Виртой, кто-то уже сейчас требовал пропуск на очередное интервью. Уголок журналистов жужжал от вибраций десятка телефонов, начальники требовали притянуть внимание Вирты к их компаниям всеми доступными способами.
Единственным, кто ни о чём не переживал, был тот самый корреспондент «В разгар дня». Он устало потёр веки, приподняв громоздкие линзы, и так же спокойно, как и Вирта, покинул зал. Что-то подсказывало ему, что эта встреча не будет последней.
***
Постоянные обыски и слежка осложняли передвижение по кругам, поэтому Правид всё чаще прибегал к маскировке. Пришлось даже отказаться от любимой трубки, ведь её демонстрация выдавала пагубную привычку инженера. К тому же рука по-прежнему ныла: то ли из вредности, то ли из-за недостатка компетенций — местный маг-лекарь плохо над ней поработал.
Используя в этот раз подземный тайный ход, Правид выбрался к новой точке встречи с кураторами. В тот день он не соврал Полишу — над планом по вызволению Ниса работали, хотя до получения очередных новостей были уверены в кончине парня.
Проход вёл за пределы города, и неприметный настил, с прикреплёнными ветками и листьями, выполняющий роль двери, скрывался от глаз караульных неровной насыпью. Здесь, практически на берегу океана, вдали от пристани, собралась группа из десяти человек. Кое-кто не смог прибыть в силу объективных причин, но Правид не сильно беспокоился об этом.
Среди кураторов, по приказу главного инженера, стоял Полиш. Так как Нис являлся для него всё равно что братом, он пожелал стать частью группы освобождения.
— По полученным данным казнь Ниса Пакса назначена на День континентального мира. Это наш шанс устроить потасовку и вызволить его.
— Потасовку на крыше Центральной башни? — ужаснулся один из кураторов.
— Именно так.
— Но там же будет куча магов. Как мы это провернём? Вы вообще видели, какое оружие нам прислали из Пустых земель? Самым опасным была та липкая штука, что взорвала опоры завода. В остальном… луки, стрелы, мечи, может быть, парочка пистолетов, но пули в них не настоящие.
— Но там есть ещё духовые трубки и кинжалы для метания. Вы ведь знаете, что большинство огнестрельного оружия маги уничтожили в период укрепления власти. Единицы огнестрела мы оставим до решающей схватки, но вышеперечисленное можно использовать для атаки. Ошибка магов в их самоуверенности, они не ожидают нападения. На крыше Центральной башни соберутся все главы городов и высокородные маги. И это наш шанс отсечь голову змеи.
— Нас всех перебьют, — пессимистично отметил другой куратор.
Правид потянулся к поясу под пончо, чтобы нащупать трубку, но встретил лишь холодную застёжку. Как же ему хотелось закурить. Оглядев всех присутствующих, он снисходительно закивал.
— Я понимаю ваши опасения. Страх помогает нам выживать. Благодаря страху перед худшим будущим мы все здесь. Но позвольте задать один вопрос. На что вы надеялись, когда формировали оппозицию? Неужели вы думали, что придёт некто и разом решит все наши проблемы? Борьба за лучшее будущее — есть жертвенность. Люди жертвуют собой, ради блага остального мира, хотя понимают, что им этого мира уже не увидеть. Именно так поступил Нис Пакса. Он пожертвовал собой, остался позади, чтобы остальные могли убежать. Прошло несколько дней, а нас ещё никто не взял, это значит, что Нис молчит, ценою жизни, покрывая соратников. Его казнь говорит о том, что язык его так и не развязался. Мы должны показать, что важна жизнь каждого члена нашей группы. Кто пойдёт за теми, кто прячется в кустах, ожидая благоприятного разрешения проблемы?
— Предложение, Правид? — низкий голос непосредственного куратора Ниса Пакса раздался позади столпившихся.
— Лучшим бойцам оппозиции я найду дорогие одежды. Оружие спрячем под модными плащами и платьями. Я ещё подумаю над легендой, с помощью которой мы пройдём на крышу. Когда мы попадём наверх, то сразу заблокируем двери, чтобы хоть немного затормозить магов. Замки и крючки их не остановят, но не дадут мгновенно ворваться внутрь. Главное убедиться, что Нис уже будет на крыше. Как только начнётся церемония и Верховный маг даст вступительную речь, мы отсчитаем несколько минут, притупляя всеобщую бдительность и начинаем атаку. Прежде всего, ликвидируем глав городов и высокородных магов. Действовать нужно тихо, исподтишка, чтобы сразу не было понятно, кто это делает. Меняйте позицию в толпе, в случае потасовки, указывайте пальцем на других магов и кричите, что это они. Во время суматохи освободим Ниса. Для него тоже нужна богатая одежда. Когда входные двери отворяться, люди поспешат покинуть крышу, мы двинемся вместе с ними.
— Звучит рискованно, но вполне вероятно.
— И поэтому хорошо, что мы не воспользуемся огнестрельным оружием — оно шумное — духовые трубки с дротиками совсем другое дело. А теперь конкретно к делу. От каждого из вас мне нужен хороший боец с приятной, но не привлекающей внимание внешностью. Если захотите сами участвовать, я препятствовать не буду. У вас есть двое суток на их тренировку. Если есть такие, кто уже умеет стрелять из подобного оружия — ещё лучше. Нам важна точность, неприметность и скорость. Для дротиков понадобится агрессивный яд, этим займётся куратор Фис.
Седовласый Фис кивнул.
— Куратор, маги не должны успеть получить помощь. Помните об этом, когда будете выбирать яд.
Полиш, на тебе Нис. Выбери лучший момент и вытащи его из клетки. Скорее всего, он будет слаб, поэтому защищать его тоже тебе. Вылазка опасная, не спорю, но это наш шанс склонить чашу весов, привести змеиное гнездо в движение. Люди оппозиции должны быть готовы. Не сегодня, так завтра мы дадим решающий бой.
Оставляя позади кураторов, Правид подумал ещё об одном человеке. Буквально сегодня он видел выпуск на проекторах города — Вирта Феса вернулся в Разнан. Но вот о Манис Викъянко все молчали. Где она? Что с ней? Пресса не давала ответов. Следующим своим шагом Правид наметил посещение дома бывшего работодателя. По его указанию Ло и Намрата должны были давно собрать вещи и подготовить к отплытию с таким трудом найденное судно, передвигающееся своим ходом. Правид надеялся, что хотя бы семья знает о судьбе дочери.
Выйдя из подвала заброшенного магического храма, Правид спрятал бедняцкое облачение под замшелым каменным алтарём. Быстро натянув на тело серый камзол и обтягивающие брюки, он медленно вышел на улицу и со знанием дела оглянулся по сторонам. Двойная жизнь научил его осторожности и внимательности. Каждый шорох, кашель и даже резкий
