двинулся к выходу, но Билли схватил меня за локоть. Пальцы его сжались, но давили небольно. Я посмотрел ему в глаза, ожидая увидеть всегдашнюю неприязнь, но встретил полный надежды испытующий взгляд и едва не сел на задницу.
Какого черта?!
– Значит, вы с Клэр никогда… – севшим голосом начал Билли, будто эта мысль не первый год не давала ему дышать.
Младший брат казался просто истерзанным этой мыслью.
Я повернулся к нему:
– Мы с Клэр даже не целовались ни разу в жизни. Обнимались часто – это когда Бен погиб. Я у нее ночевал, но ложился на диване. На одной кровати мы спали всего однажды, но именно что спали – я ее обнимал, а Клэр плакала. Это было в первые сутки после новости из Афгана.
Взгляд Билли уплыл куда-то мне за плечо и стал далеким. Я видел, что брат занят мыслями о чем-то своем, сокровенном, будто он пристраивал на плечах некую ношу, слишком большую и тяжелую для него.
– Но ты же не… У тебя же никого не было. Ты не водил девиц, я тебя ни с одной, кроме… не видел после гибели Бена.
Я ответил, не смягчая жесткости в своем голосе:
– Все правильно. Я долго был во власти дурных привычек, заставлявших меня обращаться с женщинами как с отбросами. Пренебрегать мамой, Эшли, смотреть на девушек как на пустое место. В результате я возненавидел себя. И решил измениться.
Рука Билли бессильно соскользнула с моего плеча, и вместе с этим движением рухнула армированная, повышенной прочности преграда в его взгляде. Он заморгал, пристально глядя на меня, будто увидел впервые за долгое время.
И я, как в пропасть, бросился в открывшуюся возможность, не зная, представится еще такой момент или нет:
– Прости меня.
Билли вздрогнул и отвел глаза, рассматривая гору дров, стены сарая – что угодно, лишь бы не меня.
Но я еще не закончил:
– Прости, что тебе приходилось справляться самому. Прости, что наш папаша избивал до бесчувствия тебя, а не меня. Я был старшим, я должен был тебя защищать. Всех вас защищать, мелюзгу… Прости, что я был плохим братом. Я хотел бы загладить свою вину, насколько это в моих силах. Скажи, чем мне искупить прошлое, Билли.
Я видел, как у него дернулся кадык и подозрительно заблестели глаза, и понял, что теперь Билли возненавидит меня за то, что я все это видел.
Я отступил на шаг, давая нам обоим побольше места, и моляще развел руки в стороны:
– Скажи мне, что я должен сделать?
Глава 21
Не печальтесь, все потерянное вернется к вам в ином виде.
Руми
~ Джетро ~
– Я обещал Дейву, что ты привезешь Сиенну к восьми, поэтому никаких заездов на Поле Ястреба и тисканья в машине.
– Клет, – предупреждающе сказал я, подходя к Сиенне сзади, обнимая ее и прижимая к себе. Я не мог сердиться на брата – именно благодаря его вмешательству Сиенна вообще приехала к нам в гости.
Вечер из прекрасного стал хорошим, из хорошего фантастическим, из фантастического неприятным, а из неприятного – чудесным.
Мы с Билли вернулись в беседку вместе. За руки не держались и «кумбайя» не пели, но и оскорблениями не перебрасывались.
Никто никак не прокомментировал его уход, а когда подали десерт, Билли нарочно присел рядом с Сиенной и извинился как джентльмен. Он смеялся всем ее шуткам. На меня он старался не смотреть, но я чувствовал – между нами что-то изменилось, потому что Билли рассказал, как мы с ним в детстве залезли на свалку мистера Таннера, натырили унитазных сидений, затянули каждое очко пищевой пленкой и установили в общественных туалетах. Все за столом хохотали, и я больше всех – я и забыл об этой проделке. В детстве мы с Билли были очень дружны, прежде чем я подрос и меня потянуло на более опасные подвиги.
Унитазную историю было приятно вспомнить и еще приятнее знать, что Билли ее не забыл.
Сейчас мы собрались на крыльце. Клет, Билли, Бо, Роско, Дрю и Эшли уезжали на джем-сейшен в городской клуб. Дуэйн и Джесс собирались куда-то еще. Я решил отвезти Сиенну домой: Грин-Вэллей еще не готов к тому, чтобы пятничный концерт посетила сама Сиенна Диас (но я решил над этим работать).
– Нет уж, дай мне договорить, Джетро, – возразил Клет. – Невежливо перебивать людей, не закончивших мысль. Как я говорил, не заезжай на Поле Ястреба – это слишком далеко. Валяй в любовное гнездышко Дуэйна и Джессики, это буквально рядом, за кряжем Райта. Об этом месте никто не знает, а постельное белье Дуэйн наверняка регулярно меняет…
Джесс, подмигнув мне, прибавила:
– Мы оба за этим следим. Будьте нашими гостями.
– Вот спасибо, Клет! – проворчал Дуэйн. – Теперь все будут знать.
– Не все, – как ни в чем не бывало отозвался Клет. – В частности, Джексону, брату Джессики, я об этом не говорил. – Повернувшись к Сиенне, Клет взял ее руку и поцеловал: – Благодарю за визит, миз Диас. Надеюсь, вы скоро снова почтите наш дом своим присутствием.
– Спасибо, Клет. Отчего же, если меня еще пригласят.
– Приезжай в любое время, – шепнул я ей на ухо, отчего Сиенна наклонила голову, потому что я щекотал ей шею своей бородой. По ее телу прошла дрожь – еле заметный трепет, но и его оказалось достаточно, чтобы я вспомнил, как чуть не взял ее стоя, у дерева.
Прошу заметить, удержаться удалось чудом.
Отпустив наконец руку Сиенны, Клет непринужденно сообщил:
– Если приедете в следующую среду, я дам вам попробовать мою колбаску!
Я звучно засопел, призывая на помощь все свое терпение, и крепче обнял Сиенну за талию.
– Ну вот, опять, – сказал Дрю, переглянувшись с моей сестрой.
– Только не это! – с отвращением фыркнул Бо.
– Знаменитая колбаска Клета славится на всю округу, – поспешила добавить Джесс, выразительно двигая бровями. Она еле сдерживала
