- Сэр Алистер? – дворецкий стоял в воротах сарая, наблюдая, как я вставляю крепящие стержни в пазы автоматона, - Дозволено ли мне будет спросить…
- Да, мистер Уокер? – я вдвинул последний штырь и закрутил рукояти лебедочного механизма. «Григорий» начал медленно приподниматься на держателях, призванных поддерживать его в режиме ожидания.
- Во втором контейнере я обнаружил несколько необычных станков и несколько тонн материала, вызывающего… подозрения, сэр. Это ошибка грузчиков?
- Нет, мистер Уокер, это действительно «ирландская паутинка» самого высокого уровня. То, что вы обнаружили, в будущем станет мастерской Камиллы и Эдны. Кстати, нам придется освободить для них место в последнем подвальном помещении. Думаю, я обойдусь без винного погреба в ближайшие пять лет.
- Сэр…
- Мистер Уокер, - я обернулся и посмотрел в глаза англичанину, - Вы сами видите – мы здесь как на войне. Не далее как неделю назад вы усыпали пол поместья гильзами от одного из самых негуманных видов огнестрельного оружия современности. А я вам его брал, признаюсь, просто ради устрашения возможного вора. Предосторожности не бывает слишком много!
- Да, сэр. Насчет новых горничных…
- О них я хотел поговорить с вами особо, мистер Уокер. При необходимости эти девушки будут вести себя примерно, на этот счет переживать не стоит. В остальном – нам придется запастись терпением и настоем валерианы. Камилла и Эдна… по-своему бесценны… в нашей ситуации.
- Я вас понял, сэр.
Ничего он не понял, кроме того, что у меня есть серьезные основания. Этого достаточно. Признаться, мне сильно повезло со всеми троими – после того, как выплатил всем подчиненным серьезную премию за успешную защиту особняка, я без тени сомнений ожидал увидеть у себя на столе три прошения об увольнении и разрыве контракта. На это были все основания. Даже родовые слуги, работающие на нашу семью поколениями, предпочли бы нанять за свои деньги охрану, не спрашивая хозяина дома, если бы их поставили перед такой перспективой.
В кабинете, куда я удалился проверить накладные и счета, лежало тело. Делало оно это самым удобным для себя образом – вытянувшись на кушетке и хамски поставив тарелку с печеньем на пол, дабы было удобнее грызть. Трубочка в большом бокале с парящим какао сигнализировала, что маневр продуман до мелочей и исполнен в точности. При виде меня тело подняло заднюю конечность, демонстрируя точеную икру в обтягивающем ее белом чулке, и приветливо ей помахало.
- Миранда, - непроизвольно улыбнулся я, - Ты всегда приятный сюрприз. Даже если роняешь крошки на мой паркет.
- Эмберхарт, не нуди! – приглушенно заявило тело в подушку, - Я в печали! Мой неверный возлюбленный предпочел мне другую женщину! Она ходит по его дому! Она спит в его кроватях! Она ест его печенье!
- Ну, насчет печенья можно поспорить, - рассудительно заметил я, садясь за свой стол. Мисс Коул собиралась страстно отдаться драме – в таких случаях хорошо иметь между собой и ее персоной что-то труднопреодолимое.
- Как ты моооооог! – застонала черно-белая девушка умирающим лебедем, но внезапно резко сама себя оборвала, - Хотя! Я видела ее через зеркало! В ванной… Да, против такого устоять невозможно…
- Против чего? – рассеянно сыграл я дурачка, рассматривая лежащую поверх документов газету. На передовице красовался заголовок «Террористы пытались взорвать подводный хабитат!». Обязательно надо будет почитать.
- Все мужики – козлы! – с всхлипом… а, нет, с хлюпом какао поведала миру Миранда, - Вам только одно и нужно!
- Безопасность, положение в обществе, самореализация, богатство, влияние, связи, наследники, авторитет, известность, - автоматически перечислил я, не отрывая взгляд от свежих новостей. За что и получил печеньем в лоб.
- Грудь! – с надрывом взвыла Миранда, продолжая валяться на софе пятой точкой кверху, - Вам всем нужна лишь грудь!
Эта наглая инсинуация определенно требовала от меня немедленной реакции и неопровержимого… опровержения. Я закатил речь о том, что в леди должно быть все прекрасно – положение, влияние, связи, финансы, чистота крови, приданое, наконец… а внешность и… пардон, грудь - должны идти по остаточному принципу, но вновь был ушиблен метко брошенным печеньем. Попутно меня заклеймили шовинистом, сексистом, сухарем и грубияном, ничего не понимающим в чувствах прекрасного пола.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Так, дурачась, мы провели около часа. Попутно я получил ценный и тайный совет – перевесить в ванне, которой пользуется Рейко, зеркало пониже… и вообще не быть столь бесчувственным чурбаном. Ох уж эти зеркальные леди… желающие и могущие удовлетворить свою любопытство через любую отражающую поверхность.
- Миранда, а я могу воспользоваться тобой в грязных и низменных целях? – задал я провокационный вопрос после дискуссии.
- Наконец-то!! – прогорланила вскочившая с софы девушка, выпучила глаза, закашлялась, а потом хриплым голосом добавила, - То есть – конечно же!
- Я имею в виду, что мне нужно убить одного человека, - поспешно добавил я, вызывая непередаваемую гримасу уныния на лице воспитанной и одухотворенной аристократки древнейшего рода.
- Алистер, мой мальчик! – тут же переобулась Миранда, прижав руки к груди, - Ты дорос до того, что уже хочешь убивать конкретных людей?! Я так тобой горжусь! Конечно же, я тебе помогу! Это ведь твой первый раз!
Шутка, участие, помощь, дружеский и толстый намек на то, что хорошим отношением лучше не злоупотреблять. Хорошо иметь друзей.
Через час после того, как Миранда ускакала к себе домой, случилась первое происшествие из тех, которых я опасался. Рейко сидела на своей кровати, закутавшись в одеяло, и смотрела перед собой остановившимся взглядом. Возле нее стояла невозмутимая Камилла… или Эдна, явно в ожидании новых указаний. Трагедия была серьезной, новая горничная перепутала японку с ребенком и… помыла ее - быстро, профессионально и без спроса. Не отвлекаясь на полузадушенные крики, естественно. Пришлось срочно и прямо там проводить лекцию для этих одержимых горничных, потому как риск того, что они сочтут Азата слишком старым для самостоятельных действий и надругаются уже над ним, был чрезвычайно высок.
Этот дом определенно будет нуждаться в большом количестве успокоительных препаратов.
***
- Алистер. Ты вызвал мой гнев, пойдя наперекор нашим договоренностям, - граф Эмберхарт всем своим видом демонстрировал, что его слова не являются преувеличением, - Я хочу знать, почему ты отверг предложение императора Таканобу! Немедленно!
- Лорд мой отец, потрудитесь объясниться, где и как я перешел границу наших с вами договоренностей, - лязгнул в ответ я, тут же свирепея. Ничто так не раздражает, как двойные стандарты и вольная трактовка, особенно когда ты из семьи, сыздавна имеющей дела с демонами.
- Мы договаривались, что ты будешь вести себя в Японии максимально тихо! Не привлекая внимания! Тише воды, ниже травы! – зарычал в ответ смуглый остроносый человек, почти багровый от злости, - Как эта договоренность согласуется с содержанием заложницы, представляющей ценность для половины Японии?!
- Ваше сиятельство, не ставьте наши договоренности выше чести и достоинства аристократа! – огрызнулся я, - Я максимально придерживаюсь наших договоренностей и целей, пока это не противоречит моральным принципам и установкам нашего рода.
- Вот ты как заговорил? Может, тебе напомнить, что принципы и установки нашего рода, как и других подобных нам – НЕ ВЫСОВЫВАТЬСЯ!? – глаза Роберта загорелись ярко-синим пламенем. Его лоб и волосы тут же покрылись инеем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я почувствовал, как мной овладевает ярость. Настоящая, тягучая, обжигающая… но медленная и неотвратимая как поток лавы.
- Скажите мне, глядя в глаза, лорд Эмберхарт, - процедил я, выдерживая взгляд двух ледяных солнц, - Укажите мне хотя бы один момент, где я поступил иначе, нежели поступили бы вы сами или любой из ваших других трех сыновей!
Смотреть на мужчину, полностью освободившего то, что обычно дремлет в его теле, было жутковато даже мне, несмотря на то, что я кипел от злобы. Лед образовал два высоких рога на лбу человека и продолжил свое странствие по телу, с хрустом и скрежетом заковывая смуглую уязвимую плоть под прозрачно-голубой броней. Шипы, рога, дополнительные слои льда – все это скрежетало, топорщилось, щелкало, вставая на свои места. Призвав все свои силы, любой из моего рода становился очень опасной тварью, от которой стоило бежать всем, кроме пилотов современных СЭД-ов. Увы, я так не умел.
