Глава 26. Часть 2
Элге составила письмо-подтверждение для суда и вручила отшельнику, заверившему, что бумага будет доставлена на место в лучшем виде.
— Судно, на котором ты якобы плывёшь к тёте, прибудет в порт через день. Пока сойдёшь на берег, пока тебя встретят, повезут в поместье, пока ты найдёшь магическую службу, чтобы отправить подтверждение…
И в нужный день отправил, ещё раз напомнив, что письмо защищено, ни одному магу не удастся отследить, откуда оно отправлено.
— Как ты это делаешь? — без надежды услышать вразумительный ответ спросила Элге.
Ар пожал плечами: незачем девчонке знать о знакомстве с Вестеро. Несмотря на присущее темноглазому магу любопытство, просьбы, подобные этой, его сиятельство выполнял без особых расспросов. Пусть Тивис пытает сколько влезет: письмо помощнику судьи доставит слуга, а чей он — лорду Форрилю никто отчитываться не обязан.
Ещё через день на распознаватель личности девушке пришло оповещение, подтверждающее получение письма, и изменение сроков рассмотрения прошения.
— Всё-таки не будут тянуть время, — радостно улыбнулась рыжая. — Спасибо, Ар.
— Мне-то за что? — хмыкнул маг.
Элге могла бы озвучить целый список благодарностей, коих за недолгий период жизни в чаще Шелтара набралось порядочно, но только подарила ещё одну улыбку и отправилась упражняться.
— Элге, тебе придётся снова посидеть в купальне или пристройке, — объявил Ар час спустя.
Девушка перекатывала с ладони на ладонь золотистый шар, по собственному желанию уменьшала его размер и степень сияния, и, наоборот, увеличивала, словно дула на раскалённые угольки в надежде вызвать язычок пламени. Магию, сформированную в шарик, лучше всего было бы учиться направлять на пациента, но тот же колдун категорически запрещал использовать его в практиках, и на горестные вздохи не реагировал.
— Когда? — уточнила Элге, пряча золотистую магию в сложенных ладонях.
— В течение часа сюда придут.
Маг смотрел в сторону с крайне недовольным видом.
— Тебе часто приходится исполнять желания?
— Не особо. Тем более зимой или в этот период.
Девица промолчала, но сочувствие так и сквозило в её лице. Плохо. Лишнее.
Когда Ар подал знак, она без возражений спряталась, где велено, прихватив с собой одну из книг: в углу купальни маг поставил скамеечку с мягким сиденьем, обитым тканью, но читать не вышло, вместо этого Элге прислушивалась к происходящему в комнате, позабыв о звукоизоляционном щите. И сидела она в изоляции недолго: скрипнула дверь, приоткрываясь, и девушка увидела стоящего у окна мага, сложившего руки на груди. Просителя не было видно ни в одно из окон, а Ар всё стоял, уставившись в одну точку, и постукивал ногой по полу, и его раздражение можно было потрогать руками.
Нахмурившись, девушка тихо проскользнула на кухню, открыла мешочек с кофейными зёрнами…
— Люди потрясающе глупы и ленивы, — презрительно искривил губы маг.
Элге протянула ему чашечку с блюдечком: крепкий кофе, чуть-чуть сахара, вишнёвая кислинка переплелась с поднимающимся над поверхностью паром.
— Что у тебя просили? — не надеясь на ответ, всё же подала голос девушка.
Ар глянул из-под нахмуренных бровей, покачал головой. Подул на ароматный дымок, глотнул горячего напитка.
— Ерунду. Абсолютную ерунду, Элге. Разве можно так с желаниями? Что мешает самому приложить усилия, постараться? Нее-е-т, мы хотим даром и без усилий! Мы лучше заплатим, так проще и удобнее!
— То, что для тебя сущая ерунда, для человека может быть вопросом жизни и смерти, — осторожно предположила она.
Ар отпил ещё кофе.
— Пустой каприз не может быть вопросом жизни и смерти, — отрезал он непримиримо. — Тем более когда от последствий выполненного желания пострадают другие люди.
Элге опустила глаза.
— Твоё желание не было такой уж блажью, — нехотя признал он. — Хотя я крайне не одобряю подобные просьбы, и не всегда берусь выполнять. Понять могу: любовь на какие только безумства не толкает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Любовь» у него вышло так презрительно, что Элге поспешила перебить:
— Не надо о моей просьбе. Тот, кто ушёл от тебя сейчас — что ты попросил за его желание?
— Я отказал, — поморщился Ар и допил ароматный напиток, быстро слизнул капельку, оставшуюся на губе.
Сунул пустую чашку в руки Элге, зажмурился на мгновение, как от приступа головной боли.
Не дождавшись продолжения разговора, девушка оделась и вышла прогуляться. В рецепте прабабки упоминалась кора эльмиса железного, и стояла пометка, что в Шелтарском лесу это дерево растёт; Элге побрела по полянке, рассматривая деревья внимательнее. Нужного, с высоким ровным стволом, отливающим металлом, будто кора и впрямь выточена из железа, поблизости не нашлось и, вдоволь надышавшись воздухом, пытаясь не поддаваться разочарованию, она вернулась к дому. Ар наблюдал за ней с крыльца, облокотившись о перила. Поддавшись порыву, девушка свернула за дом, туда, где вплотную к углу кухни примыкал толстый, корявый, словно болезнью изуродованный ствол раскидистого дерева, чьи ветви почти ложились на крышу. Приподняв длинный подол, чтобы не зацепиться о корни, Элге подобралась к самому стволу, положила ладони на изрезанную морщинами, иссохшую кору.
Позади хрустнула ветка.
— Что это? — спросила девушка, не оборачиваясь.
С деревьями у неё никогда ничего не получалось, да она никогда и не пробовала. Она травница в первую очередь.
— Не знаю, — отозвался Ар со спины. — Просто старое больное дерево.
— Похоже на хейю, — удивлённо продолжала Элге, поглаживая кору. — Тебе приходилось видеть, как она цветёт?
— Конечно.
— Нет, конкретно вот эта?
— Эта? Это хейя? Нет, ни разу, и зелени у неё немного. Это дерево таким всегда было.
Элге стояла под шатром свисающих низко к земле ветвей, Ару же почему-то неприятно было там находиться, он оставался снаружи, сбитый с толку интересом девчонки к этому дереву. А она всё ходила и ходила вокруг, то разглядывала корни, то запрокидывала лицо вверх; беззвучно шевелились губы.
— Что ты делаешь?
Девушка медленно приблизилась.
— Просто разговариваю с ней. Хотелось бы оживить…
— Ты умеешь? — поднял брови маг.
— Нет. Но хотела бы. Хейя очень красиво цветёт.
К вечеру Ар сделался беспокоен, не мог спокойно сидеть на одном месте, ходил по комнате, ссутулившись, несколько раз выходил на улицу, морщился, когда думал, что Элге не видит. Надолго скрылся в купальне, девушка слышала звук льющейся воды, а потом он вышел — в одних низко сидящих штанах, с голым торсом и бледным лицом.
— Что это? — ахнула Элге, подхватываясь со своей постели.
Ар остановил её жестом.
— Как-то быстро в этот раз, — скорее сам себе, чем ей, пробормотал он и устроился на своей кровати.
Прикрыться и не подумал.
Старые, давно зажившие шрамы, тянувшиеся с правой стороны шеи на грудь, проходящие через левый бок и задевающие правое бедро, из бледных стали заметно порозовевшими, набухшими, местами лопнули. И, совершенно очевидно, причиняли серьёзный дискомфорт колдуну. Конечно, она сунулась с расспросами и предложением помочь.
— Не нужно, — проговорил Ар, прикрыв лицо сгибом локтя. — Само пройдёт. И ты бы не смотрела, что ли. Не для глаз благородной воспитанной леди.
Девица возмущённо фыркнула.
— Когда пройдёт? — не отставала Элге, а в области солнечного сплетения нарастало, пульсировало тепло, искало выхода, и кончики пальцев кололо. — Что это такое?
— Это отказ от…исполнения желания, — нехотя пояснил маг.
— Небо милосердное, но зачем же терпеть? Зачем ты себя наказываешь?! Дай мне…
— Не выйдет, — скривился Ар. — Эти…следы не поддаются целительной магии, можно только переждать. Не обращай внимания Элге. Вообще уйди.
— Но тебе больно!
— Ничуть, — соврал он.
— Ар!..
Сердобольная благовоспитанная леди, наследница сайттенских земель, плюхнулась на его постель и бесцеремонно схватила за руку, пару мгновений спустя он почувствовал, как его всего окутало непривычным теплом, а сама девица еле заметно светилась. Огромные глаза, в глубокой зелени которых мерцали золотые искры, смотрели с недоумением.
