— Рассказывайте, мы и так слишком долго толчем воду в ступе!
— Видите ли, Василий Иванович, я не сразу поняла, в чем дело. Его джип мчался прямо на меня в тот момент, когда я расстреляла все патроны. Он чуть не сбил меня и буквально в последний момент свернул в сторону и ушел в боковой переулок. Еще тогда меня поразило, что он не погнался за «Жигулями». Догнать их на его джипе было плевым делом, но он рванул в противоположную сторону.
— Так вы его видели в джипе? Как вы сумели его разглядеть в такой суматохе? Может, вам показалось?
Нет, — сказала Даша упрямо, — не показалось! Я его видела почти так же близко, как сейчас вижу вас. Он едва не сбил меня и, говорю, только в последний момент свернул в сторону. Мы можем выехать с вами к банку, и я покажу, где он сбил ограждение и проехал по газону. Ограждение вряд ли привели в порядок, следы должны остаться.
— И все-таки, что вас более всего насторожило? То, что он оказался на месте покушения, или то, что чуть не сбил вас, или что поспешил скрыться?
— Первая мысль, которая пришла мне в голову: он же милиционер! А потом уже все остальное.
— Да, вполне резонно, ведь он явно был свидетелем покушения. И его показания, как профессионала, оказались бы очень кстати. Но он поспешил скрыться с места происшествия, и поэтому его поведение даже неискушенного человека наталкивает на мысль, что он не хотел, чтобы его заметили. Однако я не думаю, что он думал расправиться с вами. Вы оказались на его пути случайно.
— Дай-то бог, — вздохнула Даша, — но что-то мне подсказывает, Макаров в последнюю секунду просто узнал меня и вывернул руль. Или рука не поднялась прихлопнуть меня. — Она подняла на Полевого взгляд. — Да, иногда мне хотелось отомстить ему, мелко, по-женски, но я так и не смогла позволить себе стать по-бабьи мелочной.
— Дарья Витальевна, — Полевой задумчиво посмотрел на нее, — еще один вопрос. Конечно, Павел Аркадьевич мог вам не сказать… Но все же… — генерал замялся на мгновение. — Есть определенная информация, и у нас имеются все основания доверять ей. Незадолго до гибели Свиридовский встречался с Райсманом и велел своему человеку из службы безопасности негласно записать этот разговор. Его поручение выполнили. Микрокассету вручили Павлу Аркадьевичу, но в его сейфе ее не оказалось Никто не знает, что это был за разговор, однако Райсман вылетел из кабинета, как камень из рогатки. Этому есть несколько свидетелей.
— Василий Иванович, суток не прошло! Когда вы успели столько накопать? — изумилась Даша. — Такое впечатление, что вы не первый день работаете по связям Свиридовского?
— Как сказать, как сказать… — генерал усмехнулся. — Служба такая! — И снова жестко посмотрел на Дашу. — Рассказывал он вам что-то подобное? Вы же были, наверно, самым близким ему человеком? Он мог сообщить вам какие-то детали.
— Вы считаете, что именно ссора с Райсманом послужила поводом для покушения?
— Даша, — неожиданно ласково сказал Полевой, — не уходи от ответа. Ни у тебя, ни у меня нет времени для раздумий. Говори, что знаешь!
— Хорошо, — она приняла решение, хотя не думала, что оно было лучшим в ее жизни. — Паша действительно отдал мне микрокассету с записью разговора, как он выразился, с «засланцем Марьяша», но фамилию не назвал. И он мне жаловался, что люди Марьяша очень жестко давят на него. Еще сказал о том, что вызов в банк — это сигнал, что Марьяш пошел в атаку. Это все, клянусь детьми, больше я ничего не знаю.
— Где кассета?
— Я успела передать сумочку Алексею, который был рядом со мной сразу после покушения, и просила сохранить ее. Я не знаю ничего о нем, кроме того, что он полковник и служит в МЧС.
— Это Щеглов, заместитель начальника управления. Его уже нашли и допросили, но он ничего не сказал о сумочке.
— Василий Иванович, помимо кассеты, там есть еще дискета с адресами зарубежных банков и номерами счетов. Они открыты на имя Пашиной жены и его дочерей. А один из них, по его словам, на мое имя. Вы понимаете? Мне понадобятся деньги на музей Арефьева. К тому же я успела сказать Лиле о том, что есть такая дискета.
— Мне не нужна ваша дискета, но мы ее тоже посмотрим, нет ли там другой информации. Согласитесь, это необходимо. После дискету вам вернут, даю слово, в материалах дела она фигурировать не будет.
— Спасибо, — сказала Даша, — только я не знаю номер телефона Щеглова. Назовите его, и я попрошу Алексея отдать мою сумочку вашим оперативникам.
— Вот это совсем другое дело! — Генерал вскочил на ноги. — С этого и надо было начинать!
— Это и надо было сразу спрашивать, — пробурчала Даша и откинулась головой на спинку кресла. С нее словно свалился многопудовый груз, который гнул ее к земле, лежал неподъемной тяжестью на душе. Ей стало легче дышать, и в глазах прояснилось. Возможно, так всегда бывает, когда осмелишься переступить через собственный страх и опасения, пускай и обоснованные. Но она уже перешла Рубикон и вернуться назад не посмеет.
— Щеглов, — протянул ей трубку Полевой.
— Алексей, это я, Дарья Витальевна! Вы меня узнали?
— Да, да, узнал! — закричал он в трубку. — Я знаю, вас задержали, но Василий Иванович…
— Я у него в кабинете, — прервала Даша Алексея, — простите, у меня сейчас нет времени, но я вам позвоню, обязательно позвоню.
— Я буду очень ждать, очень, — Алексей слегка понизил голос, — в любое время дня и ночи.
— Спасибо, — сказала Даша тоже тихо и мягко, — но сейчас я звоню вам по поводу сумочки. Нужно, чтобы вы отдали ее оперативникам. Это срочно, очень срочно!
— Понимаю, — сказал Алексей глухо, — кто подъедет? Я должен знать фамилию.
— Кто подъедет к Щеглову за сумочкой? — Даша посмотрела на генерала.
— Корнеев, — быстро ответил тот, — начальник уголовного розыска. Они знакомы.
— Подъедет полковник Корнеев, — сообщила Даша в трубку. — Это очень важно, Алексей. И если сумочка у вас не с собой…
— Ваша сумочка у меня в сейфе. С момента покушения на Павла Аркадьевича я еще не был дома. Нам ведь тоже работы хватило! — И быстро, чтобы она не успела попрощаться, спросил: — Как вы? Вас держат в изоляторе? Чем я могу помочь?
Все обошлось, меня отпустили, — ответила она, и тоже быстро, — давайте прощаться, я говорю со служебного телефона.
— До свидания, — сказал он, — пообещайте мне позвонить немедленно, как только останетесь одна.
— Немедленно не обещаю, но позвоню, как только получится, — Даша вернула трубку генералу. — Все в порядке! Сумочка у него в сейфе.
* * *
Еще три часа продолжались Дашины мучения. Содержимым ее сумочки занимались оперативники, затем ее повезли к банку, где Даше пришлось подробно показывать и рассказывать, как ее чуть было не сбили «Жигули» преступников, откуда появился и с какого приблизительно места киллер стрелял в Пашин джип из гранатомета. И где Влад едва не раздавил ее своим джипом. Порушенное ограждение до сих пор не восстановили, да и само место взрыва по-прежнему охранялось расставленными по периметру рогатками. Там, где упал Паша, лежали букеты живых цветов. Их было очень много, очень. Даша вдруг вспомнила тот букет, который Павел купил на могилу Дмитрия Олеговича. Кто бы мог подумать, что через день цветы положат на то место, где самого Пашу настигнет подлый удар в спину?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
