Элиас поджал губы. Было бы лучше, если бы их было только двое, подумал он, взглянув на Винсента. Даже снаружи было видно, что им втроем да с Тренчером в придачу там будет трудно поместиться.
Элиас оглядел стыковочный отсек, где одинаковые двери шлюзов различались только надписями, указывающими, есть ли с другой стороны шлюза какое-нибудь судно. Потом он смотрел, как Ким, виляя маленьким крепким задом, пробирается через соединительную трубу между Станцией и «Гоблином». Элиас снова посмотрел на Винсента, но ученый просто пожал плечами.
Ким повернулась и махнула рукой с другого конца трубы.
– Проходите, – позвала она.
Элиас залез в трубу и пополз по ней на четвереньках. Оказавшись внутри «Гоблина», он едва сумел выпрямиться.
– Снаружи эти корабли всегда кажутся больше, – заметил он.
– Вы уже бывали в «Гоблине»? – удивилась Ким. – По-моему, вы сказали, что прилетели прямо с Земли.
– Я был на военной службе, там учат многому – обычно посредством сжатого обучения. – Элиас постучал себя по голове. – Набивают под завязку.
– А-а… – Ким пожала плечами. – Что ж, большую часть «Гоблина» занимает двигатель, как вы, наверное, уже знаете. Ну и плюс, конечно, система жизнеобеспечения.
Элиас обвел глазами крошечную пилотскую кабину. Узкая переходная камера вела из нее в следующий отсек, где едва хватало места для единственной койки и кладовой. Он уже заметил грузовой отсек, прикрепленный к корме и соединенный с самим «Гоблином» герметичной трубой.
– Я думал, эти более новые модели вычерпывают кислород и азот из вакуума.
– Да, это рамскупы – плюс двигатель Ангелов для мощного ускорения. Но это требует экранирования для бортовой электроники, и оно занимает большую часть оставшегося пространства. Плюс аварийное дублирование на случай отказа основных систем и спасательная капсула на случай отказа аварийных.
– Послушайте, я не хочу показаться грубым, но зачем тащить его с собой? – спросил Элиас, тыкая большим пальцем на шлюзовую трубу, то есть на Винсента. – Пилот, конечно, вы. Или он ваш второй пилот?
– Нет, Винсент не второй пилот, он мой друг. Я просто хочу, чтобы он составил мне компанию, – холодно ответила женщина.
Элиас кивнул. Очевидно, Ким сомневалась в нем или просто ему не доверяла. Ничего, напомнил себе Элиас, эта морока ненадолго.
Он услышал царапанье в трубе и, повернувшись, увидел вылезающего ученого. В кабине определенно становилось тесно. Элиас не страдал клаустрофобией, но все равно его горло непроизвольно сжалось. К счастью, «Гоблин», хоть и одноместный, был оборудован креслом второго пилота. Элиас быстро сел в него, пока Винсент глазел по сторонам, старательно не глядя на клиента Ким. Ну, кругом сплошь доверие и дружба, подумал Элиас. Скорей бы покончить с этим делом.
Ким казалась взволнованной – наверное, не привыкла, что не одна на корабле. Вряд ли ей все это легко дается, подумал Элиас. Он поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, потом застегнул на груди привязные ремни. Ким села в соседнее кресло пилота, и Элиас покосился на Винсента.
Ким на несколько мгновений закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. Перед ней и Элиасом были установлены экраны, куда поступали визуальные данные снаружи.
– О'кей. – Женщина принялась нажимать на кнопки. – Все включено, – пробормотала она, потом повернулась кругом. – Винсент, закрой шлюз и запри его, если не трудно.
Ким нажала еще несколько кнопок и откинулась назад, сдувая с лица упавшие прядки темных волос.
– О'кей, теперь мы ждем подтверждения для расстыковки. Это может занять несколько минут.
Винсент плавал у них за спиной, с любопытством рассматривая кабину – ему почти все было внове. Минуты тянулись очень медленно, и Элиас заметил облегчение на лице Ким, когда подтверждение, наконец, пришло.
Ким
Она направила «Гоблина» прочь от Станции Ангелов. Экраны показывали только звезды и черноту космоса, но на других дисплеях обозначалось положение каждого корабля в окрестностях Станции. Ким задала курс к «Джагеру».
Она не хотела знать, что собирается делать Мюррей, когда доберется до звездолета. Ким не поверила его истории, и с тех пор, как он появился, ее непрерывно терзали сомнения. «Зря я согласилась, – снова и снова думала она. – Сколько бы Мюррей мне ни платил, это не стоит новых проблем с законом».
С другой стороны, напомнила себе Ким, в настоящий момент у властей на Станции Ангелов и без нее хватало забот. Ким не позволила себе развивать эту мысль и думать о том, что это могло бы означать в конечном счете. Например, будет ли им куда вернуться. Если бы не внезапное появление Винсента, она бы уже давно направилась в глубь Касперской системы, пока все не утрясется.
А если не утрясется? Если со Станцией Ангелов случится что-то непоправимое? На этот случай есть другие корабли, способные долгое время поддерживать жизнь множества людей.
И на худой конец всегда оставался сам Каспер. Ким спросила себя, как отреагируют военные корабли в тех условиях – если контакт с Землей будет потерян? Взорвут любого, кто приблизится к запретной планете? При нормальных обстоятельствах военные имели на это законное право, но нынешние обстоятельства вряд ли назовешь нормальными.
Позже. Она подумает об этом позже.
Поднявшись с кресла, Ким извинилась и, оставляя Винсента наедине с Элиасом, прошла в следующий отсек, ставший для нее почти родным домом.
Когда она вернулась в кабину, Элиас по-прежнему сидел в кресле второго пилота, мирно беседуя с астрофизиком. Это была светская беседа, и в основном говорил Винсент, рассказывая об академической жизни на Земле. Ким спросила себя, упомянул ли он в разговоре с Мюрреем о своих страхах, о том, что может случиться с касперианами?
Она забралась в свое кресло и ввела незначительные поправки курса. Они были почти на месте. Ким нажала кнопку, и экран справа от нее и прямо надо лбом Элиаса ожил. На нем появилась серо-белая громадина, плывущая в море темноты. «Джагер».
Элиас напряженно глядел на экран. На его лице была написана… жажда, выражение такого жгучего желания, что оно вызвало у Ким болезненное любопытство. Элиас взглянул на нее, неловко улыбнулся, потом снова повернулся к экрану, и его лицо стало чуть более сдержанным.
Ким перевела взгляд на экраны, и в это самое мгновение «Джагер» взорвался.
Вернее, распался на части, словно разрываемый невидимой рукой. Грузовой звездолет просто рассыпался в облако серебристых обломков. Расширяясь, оно устремилось навстречу «Гоблину». Ким разинула рот, наблюдая за приближением облака на экране. Казалось, ее глаза отказываются воспринимать увиденное. Когда облако приблизилось, стало очевидно, что это не обломки. Ким потянулась через плечо Элиаса и коснулась экрана, чтобы прибавить увеличение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
