– Мисс Амото? – Он подождал еще минуту. – Я хочу зафрахтовать ваш «Гоблин», мисс Амото.
Через несколько секунд раздался щелчок, и дверь открылась. За ней виднелись узкая койка, миниатюрные стул и стол, а за ними – бумажная ширма, скрывающая туалет или, возможно, кухню. Большую часть доступного пространства занимали чемоданы и разбросанные вещи. Ким Амото – если Элиас попал куда хотел – уставилась на него. Высокая, даже долговязая, какими бывают люди, рожденные в условиях низкой гравитации. Но при этом довольно хорошенькая. Она была одета в свободные мягкие штаны и практичного вида рубаху, все же не скрадывающие достоинства ее фигуры. Кроме хозяйки, в комнате находился мужчина лет тридцати с небольшим, опасно балансирующий на низком табурете.
Элиас покосился на мужчину, чей взгляд то и дело возвращался к Ким, когда тот думал, что она не смотрит. Больше, чем просто друзья, подумал Элиас. Нет, раньше были. Сейчас, наверное, уже не так близки.
Ким внимательно изучала гостя.
– Боюсь, что сейчас я не возьму фрахта. На случай, если вы не заметили: все удирают со Станции.
Саркастическая резкость в ее голосе почти заставила Элиаса улыбнуться.
– Я заметил, но я тоже спешу. Я готов хорошо заплатить. – Элиас вытащил кредитный чип и показал его женщине. Затем он постучал по голубому квадратику в углу карточки и повернул ее так, чтобы Ким могла видеть прокручивающиеся там цифры. – Вот сколько я готов внести на ваш счет, мисс Амото.
Глаза женщины округлились, но ее тон остался холодным.
– Сколько времени займет эта работа? И легальна ли она?
– Немного, всего несколько часов, не больше. И я действительно не знаю, легальна она или нет. Я подозреваю, это зависит от того, откуда вы родом.
Ким глянула на него. Мужчина – по виду ученый – с интересом следил за их разговором.
– Кто вас послал? – спросила женщина после паузы.
– Билл. – И это тоже обошлось Элиасу в кругленькую сумму. После сделки с Ким у него останется не так много денег. – Думаю, вы его знаете.
Женщина резко вздохнула.
– Да, знаю. Ну, хорошо. – Она высунула голову в коридор и посмотрела на спешащих мимо людей. Потом снова повернулась к Элиасу. – Винсент летит с нами, – она кивнула на мужчину на табурете, – или сделки не будет.
Элиас смерил его взглядом. Мужчина казался довольно безобидным.
– Как пожелаете.
– О'кей, поступим так. Сначала я хочу выпить в Ступице. Там мы сможем поговорить, и вы расскажете нам, за что платите.
Элиас взглянул на длинный коридор в сторону Ступицы.
– Те серебряные жуки сейчас повсюду. Говорят, что Станция протянет не больше двух дней.
– Прежде чем разгерметизируется? Я тоже слышала. Но я не расслышала вашего имени.
– Элиас Мюррей.
– О'кей, мистер Мюррей, я не знаю, когда теперь удастся достать приличную выпивку, поэтому я хочу выпить в последний раз – на тот случай, если к следующей неделе Ступицы больше не будет. Идет?
Элиас пожал плечами. Ему было все равно.
Большинство питейных заведений вдоль главного ствола Ступицы уже закрылись, а оставшиеся владельцы спешно распродавали все, что можно, прежде чем самим покинуть Станцию. Элиас, женщина и ее спутник молча двигались по коридору, отталкиваясь от стен. Искаженные паникой лица людей, внезапно нарушенный ход жизни говорили больше, чем могли бы выразить слова. Элиас почувствовал, что часть того же страха передалась ему. Окружающим стенам больше нельзя было доверять, нельзя было рассчитывать, что они защитят его или любого другого от холодного, безжалостного вакуума. Возможно, у них остались считанные минуты, и он умрет, так и не найдя Тренчера. Возможно…
Но чуть ли не каждый смартшит на Станции передавал экстренные выпуски с сообщениями об «инфекции», о том, что насекомые, кажется, не агрессивны по отношению к людям, но безопасность Станции под угрозой, и людям советовали найти способ улететь или же подчиниться строгой процедуре эвакуации, призванной обеспечить недопущение инфекции на еще не зараженные корабли.
Элиас не мог допустить, чтобы его забрали на военный транспорт, безоружного и незащищенного. Значит, надо потратить деньги, чтобы нанять себе корабль… и найти Тренчера, чего бы это ни стоило.
Элиас чувствовал себя неловко, сидя в почти пустом баре и наблюдая за жителями Станции, которые внезапно стали беженцами и сновали мимо него, улаживая свои последние дела. Останется ли что-нибудь от Станции и будет ли им куда вернуться?
Элиас заметил, что у него дрожат руки. Он велел им перестать, но дрожь всего лишь ослабла. Времени осталось немного, подумал Элиас, но если одну вещь сделать как надо, всего одну, он найдет Тренчера.
Элиас снова подумал о лице, увиденном мельком через толстый экранированный пластик, и поежился.
Взглянув на Винсента, Элиас понял, что этот человек все время не отрываясь на него смотрит. Не вызывающе, но… так, словно он знает больше, чем показывает. Может, они с Ким деловые партнеры?
– Странная ситуация, – сказал Винсент, продолжая смотреть на Элиаса.
Элиас кивнул, не зная, что ответить.
– Насчет работы, – напомнила Ким. – Что надо делать?
– Мне нужно забрать моего друга с одного из кораблей вблизи Станции. Он на борту грузового звездолета – вернее, был там, когда я видел его в последний раз. Меня нужно туда отвезти, а заберу его я сам.
– Подождите. – Ким подняла руку. – Возможно, вы не знаете о карантинных правилах, введенных с тех пор, как началась эта заваруха. – Элиас посмотрел за ее плечо и увидел, как из воздуховода протиснулась крошечная серебряная головка. Жук упал на пол и побежал прочь. За ним последовал еще один, потом еще. Элиас разжал челюсти и попытался заставить себя расслабиться. – Никакому кораблю нельзя приближаться к судну, еще не пораженному инфекцией. Нас взорвут, если мы подойдем.
– А «Джагер»? – спросил Элиас как бы в пояснение. – По-моему, он заразился довольно рано. Я сам видел кишащих там жуков.
– О'кей. – Женщина задумалась. – О'кей, если он уже заражен, этой проблемы у нас не будет. Следующий вопрос: почему ваш друг просто не сядет на один из регулярных челноков и не прилетит сюда сам?
– Его удерживают там насильно, – ответил Элиас. – Его хранят на льду в течение ряда лет, и хотя он без сознания, он все равно пленник. – Увидев на лице женщины недоверие, он поднял руки. – Это длинная история… действительно длинная.
– Меня беспокоит не правдивость вашей истории, – отрезала Ким. – Я сомневаюсь, что люди, которые насильно удерживают вашего… друга, так просто позволят вам его забрать. Мне не очень-то хочется оказаться в перестрелке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
