— Да, и вот ещё что! — не прекращал напор Астерс, — ты – командир подразделения. Последнее слово всегда за тобой. Мы не можем так сильно рисковать, забросив тебя на Алькатрас.
— Неужели ты хочешь сказать, что я незаменим? — всё так же спокойно продолжал Зен, — тогда вспомни, что говорил Рестер. Незаменимых нет, и быть не может по определению. Я с ним согласен…
— Хорошо, — Астерс уже покраснел от жара "схватки". К счастью для него, собеседники это не видели из-за темноты, — тогда скажи, кто заменит тебя.
— Сейна, — улыбнулся Зен, — да, она не глупее, а в некоторых вопросах даже умнее меня.
— Ну, раз так, — Астерс заговорил тише, — раз обе наши кандидатуры подходят на эту роль одинаково хорошо… То почему бы тебе просто не взять и отправить туда меня?! Ведь разницы, получается, всё равно нет.
— Постой! — Зен посмотрел на Астерса так, словно учитель на любимого ученика, совершившего глупую ошибку в простом вычислении, — мне показалось, или ты призываешь меня принять решение абы как? Почти наугад, не задумываясь! Я понимаю, мы не располагаем большим количеством времени на принятие решения. Но не мне тебе объяснять, что это никогда не являлось оправданием безрассудству. Как командир, я несу ответственность за всё подразделение. Поэтому не имею никакого права на необдуманные решения. И я не понимаю, почему мне приходится объяснять это именно тебе и именно сейчас?!
Пристыженный Зеном, Астерс опустил голову. Скорчив недовольную гримасу, он уставился в пол. Неизвестно, сколько бы ещё он так простоял, если внезапно не почувствовал на своём плече чью-то ладонь. Обернувшись, Астерс увидел позади себя двухметровую фигуру Сейны:
— Давай отойдём, — решительно сказала она, — есть серьёзный разговор.
Растерявшись от такого заявления, Астерс поначалу посмотрел на Зена, но, получив от него утвердительный кивок, вышел из комнаты вслед за Сейной.
— Поистине, непростая ситуация, — произнёс Василий, поправив очки, — и часто у вас бывают такие разногласия?
— На самом деле нет, — ответил Зен, проводив взглядом Сейну и Астерса, — иногда в жизни бывают ситуации, в которых можно принять решение наобум. Но я всеми силами стараюсь избегать этого.
Сейна и Астерс тем временем уже расположились друг напротив друга в креслах, что стояли на веранде. Двухметровая женщина уже несколько минут разглядывала своего собеседника, как будто оценивая его по какому-то известному только ей критерию. А тот тем временем пытался понять, что таится в её глазах. В один момент Астерсу даже показалось, что взгляд Сейны наполнен восхищением. Наконец, он не выдержал и спросил:
— Ты так и будешь смотреть на меня, или, наконец, скажешь, что хотела?
Сейна облокотилась на спинку кресла и заговорила:
— Эх, Астерс, Астерс. Как же это так получилось?
— Получилось что?
— Как тебя угораздило влюбиться в такую стерву?
Астерс внезапно побледнел. Холод пронзил его тело. В оцепенении он остановил взгляд и продолжал смотреть куда-то в сторону. Но такое состояние продлилось недолго. Всплеснув руками, Астерс воскликнул:
— Тьфу ты! Так и знал, что не стоило ему рассказывать!
— Так ты ещё и рассказал об этом кому то? — при этих словах Сейна словно эстафетную палочку переняла у Астерса удивлённое выражение лица.
— Да, Серёге. А разве это не он тебе разболтал?
— Ха-ха-ха-ха-ха, — засмеялась Сейна, стараясь сделать это как можно добрее. Она не особо любила подшучивать над друзьями, тем более, над Астерсом, и тем более, сейчас, — нет, поверь, он мне ничего не говорил. Этот землянин только с виду кажется неответственным. Но в вопросах дружбы и преданности он серьёзнее нас с тобой вместе взятых.
— Хорошо, — немного успокоился Астерс, — так, как ты догадалась? Мне просто интересно. Как?
— Очень просто, — Сейна снова улыбнулась и, положив голову на спинку кресла, продолжила, — я начала подозревать это ещё тогда, на совете в моём монастыре. В то время, как командор Рестер лично отдал приказ спасать Дина в первую очередь, ты собрался отвлекаться на второстепенные цели. Такую, как защита де Голля. Думаю, в данной ситуации сказать, что это на тебя не похоже, значит не сказать ничего. И сейчас ты чуть ли не в открытую призвал Зена принять необдуманное решение. Ты хотел, чтобы он отправил тебя на Алькатрас без какого-либо серьёзного превосходства твоей кандидатуры перед его. Конечно, с первого взгляда это можно объяснить твоим пылким характером. В конце концов, ты ещё так молод. Тебе всего лишь сто пятьдесят три года… — Сейна отвела взгляд в сторону и, обдумав следующую фразу, заговорила вновь, — но, сколько я тебя знаю, твоя инициатива всегда была разумной. Прямо как написано в уставе вооружённых сил Айсерии. А теперь… Эх, за свою жизнь я видела много влюблённых мужчин. И вас всех объединяет одно – вы безумны, когда любите. Одни с этим справляются, другие – нет. Пока что у тебя не очень хорошо получается, раз ты уже выдал себя целых два раза. Ты ищешь встречи с Висентией, Астерс. Вот объяснение всему, что я вижу.
— Не знаю, к сожалению или к счастью, но ты права, — Астерс поднял взгляд, — да, Сейна, ты, как всегда, права.
Медленно проговорив эти слова, он принял столь несвойственный ему подавленный вид. Астерс стал походить на главнокомандующего, армия которого на голову разбита, и теперь ничего не остаётся делать, как сдаться.
— Входи, — крикнула Сейна, и на пороге веранды появился Зен.
— Я всё слышал, — сказал он, закрывая за собой дверь, — можете не пересказывать. Когда Сейна телепатически связалась со мной и попросила подслушать ваш разговор, я поначалу не понял, какой смысл во всём этом спектакле. Но теперь мне всё ясно.
Закрыв от стыда глаза, Астерс никак не отреагировал на появление Зена. А тот опёрся руками о стол и заговорил вновь:
— Ответь мне на один вопрос, Астерс. Мне интересно, что тебя привлекло в Висентии? Чем она влюбила в себя такого, как ты?
Услышав слова Зена, Астерс встрепенулся и поднял голову. Глаза налились кровью, а рот начал искривляться в некотором подобии оскала:
— Проклятье! — воскликнул он, вскочив с кресла, и ударил кулаком по столу, — какое это имеет значение?! Вы что, вздумали смеяться надо мной?! Если я виноват, то готов предстать перед военным судом и кровью смыть вину перед Айсерией! Но насмешек над собой я не потерплю, и поэтому…
— Астерс, я призываю тебя успокоиться, — вынужден был повысить голос Зен. Убедившись, что Астерс остановил свою гневную речь, он продолжил, вновь перейдя на тихий и размеренный тон. — Никто тут над тобой не смеётся. И уж, тем более, никто не собирается тебя судить. В уставе вооружённых сил Айсерии нет ни одной статьи, предусматривающей наказание за чувства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
