Она всего лишь человек против дронов. Да еще в замкнутом пространстве небольшой комнаты.
Яо подскочил к Фэйлин, когда она замешкалась. Неловко оттолкнул, так что они оба повалились на пол. Стул за ними разлетелся на кусочки от плазменного заряда.
Не успел Ашен сообразить, что происходит, Яо уже вскочил на ноги, лихо крутанул катаной, отрубая ножку стула, и швырнул ее в сторону дрона, сшибая. Повредить таким образом не выйдет, но даст несколько лишних секунд. Фэйлин кивнула Яо и что-то отрывисто сказала, указав в сторону того места, где прятался Ашен.
Не отвлекаясь на кивок, Яо устремился туда, виляя и подныривая, чтобы то ли сбить с толку дронов, то ли не попасть под плазмозаряд. Сейчас даже без голографических хвостов и ушек он походил на лисенка, оборотня хули-цзин.
В подкате Яо оказался за столом, где прятался Ашен Сон.
— Не задели? — деловито спросил Яо.
И кто тут за кем присматривал, подумал Ашен Сон. Это он здесь лишний, явно не ориентирующийся в происходящем. Он не был уверен, что голос не начнет дрожать, поэтому просто помотал головой. Он-то умудрился быть в порядке.
— Тогда взломай дронов.
— Я чертов хакер, а не боец!
— Вот именно, — Яо оставался спокоен. — Попробуй.
Выход эмоциям Ашен Сон дал в ругательствах, которые начал бубнить вполголоса. Но респиратор скрывал его голос, а Яо уже унесся снова рубить дроны и отвлекать их внимание. Руки Ашена дрожали, но он старался не смотреть по сторонам (особенно на того мертвого парня справа, да-да, даже краем глаза не стоит).
Он занимался этим всю жизнь, знал, что делать. Это его натренированные инстинкты и реакции. Развернуть экран, подключиться к системам, определить дронов. Попытаться преодолеть лепестки их защиты, чтобы вгрызться в нутро.
Не думать о раненой руке Фэйлин. Ей поможет только одно: отключение этих чертовых машин.
Пальцы Ашена Сона летали, он врубил имплант, которым пользовался крайне редко: тот блокировал часть нейронов, и Ашен не отвлекался на разряды боли, которые посылала чужая защита.
Действовать быстро.
Когда дроны преследовали Лана, они оставались на расстоянии, и это мешало взлому. Но тогда Ашен Сон и Эндрю подобрались к пониманию сути защиты. Сейчас это очень помогло. Пока за спиной что-то трещало и взрывалось, Ашен Сон методично делал то, что умел: взламывал.
Никакого изящества в этом не было. Только грубая сила. Ашен Сон ввел последнюю комбинацию и даже не понял, что закончил.
Дроны под его контролем.
Тут же индикаторы будто с ума сошли, и Ашен, догадываясь, что сейчас последует, отключился от дронов и завопил:
— Рванут, прячьтесь!
Оставалось надеяться, что живые в комнате поймут, что у дронов есть способ самозащиты. Самоуничтожение при взломе. Особенно таком грубом. Ашен Сон зажмурился, утирая пот со лба и сдерживая тошноту. Он услышал хлопки в комнате, потом всё стихло.
Руки дрожали, когда Ашен свернул экран и поднялся, опираясь о перевернутый стол.
У него получилось. Он вырубил! Осознание пришло запоздало, но его тут же смыла мысль, что вряд ли здесь вся партия дронов. Так что у владельца Красной комнаты остались и другие.
Но здесь и сейчас они в безопасности.
Пыль начала оседать, и Ашен увидел еще несколько тел. Фэйлин сидела посреди комнаты, зажимая руку. Девушка казалась усталой и вымотанной. Когда Ашен двинулся к ней, она мотнула головой в сторону.
С облегчением Ашен Сон увидел Яо. Тот не казался раненым, только на щеке красовалась уродливая царапина. Он сидел рядом с каким-то человеком, и когда Ашен Сон доковылял до них, то узнал Дэвида Ли.
— Он мертв? — спросил Ашен, поражаясь, как хрипло звучит его голос.
Яо повел плечами, что могло означать что угодно. Когда Ашен бухнулся рядом на колени, он понял: Дэвид Ли еще жив, но на его губах пузырилась кровь, отсчитывая последние мгновения жизни.
— Умереть, уснуть, — прошептал он. — Спать. Возможно, видеть сны…
v.2.7
— Не дергайся, — строго сказал Лан.
Как ни странно, Фэйлин его послушалась и замерла. Конечно же, еще в «Облаке поэзии» ее руку залили жидким пластырем, теперь, в полутемной комнате в Коулуне, Лан придвинул поближе лампу и осторожно обрабатывал руку сестры.
Оказывать первую помощь он научился давно. Просто на всякий случай, потому что лучше многих знал, что импланты не спасут. Они помогут остановить кровь, впрыснуть дозу адреналина, но потом в любом случае разбираться с последствиями.
Фэйлин не любила чужих — и врачей в том числе. Кроме Юй Синя, который лечил ее с рождения, но с раной Лан мог справиться и сам.
Он аккуратно вытаскивал пинцетом остатки жидкого пластыря, под которым бугрилась опаленная плоть.
— Ты могла сказать Яо, что раны от плазмозарядов не стоит заливать пластырем, — заметил Лан.
— Могла, — согласилась Фэйлин. — Но нужно было убираться как можно быстрее. И без кровавого следа.
— Но пластырь!
Вместо того чтобы покрыть место ранения тонким бактерицидным слоем и заживить, пластырь создал идеальную влажную среду, еще и сам начал распадаться. Вернуться, конечно, хватило, но Лан первым делом заявил, что осмотрит рану Фэйлин, а потом уже всё остальное.
Теперь он методично вытаскивал кусочки пластыря, а рядом лежали приготовленные мазь и обычная марлевая повязка. Лучше подошел бы специальный ожоговый пластырь, но ни у кого из местных его, конечно, не нашлось.
Предоплаченных карт Лана хватило на нехитрый обед и на то, чтобы «монахи» пустили их в комнаты, спрятанные среди Нижних уровней Коулуна. Формально они принадлежали какому-то старику, который сдавал их на дни, а иногда на часы. Но на самом деле это помещения триады. Лан знал связных, так что отправил весточку через «монаха», рядового члена. Теперь только ждать, когда с ними поговорят главы.
Снаружи слышался гомон, а внутреннее убранство не было жилым, скорее, захламленным складом, но Лан считал, что им пока более чем достаточно. И отличное прикрытие, никто тут не найдет.
После нападения на Дэвида Ли предосторожности имели смысл больше, чем когда бы то ни было. Лан не хотел, чтобы кто-то из них еще
