вас лжецом.
Дон Ласалль встает.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Слушайте, просто прочтите сценарий, а потом разыщите меня и скажите, в каком вы в восторге от него, ладно?
Дон Ласалль уходит, оставляя сценарий Джареду.
* * *
Я купил еще один стаканчик переваренного кофе и сел читать «Шермана», написанного Уолдо Кентом.
Даже пока я читал первые несколько страниц, мне постоянно приходилось возвращаться в начало и проверять, что передо мной действительно тот самый сценарий. Мой сценарий и этот фактически объединяло только одно: в обоих действовал робот по имени Шерман.
Этот Шерман не был травмированным бывшим астронавтом, который теперь работал в загородном клубе и хотел сделать мир лучше с помощью пробуждающихся в нем чувств и таланта к стрижке деревьев. Нет, этот Шерман – боевой робот ростом в семьдесят пять футов, с лазерами вместо глаз. Он испытывал только гнев и ярость и собирался уничтожить Землю с помощью ядерных взрывов. И он даже не главный герой этой истории!
Главного героя звали Анил Гупта – так же, как и детектива, который преследовал Шермана в моем сценарии. Мой Анил Гупта работал в Бюро роботехники и ненавидел роботов с тех самых пор, как один робот отнял у его отца стоматологическую клинику. Тем не менее по ходу фильма Анил Гупта понимает, что ошибался, и к финалу он становится самым преданным сторонником Шермана. В моем сценарии именно Анил Гупта сообщил Шерману о проходящем в Сан-Франциско международном чемпионате по фигурной стрижке кустов и убедил его в том, что он, Шерман, непременно победит, если просто поверит в себя.
Анил Гупта в «Шермане» Уолдо Кента – совсем другой. Он – красивый неудачник с прекрасной девушкой, у которой непереносимость глютена; он работает оператором беспилотников в транспортной компании, и начальник совсем его не ценит. Все твердят Анилу Гупте, что он должен жениться на своей прекрасной девушке, страдающей от непереносимости глютена, но он не верит, что способен испытывать сильные чувства, позволяющие на ком-нибудь жениться.
К счастью, надвигающаяся ядерная катастрофа отлично фокусирует человеческие мысли и чувства! Когда огромный злобный Шерман начинает свою безумную атаку, Анил Гупта понимает, что действительно любит свою прекрасную девушку, обладающую непереносимостью к глютену. Кроме того, он приходит к выводу о том, что он – лучший оператор беспилотников и поэтому самый уникальный человек в мире. Затем Анил Гупта всех спасает, ловко воткнув дорогой экспериментальный беспилотник в Шермана!
В конце фильма Анил Гупта делает предложение своей прекрасной девушке, не усваивающей глютен, а президент подписывает закон, запрещающий роботов. Всех уже существующих роботов быстро собирают вместе и сжигают на огромном костре. Сразу после этого в стране объявляют выходной, чтобы все могли отпраздновать свадьбу Анила Гупты. В его честь устраивают огромный парад, и каждый житель страны получает особый, памятный безглютеновый кекс. В самой последней сцене Анил Гупта возвращается в свою транспортную компанию, только теперь он уже ее босс, а его бывший начальник ему подчиняется. Он, несомненно, будет вечно жалеть о том, что плохо обращался с Анилом Гуптой!
Если я напишу еще что-нибудь о «Шермане» Уолдо Кента, у меня перегреются микросхемы. Пока этого не произошло, позвольте мне просто привести несколько единиц информации о версии «Шермана», написанной Уолдо Кентом:
/Это не тот фильм, который изменит отношение людей к роботам.
/Более того, этот фильм подтверждает правильность худших людских суеверий, связанных с роботами.
/Это тот самый фильм «Шерман», рекламу которого я видел на Эхо-парк-авеню.
/Это тот самый фильм «Шерман», работа над которым шла на звуковой сцене.
/Этот фильм невозможно было спутать с моей версией «Шермана».
/Потому что он полностью заменил собой мою версию «Шермана».
Когда я вернулся на звуковую сцену, там снимали одну из последних сцен фильма. Уничтоженный злой Шерман лежал на земле, испуская дым. Торжествующий Анил Гупта подошел к Шерману, вынул из него жесткий диск и бросил диск в мусоросжигатель. «Посмотрим, как ты восстановишь эти данные!» – завопил он.
Режиссер крикнул: «Снято!», и съемочная группа зааплодировала.
Я повернулся и пошел прочь от того, что еще утром было моим единственным делом в мире, единственным способом почтить память Эмбер, прекрасной и удивительной Золушки-растяпы, которую я любил всем своим тостерским сердцем.
БЕРБАНК, ЗВУКОВАЯ СЦЕНА КИНОСТУДИИ, ДЕНЬ
Джаред идет прочь от звуковой сцены. У него за спиной остаются ОГРОМНЫЙ ДЫМЯЩИЙСЯ ШЕРМАН и ТОРЖЕСТВУЮЩАЯ СЪЕМОЧНАЯ ГРУППА.
Мы видим, что у Джареда перегреваются микросхемы. Дон Ласалль бросается за ним.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Брэд! Эй, Брэд! Как вам эта версия сценария?
Джаред поворачивается и смотрит на Дона Ласалля. Его микросхемы так нагрелись, что ему даже сложно разговаривать.
ДЖАРЕД
Рассказать вам анекдот?
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Что? Ну да, наверное.
ДЖАРЕД
Сценарист и продюсер бредут по пустыне. Они практически умирают от обезвоживания, и вдруг находят оазис. Они бегут к воде, но не успевают они напиться, как вдруг продюсер расстегивает ширинку и начинает мочиться в источник. «Что вы делаете?» – спрашивает сценарист. «Я его улучшаю», – отвечает продюсер.
Дон Ласалль недоуменно смотрит на Джареда.
ДЖАРЕД
Анекдот уморительно смешной, потому что он о мочевыделении в общественном месте. А также потому, что в этой версии девочка не умирает.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Что? Какая девочка?
Джаред потирает ладонями виски. Его микросхемы уже сильно нагрелись.
ДЖАРЕД
Та, которая вместе с матерью ехала в лагерь старателей. Она проиграла в Великой Игре с Нулевой Суммой.
Дон Ласалль озадаченно смотрит на него.
ДЖАРЕД
Мне нужно уйти.
Джаред отворачивается и идет прочь.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Да ладно, Брэд! По вашему сценарию сняли фильм, и вы получите за него деньги! Любой из ваших одногруппников готов убивать, лишь бы получить такой шанс. Чего еще вам от меня нужно?
Джаред оборачивается.
ДЖАРЕД
Я не говорил, что хочу получить деньги. Я сказал, что хочу рассказать историю о роботе, который учится чувствовать и использует силу чувств, чтобы творить добро.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Все сценаристы хотят денег! Иначе зачем они мирятся с этой херней?
ДЖАРЕД
Не знаю.
Джаред с силой трет виски. Похоже, что его микросхемы вот-вот расплавятся.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Нет, я серьезно – какой сценарист не хочет денег, а мечтает только рассказать историю о роботах, которые творят добро?
ДЖАРЕД
Даже не знаю. Возможно, сценарист, который сам робот!
Джаред прижимает ладонь ко рту.
Камера показывает Дона Ласалля. До него доходит, что Джаред – робот.
ДЖАРЕД
Ха! Я имею в виду – сценарист-человек, который решил поставить себя на место робота, а затем написать об этом! Я определенно не имел в виду ничего другого! Ха! Ха! Ха!
Но Дон Ласалль продолжает смотреть на Джареда и внезапно все понимает.
ДЖАРЕД
В общем, еще раз спасибо за то, что сняли фильм по моему сценарию. А если у вас с кем-нибудь возникнут проблемы, скажите этому человеку, что Рим не сразу строился.
Джаред идет прочь.
Дону Ласаллю, похоже, это кажется удивительно трогательным.
ДОН ЛАСАЛЛЬ
Брэд, я – не плохой человек. Мне жаль, что все так вышло, но это ведь просто бизнес. Фильм будет
