высокомерными по отношению к внешнекруговцам лицами. Они стремились усовершенствовать себя внешне, совсем забывая о том, что находится внутри. Они теряли реальную цель своего существования, став жертвой подмены ценностей. Став настолько похожими друг на друга, они чахли от единообразия, погружаясь в затяжные депрессии в облитых золотом домах.
Вирта попросил остановить магомобиль в безлюдном месте, там, откуда он смог бы спокойно и без лишней суеты добраться до основного зала встречи прессы. Наверняка мать хотела устроить шоу из его возвращения, но для него люди с пустыми, ничего не выражающими лицами, стали чужими. В открытых ртах и диких взглядах читался восторг по отношению к внешности, но не деятельности Вирты. Как можно сравнить «это» с семейным теплом людей, ценящих именно твоё искусство и тебя, как конкретную состоявшуюся личность. Для тулсахцев Вирта не был куском мяса, о котором судачат на каждом углу, для них он появлялся только на сцене, когда же спускался с неё, то получал желанное уединение.
Вирта скользнул в служебную дверь, заметив длинную очередь за оградительными перилами, тянущуюся вглубь улицы перед парадными дверьми Башни. В основном молодые особы в жутких платьях. Ждут, надеются увидеть любимого кумира, хотят услышать его историю и поохать перед магическими трансляторами журналистов.
Прикрываясь ладонью, Вирта прошёл мимо помещений с уборщицами и административными служащими, свернул за кухней, где готовились блюда к очередному приёму, а затем, наконец, нашёл личную гримёрку. Там он и спрятался до начала интервью.
Через четверть часа в коридоре послышалась возня — наверняка Мускиль устроила сцену, испытывая обиду на равнодушного сыночка. Она ворвалась в гримёрку взмыленная, с перекосившейся причёской и хотела было уже начать читать мораль, но встретившись с суровым взглядом Вирты, лишь захватила ртом воздух и молча повалилась на замшевое кресло рядом с дверью.
Спустя несколько минут, она позволила себе поинтересоваться здоровьем сына и тактично отметить:
— Не забудь сообщить о роли Викъянко во всей этой истории. Им уже не помочь, а нам следует держаться политики магов.
Вирта не разговаривал с персоналом, молчал за кулисами перед тем, как его объявили, даже с матерью больше не обмолвился и словом. Разъедающая изнутри тоска буквально сковывала язык и челюсть. Вирта понимал, что для следящих за ним магов выглядит подозрительно, но надеялся выкрутиться из ситуации, подобно тому, как он сделал это в камере. То, как сильно он не хотел оставлять Манис наедине с главным контролёром, отпечаталось на нём ярче чёрных букв на белой бумаге. Трана заметил это, отчего Вирте пришлось театрально рухнуть в обморок, скрывая всю скопившуюся злость под маской бессознательности.
— Дамы и господа! Как многие из вас уже знают, известная модель разнанского подиума, звезда популярных шоу и один из самых желанных мужчин планеты несколько месяцев тому назад пропал, чем поверг своих преданных фанатов в ужас и шок! Его искали все, от бедных внешнекруговских сироток, до самих клерков Центральной башни. Более того, как оказалось, во всём этом была замешана ещё одна знатная семья, открывшая своё настоящее лицо благодаря честному расследованию.
Как долго мы страдали! Как долго ждали вестей о дорогом кумире! Но Великая Магия вняла нашим мольбам! И сегодня, Вирта Феса, красавец Разнана, прямо здесь, в этом зале! Встречайте!
Оголтелая публика вызывающе завизжала. Аплодисменты слились с признаниями в любви. Зал буквально ходил ходуном, и только небольшой участок, на котором находились работники прессы, выглядел островком спокойствия.
Вирта отодвинул шторку, отделяющую зал от закулисья, ответил на приглашающий кивок ряженого ведущего, и медленно вышел. Нескончаемые овации проводили его до самого стола, за который тут же поспешила сесть Мускиль и бледный агент семьи Феса.
Спрятав руки под белой скатертью, Вирта приготовился мобилизовать все актёрские таланты, чтобы убедительно солгать самым проницательным жителям Разнана — политикам и журналистам.
Среди серьёзных лиц мужчин и женщин с блокнотами, Вирта выискивал то самое, что пришло на встречу от компании «В разгар дня». И нашёл. Невысокий лысый мужчина в самом обычном жакете и простецких брюках, наблюдал за ним из-за толстых линз круглых очков. Он выглядел расстроенно, нет, даже агрессивно. И именно это искал Вирта — подтверждение преданности «В разгар дня» совсем другим идеям. Шоу, созданное вокруг его персоны, совсем не радовало корреспондента, а только раздражало. Он хотел услышать то, за что может зацепиться, но Вирта не даст ему такой возможности… пока не даст.
Ведущий поднял руки к потолку, и народ притих, хотя несколько особо впечатлительных дамочек продолжали охать и закатывать глаза.
— Итак, Вирта Феса. Наш стильный красавец, — ведущий внимательно посмотрел в лицо разнанца, и едва ли уловимое движение уголков рта напомаженного шоумена выдало смятение — Вирта выглядел иначе. — Что ж… расскажи нам и всему Разнану, что же с тобой произошло в тот злополучный день.
Вирта видел заполненный зал, видел плакаты с изображением бледного зеленоглазого мужчины, так сильно отличающегося от него настоящего, но не испытывал прежнего подъёма.
— Прежде всего, я рад видеть здесь самых преданных фанатов, — тихо произнёс он в тонкий магический рупор, сорвав очередной шквал аплодисментов. — Но должен отметить, что моя мать поторопилась, устроив сегодняшнюю встречу. Я не совсем здоров и не совсем готов говорить о том, что произошло.
Разочарование толпы выразилось в приглушённом ропоте.
— Неужели господин Вирта Феса хоть немного не утолит наше любопытство, — настаивал ведущий, всеми силами стараясь не упустить крупную рыбу.
— Могу только сказать, что произошедшее сильно меня изменило, и возвращение сюда на многое должно открыть глаза жителям Разнана.
— Ты говоришь о семье Викъянко, так?
— Я готов дать основательное интервью завтра. Какой именно компании — сообщу позже.
Из всех корреспондентов, только один, вопреки реакции толпы, хитро улыбнулся, спрятав блокнот в карман.
— Как жаль, как жаль, — пробормотал ведущий, невольно почесав гладко зачёсанный затылок. — Мы не можем удерживать вас насильно. Ответьте хотя бы, что планируете сделать первоочерёдно?
— Разобраться в накопившихся делах.
— Уверен, предложения на участие в шоу посыплются со всех сторон.
— И я обязательно рассмотрю их.
Вирта поднялся с места. Покрасневшая за время недолгого интервью мать попыталась схватить его за рукав, но пальцы соскользнули, и она неловко упёрлась ладонью в подлокотник соседнего стула.
— Вирта…
— Ещё раз прошу меня извинить.
Разнанец поклонился, бросил взгляд на корреспондента «В разгар дня» и вышел из зала. Гвалт не умолкал битый час, и ни ведущий, ни маги-охранники не могли угомонить возмущённую толпу. Кто-то намеревался побежать за
