ключевую информацию… где-то. Зашифровал подсказки, не захотел прятать даже в сейфе.
Хотя Лан подозревал, Брайан знал, что информацию будут искать. Он тоже прекрасно понимал, что такое самый ценный ресурс. Осознавал, что это может стать смертельной опасностью. Поэтому не сказал ничего Еве.
Лан прекрасно понимал, что Брайан оставил подсказку ему, потому что это было меньшим злом, чем подставлять под удар сестру или родителей.
Лан понимал. Он бы и сам сделал точно так же. Как и Брайан, он родился и вырос в этом.
— Когда я работал в магазине Илая, он однажды послал забрать заказ у какого-то важного местного господина. Я пришел спустя минут пять после триады. Они там всё разнесли, потому что тот мужчина сильно задолжал.
Голос Лана звучал ровно, потому что даже в тот момент он прекрасно понимал, как происходят подобные вещи. Он знал о них, пусть не видел вживую. В тот вечер застал.
— Они его застрелили, — ровно сказал Лан. — Тело валялось на улице. Обычные старомодные пули, так что крови было много. А потом магазин подожгли. Это была показательная карательная акция.
— И ты так спокойно об этом говоришь…
— Прошло много лет. И к тому моменту отец давно меня обучал, я пару раз зашивал раны Фэйлин.
— Как она?
— В порядке. Она крепче многих.
Лан смутился, потому что и сам понимал, что в его голосе невольно прорезается гордость. Он мог бояться за Фэйлин, особенно сейчас, но прекрасно знал, что она и правда сильна.
— Она переживает за тебя, — сказал Лан, решив, не уточнять, что и он тоже. — Ты не привык к подобным зрелищам.
Ашен Сон нервно усмехнулся:
— Предпочту свои импланты и программы. И не думайте, я не впаду в истерику от пары мертвых тел. Да и не до того сейчас.
— Аш, всё в порядке. Это нормально.
На несколько долгих мгновений Ашен Сон замер, а потом вздохнул, его плечи расслабились, как будто он наконец позволил себе признать напряжение, и одновременно с этим оно начало опадать, выливаться из него, оставаясь в местных листах металла.
— Просто надеюсь, больше такого не увижу, — тихо сказал Ашен Сон. — Но не удивляйся, если не ты один сегодня спать не сможешь.
— Буду рад компании.
Лан улыбнулся, искренне и открыто, как он позволял себе только с семьей и друзьями. Это явно вернуло Ашену последние крупицы равновесия, и он кивнул. Потом нахмурился:
— Дэвид Ли цитировал Шекспира. Может ли это быть подсказкой?
— Я не знаю, Аш. Правда не знаю. И устал ломать голову над загадками. Я хочу сделать то, в чем действительно хорош. Загадки Брайана подождут до того момента, пока мы не найдем его убийц. Или нет. Потому что к черту Брайана с его копией! Он уже мертв, а присоединяться к нему не хочется.
Ашен размышлял, а потом согласился:
— Ты прав. Как бы меня ни привлекала идея подсказок, мы не в курсе, знал ли что-то Дэвид Ли. Но его уничтожили. Мы пока неплохо прячемся, но любого можно найти.
— Поэтому успей поесть лапшу, прежде чем двинемся дальше. Скоро.
Остаться с Ашеном или даже пойти с ним к остальным в забегаловку было заманчиво, но Лан чувствовал, как закололо сердце, поэтому предпочел вынырнуть из контейнера и вернуться в тот, где бинтовал рану Фэйлин. Ее самой внутри уже не было, только тусклая лампа и куча хлама.
Усевшись на стул, Лан потер грудь и зажмурился. Сердце неприятно болело. Когда он был маленьким, такое периодически случалось, а перед установкой импланта он мучился от боли почти постоянно. Поэтому отец и торопился. Будь у него больше времени, он бы наверняка смог создать более совершенный имплант. На самом деле, следующие и стали таковыми.
Лану поставили один из первых образцов, потому что не оставалось времени доводить до совершенства, каждый его приступ мог стать последним. А потом имплант приживался так долго и плохо, что вопрос об установке другого, более совершенного, отпал сам собой. Тем более, и этот работал прекрасно.
Доктор Юй Синь предупредил Лана, что в ближайшее время может быть несколько сбоев. В конце концов, ни сердце Лана не готово к таким приключениям как остановка, ни сам имплант, на который плохо повлияло отключение дронами. Ничего страшного, Юй Синь всё проверил, но импланту требовалось немного времени, чтобы вновь наладить ритм.
Сердце Лана, увы, работало слишком плохо.
Он зашипел от боли и согнулся, прижавшись лбом к коленям. Стараясь не шевелиться, чтобы лишний раз не потревожить тело.
Дверь контейнера раскрылась, Лан услышал голос Ашена:
— Они готовы, а я… Лан?
— Дай мне пару минут, — пробормотал Лан.
— Что с тобой?
— Имплант настраивается.
— Это нормально?
— Да. Юй Синь предупреждал. Но лучше больше не попадать в принудительную перегрузку дронами.
Доктор предложил дополнить имплант чем-то вроде предохранителя на случай подобных вещей. Когда имплант создавали, еще не существовало импульсов, способных вот так его отключить. Теперь необходимость появилась. Ашен Сон наверняка сможет потом разработать программу, которую внедрит в имплант. Но этим стоит заняться после возвращения в «Шэньхун».
Рука Ашена Сона мягко легла на спину Лана, а боль постепенно отступала. Лан по-прежнему сидел, прикрыв глаза и уткнувшись лицом в колени, но колющее ощущение в груди постепенно исчезало.
— Я могу провести диагностику импланта перед тем, как пойдем, — сказал Ашен Сон. — Даже не так. Я хочу ее сделать. На всякий случай.
— Не доверяешь Юй Синю?
— Последние недели научили не доверять никому.
Наконец, Лан выпрямился. Ашен Сон развернул экран и коснулся кончиками пальцев одной руки груди Лана. Импланту этого не требовалось, но Ашен явно ощущал себя увереннее от такого действия. Как будто подключался сквозь собственную кожу. Насколько знал Лан, это все-таки пока невозможно, даже с кучей имплантов.
Коснувшись экрана, Лан дал неполный доступ, и пальцы Ашена пронеслись по сияющему экрану.
— Всё в порядке, — доложил он. — Имплант настроился заново. Думаю, дальше будет работать без проблем. Хотя я начинаю сомневаться, что этот ваш Брайан был таким уж гением. Здесь явно стоит обновить
