ключицей. Куда делась рубашка, я снова не заметила. А ещё через секунду муж аккуратно снял меня с каменной плиты, чтобы расстелить меховой плащ.
